EXTRA Взаимовыгодное соседство

— Эй! Мона споткнулась о пустоту, ботинок неприятно шкрябнул о сухой асфальт. Посылая на это место всех существующих в преисподне чертей, она выдавливает из себя краткий ответ. — Да?... — Ну же, красавица, – "ласково" шепчет мужской бас за несколько метров от её спины. – Обернись на меня. — Вам… Что-то нужно? – повторяет Мона, сделав то, о чём её просили. — Да. – кивает неприятной наружности парень, от которого так и веет желанием создать себе проблемы. – Хотел поговорить с тобой. — Мы знакомы? — Мне твой однокурсник про тебя рассказывал. — Что? – это кому ж там на пятой точке ровно не сидится... — Альбедо, ты его знаешь. Сказал, что ты сейчас одинока и не против замутить с кем-нибудь. Мона и Альбедо учились в одной школе, так что она знает его довольно хорошо. И нет, он не сказал бы чего-то подобного даже под алкоголем. Мона одним изгибом бровей пояснила хмырю "я знаю, что ты лжёшь", и скрестила руки на груди. — Извините, произошло недопонимание. Я не заинтересована сейчас в знакомствах. Но мужчина не спешил уходить. Лишь растянул лыбу по небритому лицу, почти что облизнулся, заставив Мону тихонько попятиться назад. — Эй, да ладно тебе! Чего ломаться? – мужчина медленно начал надвигаться на неё. – Вон, платьишки какие обтягивающие носишь. Видно же, что не против кого-нибудь подыскать… Да постой ты! Девушка побежала, мужик пустился за ней. Она пыталась не оглядываться и не сбавлять шагу, но впереди была проезжая часть, так что она была вынуждена остановиться. — Прекращай уже, я же вижу, что ты хочешь… Мона начала вскипать. Страх разлился по венам, а вместе с тем пробуждалась невероятная ярость. Она уже хотела прикинуть, по какой траектории заехать этому наглецу каблуком в физиономию… Внезапно на её спине образовалась хватка, и она почувствовала профессионально-глубокий поцелуй в губы. Ни тело, ни разум не успели понять, какого черта произошло. Но когда поцелуй прекратился и Мона подняла голову, моментально успокоилась. — Привет, солнышко. Прости, я задержался на работе и не успел тебя встретить. Не слишком долго ждала? Затем, не выпуская из объятий Мону, он поворачивается к шокированному парню, и его влажные от чужой слюны губы растягиваются в такой недвусмысленной и собственнической улыбке, что у Моны подкосились коленки. — Вам что-то нужно? На лице ублюдка появилось явное раздражение, но чего-то бросаться с кулаками на Скарамуччу он не спешил. Лишь издал разочарованный рык, пробурчал себе под нос ворох каких-то оскрблений и отправился восвояси, без слов скрываясь за тёмным поворотом. — Ну и чего ты одна посреди ночи в открытых платьях щеголяешь? — обращается он к выдыхающей с облегчением девушке. Их тела до сих пор находятся в непосредственном контакте друг с другом. Мона настолько привыкла к более-менее регулярной близости с ним, что уже не обращает на это никакого внимания. — Да если б я знала… — В следующий раз попроси хотя бы меня, чтобы я тебя встретил. Пошли. — Он берёт её за руку, и они уже вдвоём направляются к своей квартире. Мда. За Скарамуччей как за каменной стеной, теперь и по сторонам оглядываться не надо. И он действительно готов тратить бензин на то, чтобы ездить за ней по клубам? Вот же много у человека денег и свободного времени. А Моне как-то неловко просить о таком парня, с которым она даже не в отношениях. Дома тепло, уютно и безопасно. Мона смотрит в окно большой комнаты, и крохотный квадратик ночной улицы теперь кажется не страшной реальностью, а далёким и недоступным мирком, который от неё полностью изолирован. Остатки адреналина и липкого страха всё ещё присутствуют в теле, Мона явно их ощущает. Кто знает, что бы с ней сейчас было, если бы Скарамучча не оказался в правильном месте в нужное время? А она, напуганная дурочка, даже спасибо ему не сказала. Да в принципе, одних слов тут будет мало. А что ещё сделать? Броситься ему на шею и расцеловать? Хм, ну или же воспользоваться более привычным способом для них обоих. На кухне шумел электрический чайник, который Скарамучча включил сразу после прихода. Он стоит к коридору спиной, и Мона смело крадётся к нему сзади. Крепко обнимает за спину, прижимаясь подбородком к широким плечам. Ей с такого ракурса не видно, но губы Скарамуччи изгибаются в приятной улыбке. Не меняя позы, он наслаждается обвивающими его руками, нежно поглаживая девичьи кисти. — Спасибо тебе большое... – шепчет Мона у самого его уха, прижимаясь плотнее. Руки ёрзают по мужской талии нежными поглаживающими движениями. Мона немного сползает на его бёдра, делая недвусмысленный намёк, но её кисти останавливает чужая рука. — Ты не обязана. – коротко отвечает он, зачем-то поглаживая тыльную сторону её ладони. Да, так и есть, она ничем ему не обязана. Иногда они помогают друг другу, но он, несмотря на свои сварливость и расчётливость, редко просит что-то взамен. И тем более не заставляет её спать с ним в качестве "оплаты". Мона щипает его за подбородок, разворачивает лицом к себе, берёт за руку и заглядывает в глаза. — Да, не обязана. – утвердительно кивает она, вкрадчиво сокращая между ними расстояние. – Но что, если я сама хочу этого? — Ты уже не боишься? – продолжает грузить вопросами Скарамучча, не отпуская её, но и не спеша заходить дальше. — Здесь мне нечего бояться. – улыбается Мона, опуская ресницы. Он кладёт вторую руку ей на талию, сжимает. Снова вопросительно заглядывает в глаза. Она ухмыляется, утвердительно кивает, давая разрешение. — Можешь не церемониться. – шепчет она напоследок, прежде чем соединить их губы в томительном поцелуе вновь. Конечно, адреналин до сих пор плещется в её крови. Так что такое времяпровождение плюсом позволит слить накопившуюся энергию, что мешает организму нормально функционировать. Мона действительно ничем ему не обязана за данную ситуацию, и она делает всё это по доброй воле. По собственному желанию позволяет грубо прижать себя к стенке спиной вперёд, что лишает её же саму возможности пошевелиться, позволяет так неаккуратно расправиться с застёжкой вечернего платья, провести рукой по уже обнажённой спине... Большинство времени Скарамучча невероятно раздражающий и несговорчивый. Но в те моменты, когда он показывает себя с другой стороны, делает что-то хорошее и человечное, он выставляет себя даже в более хорошем свете, чем самые "добродушные" на свете люди... И Мона начинает питать к нему необъяснимое тепло и притяжение. Может быть, у неё всего-навсего появляется желание провести с ним побольше времени, и она не знает, как это ещё можно выразить. К тому же, рациональная часть разума сразу же пихает это желание душевной близости куда подальше, напоминая себе, что сейчас в приоритете стоят другие цели, а не очередная попытка построить отношения. Ну, бонусом – долбанутого идиота бывшего ей в прошлом хватило по горло. Вместо этого Мона просто занимается сексом с ним, каждый раз надеясь, что после хорошей ночи организм успокоится и странное влечение к соседу развеется. В большинстве случаев это действительно срабатывает. Точнее, она всеми силами пытается себе внушить, что это срабатывает. На деле всё становится только хуже, гораздо хуже.