Сам не придумаешь.

POV: Слава. Слава машинально поднимает голову вверх, уже не опасаясь заглянуть прямо внутрь темных, слишком глубоких глаз. Эти глаза всегда нравились ему. Он бы мог смотреть в них очень долго.. мог бы.. "разбитым?.. ха-ха..." Да, Готлиб чувствует себя ужасно. Настолько плохо, что хочет прямо сейчас сорваться, сесть за руль и уехать куда-то очень далеко отсюда. Но, Алишер ведь просил остаться.. поэтому, он не может оставить его одного. Да и не стал бы. Как бы хуево не было, без Алишера станет в сто раз хуже, уверен на сто процентов из десяти. Началась бы ломка по этим глубоким темным глазам, в которые сразу захотелось бы посмотреть. Парень рвано вдыхает теплый воздух, ощущая как веко снова непроизвольно-тревожно дергается, и кладет ладони на пояс рэпера, приближая того к себе. Что Алишер хочет услышать? Точнее.. что стоит ему сказать..? — Поцелуй меня, — вдруг произносит юноша, неожиданно даже для самого себя и отводит взгляд, сильнее сжимая пальцы. Почему то он думает, что Алик рассмеется ему в лицо прямо сейчас. А может просто оттолкнет, случайно впечатывая головой в стену так, что на обоях останется липкое красное пятно. Теперь его очередь бояться. Но он постарается спрятать свой страх в себе, только чтобы кареглазый мучитель этого не увидел. Показать свою слабость, значит обнажить всего себя, признаться в собственных уязвимых местах. А это не та карта, которая бьет искренность Валеева. Слава чувствует блядский румянец на щеках. Вот же.. да что происходит.. Такое обычно случалось с ним редко, смущался он не так часто. — "Алишер виноват, ясно ведь".. POV: Алишер. Смотрю в глаза, наблюдая с какой же скоростью меняются неподдельные эмоции. Ты будто боишься, но в то же время абсолютно точно не показалось, что просишь о близости. Поцеловать? Всегда готов. Наклоняясь к лицу напротив, без лишних разговоров, мягко смыкаю губы на твоих, притягивая ближе, макушка в моих пальцах. Как же, блять, давно я не целовал тебя. Кажется, что и правда сказка. "Ну, да, Али, сказка, засыпанная белоснежной сахарной пудрой. Так?" Я знаю, что виноват во всём сам. Ты просишь меня, а я ведь никогда тебе не отказывал. Все что угодно, Слав, только ни слова о моих наркотиках. Кажется, когда-то мы беседовали об этом - ничего путного не вышло. Едва ощутимо прикусывая твою нижнюю губу, тихо вздыхаю, сжимая пальцы в волосах. Почему ты такой, а? Почему я такой? Почему мы_такие? Объясни? Мне никогда не понять, какого это ощущать - быть тобой. Постоянно дрожать при мысли о том, что мне нужна помощь, ведь не вывезу, а ты сделаешь своё. Но в один момент всё кончается и от этого хочется долбануть снова, хватая передоз за передозом. Невероятная, жестокая карусель. Неужели ты и вправду погибаешь каждый раз, когда я тебя касаюсь? — Хочешь… — шепчу в губы, сцеловывая с уголков,- свободная ладонь держит за подбородок, не давая уйти в сторону. Не чувствую, пытаешься ли ты это сделать. — Хочешь, я начерчу тебе дорожку? И в самом деле. Настоящий змей. Не знаю, что ответишь, но в один момент мы оказываемся ближе к стене и я жму тебя спиной, зажимая. Кажется, наркота начала работать. Меня греет, а по телу растекается невероятная нега. Будто поцелуй матери. Что ты сейчас видишь перед собой? Человека, который искренне счастлив, находя себя здесь, рядом? Или пиздабола, который снова растопчет твои надежды?