В кабинете отца

Алексей Андреевич сидел в своем кабинете. Генеральный директор компании по производству мотоциклов, могучий человек, взял и потерял почти весь бюджет фонда. Все 78 миллионов долларов, все до единого уплыли в руки какому-то хакеру. И лишь жалкие сто тысяч в ящике стола напоминали о том, какой же все-таки генеральный директор жалкий, и от этого становилось еще хуже. Рука потянулась к карману, в котором лежала пачка сигарет и зажигалка. Машинальное движение — и сигарета зажата между губами. Стоило зажечь огонь, как тяжелая дубовая дверь открылась, и перед Алексеем Андреевичем предстал хрупкий юноша лет семнадцати. Волосы гладко прилизаны, рубашка заправлена, штаны выглажены — ну чем не сын богатея? Правда, бывшего богатея. — Доброе утро, папочка, — парень усмехнулся и пробежался ярко-нефритовыми глазами по папкам с бумагами, строго расставленным кубкам и наградам, что покоились за стеклом дверцы шкафа. Наконец взгляд переместился на отца, нервно затягивающегося едким дымом. Сын поморщился — легкая простуда дала о себе знать, и он тут же разразился громким кашлем, из-за чего папа поспешно затушил сигарету о пепельницу. — Доброе утро. Алексей Андреевич задумался. Стоит ли рассказывать любимому сыночку о том, что этим утром компания папочки потеряла все свои деньги? Или же не стоит? Мысли прервал тонкий, но весьма уверенный и оттого ехидный голос отпрыска: — Ты что-то сегодня нервный. У тебя все хорошо? — с этими словами парень подошел к родителю и приобнял его за плечи. — Все… нормально, Витя, — выдавил из себя отец. Он был явно не в духе. — Может, тебя следует успокоить? Виктор скользнул рукой по груди папы, дотронулся до кубиков пресса и начал поглаживать ширинку чужих штанов. Алексей Андреевич на автомате толкнулся в руку сына, уже расстегнувшего молнию и гладящего член через ткань темно-синих боксеров. — Если тебе так хочется, заставь меня кончить. — Да, только я немного накажу тебя, — тут сын ухмыльнулся, — за то, что ты курил при мне. Алексей ничего не ответил. Все возражения, весь негатив растворился в удовольствии. Только его Витя знал, как довести до оргазма своего дорогого папочку, как заставить стонать от удовольствия, нажимая на те самые точки, от которых тело вздрагивало и тут же таяло. Сын встал на колени, и отец повернулся на своем кресле к его лицу. Виктор стянул нижнее белье отца, и из штанов выпрыгнул член — большой, возбужденный, истекающий смазкой. Невольно улыбнувшись, юноша взял в рот половой орган отца и насадился на него горлом. "В чем ты точно хорош, так это в глубоком минете", — подумал мужчина и отдался парню полностью. Горячий и влажный язык скользил по члену, заставляя его обладателя вздрагивать, точно его ударили током. Виктор хихикнул и обхватил губами головку, такую чувствительную и скользкую от слюны и предэякулята. Подразнив ее языком, он спустился ниже, заглатывая ствол отца. Тяжелая рука того упала на голову парня и опустила его голову, заставив войти большой член полностью. Сын от неожиданности всхлипнул, и отец тут же убрал ладонь от мягких русых волос. Но тот сам стал насаживаться на член, обхватывая его мягким и мокрым горлом, при этом пошло причмокивая. Отец простонал: — Я кончаю… И член тут же вышел изо рта сына. Сказать, что Алексей Андреевич был разочарован — не сказать ничего. Ему собственный сын доставлял небывалое удовольствие, так старательно сосал, и тут раз — за секунду до грандиозного семяизвержения его вот так нагло обломали. — А теперь не прикасайся руками к своему члену и смотри, как я растягиваю себя. Виктор стянул с себя штаны и раздвинул ноги. — В какой же неприличной позе ты сидишь, мальчик! — отец был действительно поражен. Смочив два пальца в собственной слюне, парень вставил в себя один. Вслед за ним последовал тихий стон, растворившийся в воздухе. Рука начала двигаться, и неприличное хлюпанье и нарочно громкие стоны сына наполнили зал. Вот уже два пальца бились в горячем нутре юноши. На щеках горел яркий румянец, оттеняющий и без того бледную кожу парнишки. Виктор раздвинул пальцы на манер ножниц, и отцу в самом лучшем свете представилась внутренняя часть кишечника. Рука с характерным хлюпом отдернулась от ануса парня, и тот произнес желанную фразу: — Теперь можешь вставлять, па-апочка. Виктор уселся на колени отца, и они потерлись членами. У старшего он был далеко не маленьких размеров, с крупной головкой, с выпирающей венкой на боку и немного изогнутый. У младшего же — тонкий и небольшой, даже венок не было видно. Кое-как приподнявшись, сын потерся анусом о головку члена отца. — Вот черт, у нас нет презервативов… Не вытерпев, тот взял за талию Виктора и опустил его корпус, заставляя принять в себя весь половой орган отца. Мурашки табуном пробежались по спине пассива, и тот, не помня себя, сам стал насаживаться задницей на член. Темп ускорялся, и вот уже Витя прыгает на члене Алексея, ахая и постанывая. — Папочка-а-а… ударь меня! — войдя в транс, простонал парень. — Я хочу, чтобы ты шлепнул меня по заднице! Просьба не заставила себя ждать, и на ягодице парня появился ярко-красный след ладони отца. Соприкоснувшись губами, они заключили друг друга в пылкий и страстный поцелуй. Языки их сплелись, и слюна вытекала из уголка рта пассива. Шлепнув того еще раз, отец разорвал поцелуй, и тонкая прозрачная ниточка между их губами тут же лопнула. Парни почувствовали, что они вот-вот эякулируют. Финальные толчки — и оба мощно кончили. Алексей излился в сына, наполнив его горячей спермой, последний же запачкал свою новую рубашку и пиджак отца. Но обоим было плевать. Они лениво целовались, причмокивая и посасывая языки друг друга. Отрываясь, чтобы глотнуть воздуха, возлюбленные облизывали губы друг друга и снова смыкали их, чтобы вновь предаться удовольствию. Наконец отвернувшись от лица папы, Виктор кашлянул и посмотрел в сторону окна. За стеклом виднелся типичный городской пейзаж. И никто не знал, что сейчас произошло в кабинете офиса генерального директора обанкротившейся компании по производству мотоциклов. — Пасмурно, — как-то с грустью и неким облегчением произнес отец. — И не говори. И их губы снова сомкнулись.