Соль на ране

Драко Малфой обратил внимание на маленькую девочку с непослушными волосами и щелью между зубов на первом курсе. Её ум выделялся среди других, а покорность и согласие со всеми учителями были смешны. Гермиона Грейнджер заставила мальчика задуматься об учёбе, чтобы быть похожей на неё. Он, конечно, завидовал её стремлению и тяге к знаниям, но восхищение захватывало его разум. Приехав домой после первого учебного года, он долгое время не мог перестать восхищаться Гермионой перед мамой. Нарцисса внимательно слушала его, постепенно строя образ девочки в своей голове. Узнав, что родители Гермионы - магглы, она строго сказала сыну: — Не смей упоминать о ней перед отцом, Драко! Он накажет тебя, ты же знаешь. Драко искренне не понимал тяги отца к чистой крови, но в своём малом возрасте осознавал, что нарастающие чувства нужно скрывать. К третьему курсу Люциус Малфой хорошо знал, кто такая Гермиона Грейнджер. — Как ты посмел позволить грязнокровке быть первой на потоке?! — кричал отец Драко. — Я ничего не могу с этим сделать, она и в правду самая умная! За свои слова Драко сразу поплатился. Признав, что магглорожденная умна, он начал копать себе могилу. Болезненный ток вмиг поразил его тело. Казалось, прошли часы, дни, пока боль не утихла. — И так будет каждый раз, пока ты не превзойдешь её, сын. После этого Люциус объяснил план действий Драко. Ему было нужно отвлечь Гермиону оскорблениями и пакостями, а самому выйти на первое место. Но была проблема в виде её двух тупоголовых друзей, с которыми она постоянно ходила. Они защищали её, иногда у Драко оставались синяки. Малфой не злился на них за это, а в мыслях благодарил, ведь все оскорбления, вырванные из его уст, были неискренни. Он был рад, что получал по заслугам. На четвёртом курсе Драко отметил, что Гермиона стала красивее. Гламурные Чары это или изменения в подростковом возрасте - он не знал, но интерес уже давно сменился на влюблённость и зависила она не от красоты. Он восхищался терпением девушки, тому, как усердно она старается быть лучшей. Увидев её на балу, он раскрыл рот, желая, чтобы она была рядом с ним, а не с Виктором Крамом. В этот день они сильно поссорились с Пэнси, с которой он пришёл на бал. Она, естественно, заметила его восхищение другой девушкой и даже в их непонятных отношениях не могла скрыть обиду. Драко сразу побрёл к лучшему другу, чтобы поговорить о чувствах к маглорождённой девушке. — Меня не волнует её кровь, Блейз. Я не знаю что делать. Каждый раз, приезжая домой, я отхватываю ёбанное Круцио, но я не могу вот так взять и перестать думать о ней! — Здесь будет сложный выбор, брат. Семья или девушка, которая может не принять твою любовь. Я слышал об Окклюменции, Снейп должен знать об этом что-то, спроси его. Я думаю это может помочь скрывать чувства хотя бы перед отцом. Шестой курс. Тёмный Лорд не даёт покоя семье Малфоев, а за проступок Люциуса наказал Драко, дав задание убить Дамблдора. Внешне Малфой младший был спокоен и не показывал своих сомнений, но внутри на протяжении всего года его ненависть к себе возрастала. Он понимал, что если выполнит задание, то никогда не сможет быть с Гермионой. Она не сможет простить ему смерть любимого директора. Также осознание, что смерть родителей настигнет при невыполнении задания убивала ещё больше. Лишь после "спасения" Снейпа от убийства, он обрадовался. Не произойдёт ничьей смерти, а шанс на Гермиону всё ещё остался. Драко Малфой по своему оставался одержим Гермионой Грейнджер. Он никогда не преследовал её, не пытался наладить отношения и сделать шаг к любви, но она всегда была в его мыслях. *** Желание затянуть сигарету постигло девушку сразу, как она встала с пола. Малфой ввёл её в полное непонимание всего происходящего их вторым поцелуем. Гермионе и в правду было непонятно его поведение, начиная со второго курса. Драко постоянно за ней наблюдал, отмечал что-то в своей тетради после взгляда на неё. Она не придавала этому значения, пока события этого года не сблизили их. Пройдя к балкону, который соорудила Выручай-Комната, понимая желания гриффиндорки, та достала пачку и подожгла одну из сигарет. Выпустив густой клубок дыма, Гермиона услышала шаги сзади и обернулась. — Поделишься? — спросила Пэнси, подошедшая к ней. — Конечно. — ответила Грейнджер и протянула слизеринке пачку. — Я забеременела на шестом курсе от Нотта, а родители посчитали его плохой партией. Пришлось убрать эмбрион из моего тела. Гермиона смотрела на неё с округлёнными глазами, впитывая шокирующую информацию. Она не надеялась узнать об этой информации именно сейчас, поэтому это застало её врасплох. — Но... как же... — Семья Нотта не числится благополучием. У моих родителей в приоритете то, что скажут другие, а отец Тео очень жестокий человек, который многих обманывал. Он управляет главным центром казино магического мира, соответственно напрямую связан с деньгами. Богатство и меркантильность полностью изменили этого человека в худшую сторону. Как бы объяснить... для тебя он как Волан-де-морт и Монтегю в одном обличии. — Как отреагировал Теодор?— спросила Гермиона, переведя тему с отца Нотта, так как одно упоминание Тёмного Лорда заставило её тело покрыться мурашками. — Он не знает. Не знал. Если бы не добавленная в алкоголь Сыворотка Правды, я бы не стала отвечать на твой вопрос. — Пэнси, пойдём поговорим, пожалуйста! — умоляюще прокричал внезапно забежавший на балкон Теодор. Пэнси испуганно дёрнулась, увидев его, но взяла себя в руки и уверенно сказала: — Я всё сказала, Тео. Это в прошлом, не забивай себе голову. — Грейнджер, можешь нас оставить? — спросил Нотт с неприсвоенной ему грубостью. — Да, конечно. Гермиона вышла в центральную комнату и сразу заметила Джинни, разговаривающую с Блейзом. Она выглядела слегка грустной и ошеломлённой, поэтому Грейнджер сразу направилась к ним. — Гермиона! Джинни переживала за тебя. Ты в норме? — спросил Блейз, увидев девушку. — И где Драко? Он же был с тобой? Диалог отдавался эхом в голове Гермионы. Поток новой шокирующей информации позволил забыть и о панике, и о поцелуе. Внезапно послышался шум, доносящийся от входа. — Там Макгонагалл! — услышала Гермона от кого то из толпы. Девушка прошла к месту, откуда стали виднеться двери и увидела директора, которая не выглядела рассерженной, увидев вечеринку, она скорее была растерянной. — Всем разойтись по комнатам. Драко Малфой здесь? — спокойно спросила женщина. Все начали оглядываться в поисках Малфоя, но тот не заставил себя долго ждать, пройдя из-за спины Гермионы. - Пройдёмте со мной, Мистер Малфой. Поздравляю вас с праздником, Мистер Забини, - сказала та, с улыбкой смотря на Блейза. - однако не стоит устраивать в школе алкогольное месиво. — Конечно, простите. И спасибо за поздравления, Профессор. Взяв Малфоя под руку они быстрым шагом вышли из комнаты, а вслед за ними потихоньку проходили ученики, опасающиеся возникновения гнева директора. Гермиона выходила вместе со всеми, но заметила, что Макгонагалл и Малфой стоят неподалёку, обсуждая что-то на повышенных тонах. Решив, что ей срочно нужно узнать о сути их разговора, Грейнджер помчалась в гостиную Гриффиндора за мантией невидимости, которую ей завещал Гарри. Бежала она с мыслями о том, что предстоит пройти через достаточно большое расстояние, надеясь, что Драко и Макгонаггл спокойно дождутся её возвращения на том же месте. Благо, на её пути не было никого. Тот, кто не пошёл на вечеринку, уже спал, а прийти её сокурстники ещё не успели. Забежав в спальню девушек и открыв свой сундук с вещами, Гермиона услышала голос Лаванды, лежащей на соседней кровати. — Гермиона, ты что делаешь? Ты вообще видела, который час? Недовольная Браун посмотрела на Грейнджер, которая разбудила её и улеглась спать дальше, а Гермиона лишь жалела о потерянных секундах. Мантия никак не хотела доставаться из сундука и тогда девушка успокоилась и перестала торопиться. — Молодец, Гермиона. Если не торопиться – всё получится сделать быстрее, чем при спешке. — шёпотом говорила сама с собой Грейнджер. Схватив мантию и накинув её на себя, Гермиона забыла об обещании не спешить и вновь побежала со скоростью света, чуть ли не сбивая непонимающих учеников. К её счастью, она увидела то, как директор и Малфой уходят с места, где они разговаривали до этого. Гермиона отметила, что тело Драко показывало встревоженность, а его тёплое выражение лица снова сменилось холодным льдом. Девушке пришлось остановиться на несколько секунд, чтобы успокоить дыхание и быстрое биение сердца после пробежки. После этого она догнала быстрым шагом Малфоя тогда, когда он заходил в двери кабинета директора. Для прохода в кабинет нужно позвонить в определённый колокол, благодаря которому директор точно будет знать, что к нему пожаловал гость. Именно сейчас Гермионе неимоверно повезло, ведь она проскользнула в пространство двери после Малфоя и не раскрыла своё присутствие. — Вы сможете обращаться ко мне по любому вопросу, Драко. Я на вашей стороне и всегда буду готова помочь, чем смогу. — сказала Минерва, с теплотой смотря на своего ученика. — Спасибо, Директор. Я благодарен вам, что вы пошли мне навстречу, но нам придётся учесть один момент. — Вы про связь нитью на запястье? — Да. Минерва посмотрела на Драко, а затем на Гермиону, стоящую позади него, словно видела её через манитю. — Кто ваша пара, Мистер Малфой? — с лёгким дрожанием в голосе спросила Макгонагалл. — Гермиона Грейнджер. И я сомневаюсь, что она согласится покинуть школу на месяц, Профессор. Девушка чуть не охнула под манитей, но вовремя себя сдержала. Она, видимо, пропустила самую важную часть их разговора, где объяснялись причины их отъезда. — У неё не будет выбора. Завтра я с ней обсужу это, не переживайте. Будьте готовы после обеда, я открою для вас камин. После вашего прошлого... путешествия, мне пришлось закрыть камины даже на разговоры. Министерство довольно жестоко сейчас. Драко кивнул и, развернувшись, прошёл к выходу, а Гермиона последовала за ним, чтобы выйти тем же способом, которым она зашла. Выйдя в коридор, Гермиона не увидела Драко. Это было странно, ведь он вышел только что. Пока она стояла на месте, то сняла с головы мантию, чтобы оглядеться лучше, как её прижали к стене. — Подслушивать плохо, Грейнджер. — сказал появившийся перед ней Драко. — Как ты понял, что я была там? — О, милая и наивная львица. Твои духи затмили все запахи на вечеринке, я чувствовал их с любого угла комнаты, а сейчас я уверен: и Макгонаггл знает, что ты пробралась в её кабинет. Гермиону испугало его резкое появление и странное поведение, но страх сменился любопытством и ноткой злости, когда она вспомнила, почему находится здесь, а не в тёплой кровати. — Мы отправляемся куда-то? Расскажи что произошло! — Ты слишком нетерпелива. Сначала подслушиваешь, теперь требуешь чего-то, это неправильно, не считаешь? Но так уж и быть, сделаю тебе одолжение и позволю узнать все у старухи-Макгонагалл. До завтра, Грейнджер,  было приятно поболтать! Драко, по непонятной для Гермионы причине, светился от радости, а последние слова звучали искренне. Девушка почувствовала неладное и в душе проклинала Малфоя, заставившего её терпеть до утра. Если он куда-то отправляется, то ей придётся ехать с ним, что было нечестно, ведь у неё есть дела и в школе. *** — Мисс Грейнджер, я вас ждала. — сказала Минерва. Гермиона решила пойти к директору сразу после завтрака, ведь терпение не было железным и интерес к ситуации тоже. Именно поэтому девушка сидела напротив Минервы Макгонагалл, в ожидании рассказа. — Я так понимаю, вы в курсе о ситуации с матерью Драко? Ей стало в разы хуже и Мистер Малфой обязан на время покинуть школу, чтобы не позволить состоянию Нарциссы ухудшиться еще больше. — проговорила Макгонагалл, а затем продолжила, понизив голос, — И ему как кстати будет необходим ваш ум, Мисс. Вы точно сможете помочь ему, так что ваш отъезд не обсуждается. Я надеюсь на ваше понимание. Гермиона почувствовала, что Минерва говорит ей не всё. Такой... не совсем важной информацией она не стала бы делиться после отбоя, а могла подождать до утра. — А что конкретно произошло с матерью Малфоя? — Грейнджер задала вопрос напрямую, чтобы Директор не увиливала от важных деталей. Лицо женщины вмиг изменилось. Она опустила взгляд в пол, поджала губы и начала нервно теребить скатерть руками. — Понимаете, — начала та, — колдомедики не могут определить, что конкретно за существо сидит в голове Миссис Малфой. Оно подстрекает её на действия, которые могут стать концом мирному времени. Я не стану делиться с вами всем, о чём Нарцисса мне рассказала, но за ней необходим уход и присутствие рядом близкого ей человека – сына. Продержав тишину около минуты, Гермиона не смогла ждать. — Вы хотите сказать, что Нарцисса Малфой может стать проводником злого колдуна, вроде Волан-де-морта? И почему же он выбрал именно её? — Я всё больше и больше убеждаюсь, что вы достойны статуса самой умной ученицы курса, Мисс Грейнджер. — выдохнув, проговорила Минерва. — Этого духа называют Проводником Тьмы, он выбирает слабую жертву, каковой и является Нарцисса. У Драко Малфоя есть все шансы стать очень сильным Тёмным волшебником, а мы предполагаем, что дух этого и добивается с помощью его матери. Именно этого допустить нельзя. Новая информация смешивалась в голове Гермионы, всё глубже проникая в сознание. Многое так и не получалось уложить в стопки из-за непонимания, но девушка пообещала себе в этом разобраться. Попрощавшись с Директором, девушка на ватных ногах направилась в Гостиную Гриффиндора. Ей было страшно узнать, что по школе ходит возможный преспешник Волан-де-морта, а хуже осознавать было то, что она связана с ним и не может находиться поодаль от него. Драко Малфой оставался для неё закрытой книгой и ледяным океаном, прячущим в глубинах своих вод жуткие тайны, способные потрясти всё человечество. Гермиона же ощущала себя карликовой планетой среди метеоритов, других планет и огромного яркого Солнца. Она чувствовала, что вокруг неё не переставали существовать тайны, которые непостижимы даже героине войны и лучшей подруге Гарри Поттера. Идя по коридору, она задумалась: "А что бы сделал Гарри?". Эта фраза часто мелькает в её голове, и, честно говоря, помогает принять важные решения. Гермиона понимала, что не может надеяться на мёртвого лучшего друга, но для неё это способ, при котором она может сделать выбор на свежую голову. Гарри Поттер бы не отходил от Малфоя, надеясь выведать важные подробности в какой-то момент. Гарри не постеснялся бы напроситься в комнату Драко в Мэноре. Подумав об этом Гермиона улыбнулась. Поттер всегда сначала делал что-либо, а только потом думал о последствиях. Чаще всего это помогало спасти мир. Увидев Рона в гостиной, Грейнджер сию минуту подбежала к нему и начала тараторить: — Мерлин, Рон, мне нужно уехать на какое-то время из школы. Там случилась ситуация, которая требует моего присутствия и я не могу остаться. Я пока не знаю, как долго пробуду там, но... — девушке не удалось договорить, так как Рональд перебил её. — О чём ты, Миона? Куда тебе нужно уехать?! Младший сын Уизли с непонимающим взглядом уставился на подругу в ожидании объяснений. — Я не могу рассказать тебе всего, Рон. Я еду в Малфой-Мэнор с Драко и побуду там. Его мать... захворала и ей нужна его помощь. Рон всё также непонимающе смотрел на Гермиону. — Ладно... а причём здесь ты? Грейнджер начала ощущать злобу от тупости лучшего друга, но сделав глубокий вдох смогла взять себя в руки. — Заклинание, Рон. Я и Малфой связаны! Понимание, наконец, отразилось на лице Уизли. На деле Рон отреагировал не совсем так, как представляла Гермиона. Она ждала, что он будет крушить все вокруг и кричать на неё, лишь бы она не уехала куда-либо вдаль от него. Со смерти Гарри Рон всегда старался быть рядом с подругой, считая своим долгом оберегать её, пока та не найдёт достойного мужчину. Отношения Рона и Гермионы никогда не были романтическими. Уизли считался для девушки братом, которого у неё никогда не было. Он бывает туп, бывает смышлён. Именно это и захватило сердце Гермионы и вписало Рональда в необсуждаемую невидимую графу семьи. Она сама тоже долгое время считается в семье Уизли. Наверное, это произошло после того, как Рон подружился с Гарри, но данная информация никогда не заставляла Гермиону думать о себе плохо. Девушку не устраивает, когда все вокруг считают её лишь подругой Гарри Поттера, но в каких-то моментах она рада, что может отмахнуться этим. — Ты же будешь присылать мне письма? Я всё таки буду переживать, Гермиона. — жалобно спросил Рон. — О, Ронни, конечно! — ответила ему Грейнджер, захватив в объятия. — Я буду писать тебе каждый день. А ещё постараюсь вернуться как можно скорее! Главное, определись уже, какие у тебя отношения с Лавандой. Перестань мучить её, если не собираешься долго быть с ней. Рон на последнее высказывание опустил взгляд в пол и неуверенно кивнул. — Мне пора собираться. Макгонагалл сообщила, что через... — Гермиона взглянула на часы. — Мерлин! Через двадцать минут нас с Малфоем ждут у камина для отправки в Менор, мне нужно бежать! Девушка побежала в комнату девочек и, сев к своему сундуку с вещами, стала собираться. Несколько джинс, маек и спортивных штанов гриффиндорка положила в сумку (заранее растянутую заклинанием Незримого Расширения) сразу. Посмотрев на дневник пару секунд, та схватила его и небрежно закинула в сумку. "Лишняя связь не помешает" – подумала Гермиона. Когда часы пробили десять часов, девушка направилась к Макгоногалл, чтобы отправиться из её камина на место назначения. Подойдя к кабинету, Гермиона увидела Малфоя, шедшего ей навстречу с противоположной стороны. Заметить ухмылку на его лице было нетрудно, ведь именно она выделяла его отношение к происходящему. — Мы проведём не меньше двух недель рядом, Грейнджер, разве не прекрасно? — Я проведу две недели в Библиотеке Мэнора, Малфой. Не обольщайся, но я слышала, что ваша коллекция заворожила бы саму Мадам Пинс. — ловко соскочила с общения флиртом Гермиона, что почти сработало. — Позволение посещать библиотеку нужно заслужить, милая Грейнджер. Будь паинькой и все места для тебя будут доступны. — голосом Чеширского Кота проговорил Драко и скрылся за дверью, ведущей в кабинет Директора. Гермиона встала в ступор, пыталаясь осознать сказанное собеседником. В момент, когда до неё дошёл смысл, она была на грани ярости и мести. Если Малфой надеется заполучить Гермиону какими-нибудь варварскими способами, то это у него не получится, ведь Грейнджер была чемпионкой по разбиванию своего сердца вновь и вновь, что закалило её. Опомнившись, девушка прошла в кабинет. Увидев там пожимающую Малфою руку Минерву, та поздоровалась и встала около Малфоя. — Мистер Малфой, жду от вас писем с подробностями. Удачи вам! Ученики вошли в камин и после произнесённого Малфоем адреса их накрыло тёплое пламя, которое перенесло их в Малфой-Мэнор. Выйдя из камина, пара не успела освоиться к перемене давления, как послышались женские крики: — Ты не можешь просить меня об этом! — Драко и Гермиона переглянулись и побежали на голос, который становился всё громче. — Я не буду этого делать, ублюдок, он же мой сын! Забежав в столовую, Гермиона впала в ступор, видя, как Тинки и ещё два других эльфа убирают осколки, расбросанные по всей поверхности пола. — Мама! Что здесь случилось? — испуганно спросил Малфой. — О, Драко! — в глазах женщины начали виднеться слёзы при виде сына. — Я не могу с ним подружиться. Он... неадекватный. Он не даёт мне спокойно жить, Мерлин, как же я устала! Гермионе удалось рассмотреть Нарциссу, рыдая на плече сына. Они виделись не так давно, однако женщина сильно похудела, а густота её волос уменьшилась вдвое. — Мама... Грейнджер была потрясена тем, что увидела искренние эмоции Драко. Обычно он скрывался под маской льда и камня, но сейчас он не был похож на себя самого. Он действительно переживал за мать и Гермионе удалось это понять. — Тинки, отправь маму спать, а мы закончим с уборкой. — сказал Малфой личной помощнице матери. — Да, хозяин! — с двояким чувством тревоги за Госпожу и радость о приезде Драко пропищала Тинки и исчезла вместе с Нарциссой. Сделав вдох, Малфой взял палочку и взмахом перенёс все осколки в мусорный бак. — Скотти, — обратился Малфой к одному из оставшихся двух эльфов. — что произошло здесь? — О, хозяин! — эльф смахнул слезу. — Госпожа завтракала, но в один миг начала говорить сама с собой, с каждой фразой повышая тон. В конце концов она перешла на крик. Хозяин, она ругалась с этим существом. Эльф не выдержал и зарыдал, параллельно извиняясь за незаконченную историю, которую подхватил второй. — Она с каждым днём потухает. Сегодня первое за неделю утро, в которое она согласилась позавтракать. А ещё её мешки под глазами... простите что говорю об этом, но спит она по пятнадцать часов в день, но всегда говорит, что хочет ещё. Бедная моя Госпожа! — всхлипнул эльф по имени Крокки. Малфой, словно губка, впитывал каждое слово слуг, а Гермиона делала пометки в своём блокноте. Они с Малфоем договорились разбираться в этом вместе, поэтому Гермиона не переживала об "общем личном дневнике".