Научиться дышать

      Стены кислотно-зелёного цвета в кухне, как и в любой другой комнате, были самым странным решением. Тори понимала, что у каждого был свой вкус, но… Этого она не понимала. Как и колючих кустов без цветов в маленьком саду.       Оказалось, поиск дома был нелёгким делом. Все варианты, которые они смотрели до этого, не подходили по каким-то критериям. И если с чем-то можно было смириться или поменять, то этот дом переплюнул все остальные. Впрочем, даже здесь можно было сделать ремонт, но маленький сад… Главной проблемой стало то, что Тори не чувствовала уюта в местах, где они побывали. Ей нужно было влюбиться хотя бы во что-то, чтобы начать думать о покупке. Хорошая планировка или большой сад… Но ничего из этого не западало в душу, а этот дом вообще кричал, что им нужно было уносить ноги.       Так они и сделали. Оказавшись на улице, Драко с опаской посмотрел на небольшое здание.       — Он будет сниться мне в кошмарах, — пробормотал он. — Это было странно даже для волшебника…       — У нас есть ещё варианты?       — Два.       Они обменялись многозначительными взглядами и тяжело вздохнули. После возвращения домой прошло две недели. Драко и Тори сразу занялись просмотром домов, но пока поиски не увенчались успехом. И если вариантов осталось всего два, шанс на успех был крайне мал…       Следующий дом показался ей милым. Приятная хозяйка, цвета, сад нормального размера… Но чего-то вновь не хватало. Количество комнат было таким же, как в их квартире. И не то чтобы им нужно было место для большего количества человек, но в большем пространстве и заключался смысл в смене жилья. Как минимум, Тори нужно было отдельное место для работы. О, от этой мысли она каждый раз гордилась.       Только вот то, что этот вариант был лучше предыдущих, заставил задуматься. Может, она слишком придиралась? Ну и что, что атмосфера не та? Главное, чтобы логически все пункты подходили. Количество комнат можно было увеличить. Но всё же хотелось, чтобы дом ощущался домом…       — И что вы думаете? — приятная женщина, хозяйка, спросила у них. Она даже угостила их чаем с булочками.       — Если честно, этот дом лучший из всех, что мы видели, — ответила Тори, сделав глоток.       — Но нам нужно подумать, — вежливо сказал Драко. Кажется, он понял, что её не совсем всё устроило.       — Конечно, конечно, я понимаю. Покупка дома — дело непростое. Почему вы решили переехать?       — Мы ищем дом, — Астория улыбнулась, произнеся последнее слово с особым теплом. — Чтобы в нём было всё новое, но наше.       — Можно сказать, начинаем жизнь заново.       Тори ещё раз осмотрела кухню, которая была сделана в приятных бежевых тонах. Она бы её перекрасила. В голове сложилась картинка идеальной цветовой гаммы и интерьера. Если последний вариант не будет лучше, они купят этот дом.       — Почему вы его продаёте? — спросил Драко.       — Мой муж умер год назад, и я поняла, что больше не хочу жить одна в таком большом пространстве. Дети выросли, так что лишь приезжают в гости.       Драко учтиво кивнул, а Тори внутренне напряглась. Она не хотела, чтобы в их доме кто-то умирал. Да, в каждом старом доме умирали люди, но так недавно… От новой информации ей стало некомфортно, пусть и говорила хозяйка о муже с грустной любовью во взгляде. Возможно, именно от этого Тори стало не по себе. Она представить не могла, что почувствовала бы, случись что с Драко. Это было бы больнее всего, что она когда-либо испытывала.       — Хотелось бы, чтобы эти стены подарили столько же счастливых лет кому-то другому.       Астории не казалось, что это будут они…       Когда они оказались на тротуаре перед домом, она бросила последний взгляд на него и вздохнула. Неприятное чувство внутри не проходило.       — Будем надеяться, что следующий дом нам подойдёт, — сказал Драко, проследив за её взглядом. — Не хочу селиться там, где закончилась чья-то история.       — Я думала о том же…       Он взял её за руку и повёл дальше по улице.       — Знаю. Видел, как изменился твой взгляд, когда она говорила о муже.       Тори крепче сжала его ладонь.       — Я просто подумала о том, что не пережила бы, если бы с тобой что-то случилось, — пробормотала она. — Всех ждёт конец, но если к кому-то из нас он придёт раньше положенного… Не могу даже думать об этом.       — После того как ты увидела маму и Дафну, я уверен, что смерть нас не разлучит. Мы встретимся там.       — Да, но я не хочу ждать долго.       Потому что она уже ждала его слишком долго.       — И не придётся. Мы состаримся и умрём в один день, — он остановил её и осмотрел с подозрением. — Слишком печальные мысли для той, кто выбирает новый дом.       — Всё, больше не думаю о таком, — поспешила сказать Тори и подняла руки, показывая мирные намерения. — Давай надеяться, что нам очень сильно повезёт.       Надежды оказались не напрасными. Последний дом выглядел как дом мечты. Большой пустой сад, который можно было заполнить грядками и пышными кустарниками. Много комнат, которые выглядели очень приятно, хотя кое-что и хотелось изменить под свой вкус. И находился он недалеко от дома Поттеров. К ним можно было ходить пешком. С самого порога Тори смотрела на всё с тихим восторгом, а Драко прекрасно это видел и понимал её. Всё это подходило и под его идеальную картинку в голове.       Он ясно видел, как в этой комнате Тори будет печь прекрасные торты, в саду Скорпиус, измазанный в земле, будет занят растениями, а на полу у камина расположится Кошка. Этот дом ощущался как дом. То, что они искали.       — Это идеальный вариант для нас, — сказал он, когда они всё осмотрели.       — Что ж, на дом есть ещё несколько потенциальных покупателей, так что предлагаю обсудить все детали в переписке, и тогда мы с женой дадим вам ответ, — сказал хозяин, улыбаясь лишь для вежливости.       Этот ответ ожидаемо разочаровал и Тори, и Драко. Гарантии в том, что именно им достанется дом, не было. А ведь он был единственным подходящим… Кто же знал, что выбор нового жилья мог настолько изматывать. Они вернулись домой жутко уставшими.       — Что ж, пока мы с пустыми руками, — со вздохом сказала Тори, плюхнувшись на диван.       Драко сел рядом и сразу притянул её к себе, приобняв.       — Не совсем. Подходящий вариант найден, и надежда ещё есть.       — Да… Остаётся только ждать.       — Но он показался тебе идеальным, правда? — немного улыбнувшись, спросил Драко.       — Он единственный чувствовался как наш дом.       — Знаю… Но неважно, что случится. Мы найдём наш дом в любом случае.       Она посмотрела на него и мягко улыбнулась.       — Конечно найдём. Тем более, что мой дом рядом с тобой.       — Это запрещённый приём, Тори.       — Неужели?       Оба знали, что запрещённые приёмы между ними были самыми желанными.

***

      Она скучала по выпечке. Когда Тори замешивала ингредиенты, её мысли сразу очищались и в голове возникала приятная пустота. Оставались лишь быстрые движения венчика и удовлетворение, когда крем или тесто достигали нужной консистенции. Готовка стала её спасением, а теперь просто отдыхом.       Но в это очень раннее утро всё было иначе. Голову заполняли мысли. Чудесные мысли, потому что сегодняшний день был днём, в который тринадцать лет назад у неё появился прекрасный голубоглазый мальчик. Первый день рождения после разлуки. И торт она делала именно для того, чтобы вечером, когда уроки закончатся, отправиться в Хогвартс и лично поздравить сына. Тори не могла провести ещё один день рождения Скорпиуса вдали от него. Да и он будет счастлив.       Не было такой любви, которую можно было сравнить с материнской. И это было тяжело — любить настолько сильно. Тёплые чувства всегда граничили с тревогой, нуждой защитить, но только не всё зависело от родителя, и это было непросто принять. Несмотря на это и неописуемую боль, которую принесла разлука со Скорпиусом, Тори ни на что бы не променяла свою роль. Его появление было главным чудом в её жизни.       — Ты уже трудишься? — послышался голос Драко позади.       Она обернулась и увидела его в проходе. Он сонно улыбался.       — Я хочу, чтобы в этот день всё было идеально.       — С днём рождения сына, мама.       Тори довольно усмехнулась.       — С днём рождения сына, папа.       Драко подошёл сзади и обнял её. Она не могла сейчас отложить венчик, а потому подставила щёку для поцелуя.       — Спасибо, — сказал он. — Всё благодаря тебе.       — Будто бы ты тут ни при чём.       — Ты приложила гораздо больше усилий, и это было непросто.       Драко погладил её живот, и этот жест поднял волну нежности внутри Тори. То, что он понимал и принимал во внимание её роль в появлении их сына на свет даже спустя тринадцать лет, было приятно. Тошнота, отёки, перепады настроения, сами роды, кормление… Она создала целого человека и, конечно, это было тяжело. И страшно. Она знала, что без Драко, который всё время поддерживал её и держал за руку во время родов, всё прошло бы сложнее. Он помогал ей продолжать, когда она думала, что больше не вынесет боли.       И даже потом не всегда было легко, но в моменты, когда маленький Скорпиус засыпал, убаюканный её колыбельной, или улыбался беззубой улыбкой, всё это переставало иметь значение. Всё это стоило того. Боль прошла, растяжки и другие последствия убрались с помощью магии, а бессонные ночи были временными. В итоге, её сын — лучшее, что дала ей жизнь.       Иногда Тори думала, что лучше бы не убирала растяжки. Что лучше бы кормила дольше, чтобы грудь не успела восстановиться. Возможно, тогда она бы поняла, что недавно родила ребёнка… Впрочем, они смогли бы это скрыть.       — Приятно, что ты так говоришь, — улыбнувшись, она вернула своё внимание мужчине, который каждый день задаривал её любовью. — Мне очень важна твоя поддержка. Всё, что ты делал для меня тогда, то, как ты воспитал Скорпиуса — твоя большая заслуга. И я люблю тебя за это.       Именно то, что когда-то она захотела завести с ним детей, то, что он вырастил их сына, позволило довериться ему. Когда Тори увидела его любящим отцом, начала таять. Скорпиус рос хорошим человеком и для этого постарался Драко. С разбитым сердцем, в одиночку он не оставил их сына.       — О, моя невероятная Тори… — благодарно пробормотал в ответ Драко, потёршись носом об её шею, как кот. — Когда ты сможешь отвлечься?       — Когда поставлю печься бисквит.       — Отлично. Предлагаю достать семейные альбомы и смотреть его колдографии, — Тори тепло улыбнулась и кивнула. — Ты завтракала?       — Я перекусила яблоком.       Не нужно было смотреть на Драко, чтобы почувствовать его строгий взгляд. Она хихикнула.       — Смешно ей… — вздохнул он. — Сейчас приготовлю что-нибудь.       День был необыкновенно хорош. Чувство радости ощущалось в воздухе пока Драко жарил тосты, а Тори заканчивала тесто. Солнышко заглядывало в окно, птицы пели весеннюю песню, и всё это казалось более ярким, чем обычно. То ли день был действительно так хорош из-за того, кто сегодня родился, то ли родителям так казалось, потому что в любую погоду эта дата была лучшей в году. Но даже Кошка сегодня вела себя образцово.       Позже они устроились на полу в гостиной, разложив вокруг альбомы. Драко делал так каждый год, только теперь Тори вернулась на страницы. Он мысленно просил прощения за то, что даже на бумаге ей пришлось пропускать день рождения сына и быть вдали. Но сейчас всё было на своих местах.       Мог ли Драко представить, что появление маленького человека в его жизни настолько круто повернёт её? Откроет сердце безграничной любви? Скорпиус — его половинка, настолько добрая, что Драко порой не понимал как и ужасно гордился. Когда он впервые взял сына на руки, весь мир стал очень маленьким и неважным. Но когда голову заполняли вопросы о том, как его уберечь, этот мир становился страшным.       — Неужели он когда-то был таким маленьким? — спрашивала Тори, с умилением глядя на колдографию с трёхдневным малышом, которого она держала на руках.       — Тоже не верится… Он ведь станет ещё выше, когда приедет на каникулы.       — Ещё немного, и он будет выше меня…       Они с ужасом переглянулись. Дети быстро росли. А казалось, совсем недавно Скорпиус не хотел отпускать Драко, пока он не прочитает ему минимум две сказки…

***

      Драко устало смотрел на пятилетнего мальчика, который пару раз зевнул во время чтения, но совсем не хотел идти спать. Он упрямо хмурился на папу, требуя ещё одну сказку. Драко потихоньку начинал учить его читать, но, конечно, этого не было достаточно для самостоятельного чтения. И он был рад проводить время с сыном перед сном, но порой кто-то очень уж увлекался.       — Пожалуйста, папа…       — Хорошо, но только одну, — Драко не мог отказать Скорпиусу в такой безобидной просьбе. Мальчик довольно закивал головой. — Не хочешь другую? Эту мы читали вчера.       — Она моя любимая.       История про добрую волшебницу, которую злой маг превратил в голубку, и одинокого мальчика, который спас её сначала от противных ребят, а потом и от проклятия. В конце истории они становились семьёй, и волшебница заменяла мальчику маму… Хорошая история, которая заставляла Драко переживать, что Скорпиус скоро начнёт задавать вопросы. Он перестал говорить, когда Астория ушла, много плакал, но однажды заболел, а когда выздоровел, забыл о ней и снова заговорил. Тогда Драко вздохнул с облегчением. Он отдалился от Скорпиуса, склеивая разбитое сердце, а когда тот слёг с жаром, безумно испугался. Не отходил от него ни на шаг, а когда сын очнулся и заговорил, Драко понял, что ему просто нужен был папа.       Больше таких ошибок он не совершал и всё было спокойно. Только вот иногда, когда Скорпиус засыпал на половине истории…       — Мама…       Каждый раз это разбивало Драко сердце. Он целовал сына в лоб и получше укрывал одеялом. Пройдёт ещё немного времени и Скорпиус перестанет вспоминать маму даже во сне. А Астория обязательно пожалеет, что оставила мальчика, который любил своего плюшевого дракона и добрые сказки.

***

      Дурак. Так Драко думал каждый раз, когда вспоминал подобное. Дурак, который во всём ошибался. Он скосил взгляд на Тори, которая сидела, оперевшись о его плечо, и приобнял её, прижав к себе. Она только улыбнулась этому обычному жесту, а Драко с облегчением подумал о том, как повезло, что он мог держать её в своих руках.       — Конечно, разве мог он решить стать кем-то другим, когда у него столько колдографий с животными? — приговаривала она. Он до сих пор не оставил идею с собакой, то и дело оставляя в письмах намёки родителям.       — Я так благодарен за то, что Скорпиус появился в моей жизни, — улыбнулся он. — Он так изменил меня…       Драко не мог представить свою жизнь без него. Когда-то он боялся быть отцом, но это случилось и тогда всё ещё было страшно, но уже иначе. Никакое беспокойство не могло переплюнуть радость от вида улыбки на лице Скорпиуса. Драко видел, что он счастлив, и радовался сам.       Когда он пошёл в школу, Драко жутко волновался, что его будут обижать из-за прошлого отца. Но Скорпиус нашёл друзей, и Драко выдохнул с облегчением, потому что они оказались настоящими друзьями. Каждый новый шаг в жизнь, будь то первые прочтённые книги или друзья, заставляли испытывать большую гордость. Он был тем, кем Драко не стал в детстве, и это радовало больше всего. Конечно, Скорпиус будет совершать ошибки, но, главное, не те, что совершал он… Они всегда были абсолютно разными — маленький Драко и маленький Скорпиус. Поэтому Драко знал, что будущее его сына будет совсем другим.       — Нам повезло, что он выбрал нас своими родителями, — тихо сказала Тори.       Драко кивнул. Очень повезло.

***

      Не только семейные хлопоты занимали их майские дни. Драко работал. Снова стал строгим наставником. Конечно, он только притворялся ворчливым. На самом деле, его смышлённые ученики ему нравились, но не когда путали ингредиенты и окрашивали лабораторию в синий.       Работал не только Драко. Тори тоже была занята. Вернулась к выпечке и приюту. Она скучала и по улыбкам людей, которые получали от неё торт, и по пушистым подопечным. Обе эти работы ощущались тепло, как возвращение домой. Именно этого она и хотела от жизни — чтобы было тепло и по-доброму. Что же подходило под это описание лучше? Тем более, что коллектив в приюте встретил её радостно. Это было приятно вдвойне.       Тори начала писать, а Драко теперь крайне редко работал в своём кабинете, давал ей пространство. Как только она начала, поняла, что это занятие было не менее тяжёлым, чем первые приёмы у психолога. Писать о своей боли, зная, что о ней прочтут другие, значило выворачивать себя наизнанку. Писать о своей боли значило проживать её заново. Но неожиданная встреча в Италии вселила в Тори ещё большую уверенность. Ей нужно было это сделать.       Сначала она писала о том, что случилось. Кратко, опуская многие подробности. Что-то нельзя было сказать из-за Статута о секретности, что-то должно было остаться личным. Ни слова про Лидию. Тори оставила основные детали: похищение, потеря памяти, насилие. Больше она писала о своих эмоциях.       Первые годы. Какой растерянной она была и не могла даже думать нормально. Как снились сны, разбивающие сердце. Как он обманывал её, заставлял чувствовать себя виноватой. Попытки понять, что происходит, манипуляции, чтобы внушить ей, что она сумасшедшая. Мерзкие-мерзкие чувства… Попытка бежать, желание умереть, быстро закончившаяся беременность. Астория описывала всё, что ломало изнутри. Описывала то, как она медленно умирала морально.       Столько чувств, за которые она потом испытывала вину и стыд, даже когда сбежала… Тори думала о том, сколько ещё девушек чувствуют такое и не подозревают, что не одни. Сколько не знают, что все их эмоции нормальны. Она держала эту мысль в голове и изливала на пергамент свою душу, надеясь, что сможет кому-то помочь.       Она расскажет о том, как выбралась. Но не физически, морально. Это было самым сложным. Страх, самоуничижение, ненависть к себе, непонимание своей ценности… Она тонула в этом всём, когда вернулась в Лондон. И поддержка окружающих во многом помогла, но сколько же работы было проделано ей самой. Тори просто хотела, чтобы кто-то другой, такой же потерянный, понял, что он прекрасен и достаточно силён для того, чтобы справиться с отчаянием.       Ей не пришлось искать жильё и деньги, а с этой проблемой сталкивались многие жертвы. Тори признавала и это. Но от этого её боль не стала менее важной. И если в чём-то ей пришлось легче, она хотя бы словами попробует облегчить путь другим.       Астория заливала слезами стол, но чувствовала, что какая-то большая рана внутри неё затягивается.       Была не только боль. Она собрала вокруг себя группу поддержки, которая помогала ей с работой, а во время перерывов отвлекала разговорами, совсем отходящими от темы…       — Каждый раз, когда ты говоришь об отпуске, на твоём лице мелькает что-то хитрое и довольное, — с подозрением сказала Джинни, поставив стакан тыквенного сока на стол. — Что ты скрываешь?       — Тебе кажется, — снисходительно улыбнулась Тори.       — Нет, она права, — покачала головой Гермиона.       Астория по очереди посмотрела на подруг. Нет, она не могла сказать, что Драко собирается сделать предложение. Пусть это будет сюрпризом для всех, кроме Скорпиуса. Тем более, реакция будет очень бурной, и она хотела сохранить все эмоции для того дня.       — Просто там было так красиво и романтично, что я не могу не говорить об отпуске с улыбкой. Настолько романтично, что последние дни мы не выходили из номера, если вы понимаете о чём я…       Их глаза заинтересованно блеснули, и Тори поняла, что успешно отвела подозрения. Кошка, до этого сидевшая на столешнице, спрыгнула на пол и забралась ей на колени. После их возвращения она куда охотнее шла на контакт, но была беспокойной…       — Она ведёт себя странно, — задумчиво сказала Тори.       — О, она вела себя странно ещё у нас, — Джинни посмотрела на Кошку. — Думаю, всё из-за того, что вы уезжали? Это ведь стресс для животных.       Тори кивнула. Это было логичным объяснением, но им стоило понаблюдать за ней и, возможно, отвести к врачу.       — Я всегда знала, что в тебе скрывается что-то такое, Тори, — усмехнулась Джинни, вернувшись к теме разговора.       — Это всё Драко… Немного действий, и он может делать со мной всё, что хочет, — смущённо пробормотала она и, сделав паузу, сказала: — Что я хочу. Мы оба.       — Что-то мне подсказывает, что ты можешь быть далеко не такой скромной, — сказала Гермиона.       Тори ничего не ответила, лишь отвела взгляд в сторону. Она не знала, что думать о себе, но в последние дни отпуска они правда превзошли себя… Как будто давно не виделись. Но ведь они действительно очень давно не были близки в таком ключе. Им было хорошо и если так хотелось, то было нужно. Всё ещё были границы — не сзади, не ограничивать её движения, без грубости. Драко помнил об этом, и разве могла Тори удержаться? Они любили друг друга на новом уровне и хотели исследовать эту любовь.       Но отпуск закончился и вернулись рабочие будни. И Драко, и Тори были заняты, и это ограничивало страсть. Но и сейчас они находили время друг для друга, испытывали не меньше желания, просто совмещали его с повседневной жизнью и самыми обычными объятиями. О такой нежности они тоже не забывали. Правда, в последние дни было не до этого.       — Я больше не оставлю вас наедине в своём доме, — шутливо сказала Гермиона, наблюдая за лицом подруги. Джинни весело посмеялась.       Тори в ответ закатила глаза.       Они были огромной поддержкой в её начинании. Джинни помогала писать, так как обладала опытом, а у Тори этого опыта не было совсем. Гермиона помогала описывать всё так, чтобы никто не увидел и намёка на магию. Они объяснили её потерю памяти, и другие детали. И Джинни, и Гермиона читали то, что она писала. И пусть они знали многое из её истории, видели много деталей и, самое главное, эмоции Тори. Она открывалась подругам по-новому. Иногда они плакали втроём.       Гермиона нашла знакомую магглорождённую, которая могла перенести текст с пергамента на более приемлемый магглами источник информации. Так рукопись получала Ирэн. Она руководила процессом, направляла Тори.       Так и получилось, что над тем, что могло помочь женщинам, работала исключительно женская компания, и Тори не могла этому не радоваться. Это делало её по-особенному близкой к подругам. Ей всегда нравилась женская поддержка.       И, конечно, она не могла без поддержки Драко. Он старался не беспокоить, когда она писала, но порой заглядывал в кабинет и слишком часто видел слёзы. Тори знала, что он не любил их и чувствовал себя потерянно, потому что не знал как помочь. Она пыталась сдерживать их, но так было ещё хуже. Что-то скрывать от него совершенно не хотелось.       Как-то вечером Драко зашёл к ней и, увидев, что она вытирает щёки, тяжело вздохнул. Он выглядел как кот, которого оставила хозяйка. Когда он подошёл к ней, Тори обняла его.       — Ты выглядишь так грустно… — прошептала она.       — Тебе больно.       Он погладил её по волосам.       — Я ценю твою поддержку, но есть такая боль, с которой ты не поможешь. Мне надо её прожить и тогда станет легче. Просто будь рядом, ладно?       — Как скажешь.       Драко поцеловал Тори в макушку, и она довольно прикрыла глаза.       А ещё через пару дней она поняла, что совсем забылась. Сидя с пером в руке поздно вечером, Тори попыталась вспомнить, когда они в последний раз проводили время вдвоём, и поняла, что это было давно… Она слишком погрузилась в новое дело, а он не возражал, понимал, что это важно. Даже если они реже виделись. Тори отложила перо и вздохнула. Пару раз в неделю она помогала в приюте, делала торты, но неизменно каждый вечер писала, мучая своё сердце.       Драко скоро уезжал в командировку. Да, на неделю, но после начала отношений они не расставались даже всего на неделю. Как она будет спать в кровати одна? От этой мысли грудь неприятно сдавило. Тори поняла, что жутко соскучилась, а ведь он ещё не уехал. Целую неделю дом будет пустовать. Никаких прикосновений. Она вспомнила разговор с подругами, свои мысли тогда и поняла, что ей срочно нужно было к нему.       Она встала из-за стола и решительно пошла в спальню, где Драко уже лежал в постели с книгой. Он вопросительно посмотрел на Тори, когда она подошла ближе, и совсем удивился, когда она села на кровать, забрала книгу у него из рук и отложила в сторону.       — Что?..       Но она не дала продолжить, поцеловав его. Драко долго не думал и ответил, положив ладонь ей на талию.       — Я скучала, — пробормотала Тори, чуть отстранившись, но лишь для того, чтобы начать покрывать его лицо поцелуями.       Он довольно улыбался, не зная, что нашло на любимую. Она перекинула ногу и села прямо на него.       — Ты скоро уедешь…       — Всего на неделю.       — Аж на целую неделю, Драко.       Он посмотрел в её глаза и понимающе кивнул. Ей не хотелось разделяться. Ему тоже. Они слишком отвыкли быть вдали друг от друга, спать по отдельности… Сейчас это ощущалось особенно сильно, потому что Тори была занята.       Она снова поцеловала его, на этот раз с большим напором, и он погладил её бёдра.       — Мисс Малфой, вам от меня нужен лишь секс?       Тори на секунду опешила, но увидела его хитрую ухмылку. Она невинно пожала плечами и собралась слезть с Драко. Но он не позволил и остановил её, крепко сжав талию. Быстро поменял их положение, и теперь Тори лежала под ним и довольно улыбалась. Она уже тянулась к пуговицам на его рубашке.       — Кто-то очень соскучился, — усмехнулся Драко. — Я тоже.

***

      Она вышла из дома в приподнятом настроении. После дождливой недели вышло солнце, и это не могло не радовать. После солнечной Италии Тори предпочитала облачную погоду, но иногда хотелось и солнца. Она спускалась по лестнице с улыбкой на лице.       Соседка с другого этажа, увидев её, воскликнула:       — Миссис Малфой, как же давно я вас не видела!       Это была та самая старушка, которая потревожила их, когда они целовались у подъезда после первого свидания. Кажется, Драко до сих пор не простил её за это.       — Нас долгое время не было дома, — Тори вежливо улыбнулась. У неё было не так много времени, но она не могла просто пройти мимо.       — Ох, так вы не знаете, что случилось?       — О чём вы?       — Соседку на вашем этаже отравили! — это было совсем не то, что она ожидала услышать утром солнечного дня. — Правда никто кроме меня так не думает, но я уверена.       — Простите, что?.. — опешила Тори.       — Недели три назад я нашла её без сознания и вызвала лекарей. Те забрали её в больницу, и она провела там больше недели. Никто точно не знает, что это было, но я предположила, что её отравили, потому что недавно она отказалась завещать своё имущество детям, а эта семейка… Они на всё способны и пытались бы подделать завещание! Но следов яда нет, и она не заметила ничего необычного в день, когда попала в больницу. Лекари разводят руками и говорят, что это был приступ, но я точно знаю, что что-то не так.       — Но раз уж лекари говорят… Они бы заметили яд.       Старушка махнула рукой.       — Они тоже могут ошибаться.       Тори не знала, что сказать. Не думала, что день начнётся так. Пока их не было в городе, соседка попала в больницу, а её подруга считала, что её отравили… Тори почувствовала неприятные мурашки на коже, когда услышала это. Теперь ей ещё быстрее хотелось съехать, но они вряд ли получат тот идеальный дом, поэтому переезд затягивался. Ей не очень хотелось жить здесь и думать об этой истории. Она была уверена, что теории про яд были придуманы женщиной от скуки, но всё равно чувствовала желание находиться подальше…       Она быстро попрощалась с соседкой, сославшись на то, что опаздывает, и поспешила покинуть её. Тёплый день перестал быть таким тёплым. Это было глупо, но из-за слов женщины Тори теперь чувствовала тревогу…       Стало легче, когда она пришла в приют. Возможность пообщаться с пушистыми всегда успокаивала. В этом она убедилась, когда только познакомилась с Кошкой.       — Тори! Привет, — с улыбкой поприветствовала её Хелен. Она держала на руках маленького белого щенка. Он уже открыл глаза, но был ещё довольно мал.       — Оу, а это у нас кто?       Щенок сразу привлёк её внимание не только потому что выглядел мило, как и все другие животные. Он выглядел как игрушка, которую Скорпиус подарил ей, когда они ходили в парк аттракционов ещё осенью.       — Конечно, когда они здесь, других для тебя не существует.       Тори улыбнулась её шутливому тону.       — Привет.       — Готовься, у неё грустная история, — вздохнула Хелен. Как у большинства здесь. — Какие-то идиоты решили заняться разведением и не подумали о том, какая это ответственность. Сделали всё неправильно. Роды пошли не по плану, собака умерла, остался один щенок. Они решили, что не готовы её выкармливать и оставили в клинике, которая связалась с нами. Она подросла и попала к нам. Будем ставить прививки и искать хозяев. Ей два месяца.       Сердце Тори готово было разбиться от услышанного. Как они могли оставить её? Она протянула руки к Хелен, и та передала ей малышку. Такая маленькая и мягкая… Она запищала и начала лизать руки Тори. Это растрогало её. И хотя она всегда чувствовала привязанность к животным, эта девочка вызывала у неё невероятные эмоции. Она сразу потянулась к ней и очаровала.       — Я знаю этот взгляд, — сказала Хелен, наблюдая за ними. — Ты, кажется, хотела собаку?       — Сын дарил мне игрушку, которая выглядит также… Это был важный подарок. Собачка прекрасна. Как они могли её оставить? Породистых оставляют редко, тем более щенков для продажи.       Хелен пожала плечами.       — Подумали, что выгода не покроет траты.       Тори нахмурилась от этих слов. Щенок всё ещё виляла хвостиком, а Астория думала только о том, что не хочет оставлять её. Это ведь была судьбоносная встреча, а она научилась доверять судьбе. Не зря ведь Скорпиус тогда подарил ей именно ту игрушку?       — Когда ты начнёшь искать хозяев?       — Начну через две недели, но отдам только через месяц.       — Как думаешь, я ведь смогу за месяц подготовить дом и подумать, как свести их с кошкой?..       Хелен улыбнулась. Она сразу поняла, к чему всё идёт.       — Я знаю, что ты станешь отличной хозяйкой. А что твой муж думает об этом?       — У него выходной. Отпустишь ненадолго?       Тори отпустили. Она оставила щенка Хелен и поспешила домой, к Драко. Он был крайне удивлён её появлению.       — Что-то случилось?       — Не совсем… Но ты мне очень нужен.       Она схватила его за руку и повела в свою старую спальню, где хранились многие вещи и подарки. Подведя его к комоду, она указала на белую плюшевую собаку.       — Помнишь её?       — Конечно…       — Не забывай.       Драко не понимал, что нашло на Тори, когда они выходили из дома, но следовал за ней, потому что чувствовал, что такой решительности лучше не возражать.       — Нам нужно пополнение, Драко, — серьёзно сказала она.       Он почувствовал, как внутри всё перевернулось.       — Нам нужно… что? — выдавил из себя он. Почему она заговорила о пополнении, когда показала игрушку?       Но узнать Драко не успел, потому что они аппарировали. Только на входе в приют он начал понимать, что происходит. В помещении, где жили малыши, Тори остановилась перед вольером той самой девочки, которая сейчас спала. Драко посмотрел сначала на щенка, потом на Тори. Её глаза сияли от радости, значит, она очень сильно чего-то хотела.       Когда она перевела взгляд с вольера на него, Драко сказал:       — Ты можешь представить себе лицо Скорпиуса, когда он узнает, что у нас будет не только новый дом, но и собака?       Эмоция, которая появилась на её лице после, могла бы сделать счастливыми всех вокруг, настолько заразительно она улыбнулась. Драко знал, что этот момент приближался. Скорпиус выпрашивал собаку, Тори была не против, но играла роль родителя. Вопрос времени.       — Значит, хозяев искать не надо? — спросила довольная Хелен, которая стояла недалеко.       — Не надо, — кивнул Драко. — Будем надеяться, что она будет любить меня больше чем Кошка.       Тори усмехнулась, прекрасно зная, как Драко на самом деле любил их питомицу.       — А какой она породы, кстати?       — Вест-хайленд-уайт-терьер. Очень дружелюбная порода, но у них часто могут быть аллергии, поэтому за питанием надо следить внимательно.       — Я просто рад, что кличку в этот раз придумывать не мне…       — Да, у тебя и Скорпиуса с фантазией не очень, — посмеялась Тори.       Их семья только что стала больше.

***

      Вскоре пришло время Драко уехать. После его возвращения они продолжат заниматься переездом и заберут щенка. А за день до его возвращения Скорпиус приедет на летние каникулы.       За несколько минут до выхода Драко и Тори сидели на кровати в своей спальне и обнимали друг друга. Последний раз они расставались в январе, когда он тоже уезжал по работе, но с тех пор они успели стать парой и были близки совсем на другом уровне, так что сейчас хотели наобниматься вдоволь.       — Я придумала имя для собаки. Ева.       — Почему оно?       — Оно означает «жизнь», а она одна из своей семьи выжила. И оно просто красивое.       — Значит, Ева, — улыбнулся Драко. Кошка, которая сидела у порога, смотрела на них мрачно. — Как думаешь, она уже знает?       — Возможно… Иначе почему так смотрит?       Они водили её на осмотр. Кошка не болела, но всё равно вела себя необычно. Может, правда чувствовала, что скоро станет теснее.       — Не забывай отдыхать, ладно? — говорил Драко, запустив пальцы в волосы Тори. Он приятно гладил кожу головы, а она готова была замурчать.       — Ты тоже, — пробормотала она. — И передай привет Лив и Эндрю. Мы должны будем пригласить их к себе, когда переедем.       — Пригласим, — Тори совсем не заметила хитрую улыбку на его лице. Та, которая говорила о том, что он что-то задумал.       Она обняла его ещё крепче.       — Не забывай о еде, а то ты любишь пропускать приёмы пищи, когда работаешь…       — Зачем мне еда, когда она приготовлена не твоими руками? — в ответ Тори легонько его укусила. — Даже не проси остаться, я не могу опоздать.       Она тихо рассмеялась.       — Я не мог не рассмешить тебя на прощание.       Астория отстранилась и поцеловала его.       — Люблю тебя.       — И я тебя, — Драко поцеловал её ещё раз. — Время пролетит незаметно, скоро я вернусь, и мы будем отмечать новоселье всей семьёй.       Тори знала, что так и будет. Если они, конечно, смогут найти дом, потому что тот идеальный покупал кто-то другой.       Когда он отправился к месту, где находился портал, она легла на кровать и вздохнула. Целая неделя в почти пустой квартире. К такому нужно было привыкнуть… Но у неё была музыка, чтобы не быть в тишине, камин, чтобы разговаривать с Драко, друзья и много работы. Сегодня надо было сделать торт, так что скучать Астории некогда. А в кабинете её ждали пергамент и чернила.       Каких-то семь дней, и вся её семья снова будет здесь.