I'm already cursed.

Дом Беневиенто не спал с самого утра: Донна, как обычно, пыталась навести порядок в доме, хотя ни в одной из комнат ты не найдешь и пылинки. Девушка всегда волновалась, когда Алсина и ее дочери приходили к ней, казалось, она боялась, что тем что-то не понравится и как же она ошибалась. Сестры Димитреску просто в любви от того, как у тети Донны уютно! Каждый раз, приходя к ней, девушки расхваливали хозяйку дома, говоря о том, как здесь круто и приятно находиться. Экселла гордилась Донной всегда. Особенно в такие моменты, ведь та действительно беспокоилась о том, что думают гости кукольницы о её доме. Ведь пару лет назад было настолько мрачно, что порой сама Беневиенто боялась ходить по дому одна в кромешной тьме. Но к счастью, сейчас все по другому и те времена всплывают в памяти лишь как кошмар, ничего более. Пока Энджи звонко кричала на Донну, Экселла раздраженно потирала виски, девушка в какой раз проверила, все ли на своих местах. — Донна, дорогая, — лениво протянула Джионне, подняв взгляд на возлюбленную и тяжело вздохнула. — Успокойся, пожалуйста. Донна резко остановилась, услышав голос любимой и возмущенно вздернула брови, упираясь руками в бока. — Я должна убедиться в том, что везде порядок! Энджи такая неугомонная, только повернешься, а она уже пол кухни смела! — девушка, пускай говорила не очень громко, зато очень уверенно, что удивляло. Экселла же, пересилив сонливость, поднялась с кресла и подошла к Беневиенто, аккуратно взяв её щеки в руки. — Принцесса, моя милая принцесса луны, выдохни. В доме полный порядок, — Джионне поглаживала мягкую кожу Донны, чувствуя, как щеки той рдеют, а сама девушка начинает смущаться, успокоившись и опустив взгляд в пол. Экселла улыбнулась, приподняв лицо девушки и легонько поцеловала в губы, прошептав. — Ну, вот, все моя хорошая. Донна подняла взгляд на Экселлу, закусив губу и прыгнула на нее с объятиями, прижимая к себе. Женщина такого явно не ожидала, потому она пошатнулась, еле удержав равновесие и посмеялась, обняв возлюбленную в ответ, несколько раз целуя в лоб. В дверь резко постучали и обе девушки вздрогнули, повернувшись на источник шума. Донна сразу же полетела открывать дверь, пока Экселла тихо усмехнулась, мотнув головой и направилась на кухню, чтобы дать время Беневиенто побыть со своей родней. Сестры Димитреску в прямом смысле залетели в дом и накинулись с объятиями на Донну, роняя её на пол. — Тётя Донна! — восторженно закричали девушки, тиская бедную кукольницу. Донна все еще не могла привыкнуть к такой теплой реакции сестер на встречу с ней, хоть и прошло немало времени. Димитреску аккуратно зашла в дом, придерживая шляпу и выпрямляясь во весь рост, улыбнувшись, а Вонг с Валентайн зашли за ней, прикрывая дверь. — Даниэла, заинька, ты задушишь свою бедную тетю, — Вонг усмехнулась, наблюдая за тем, как Дани буквально вцепилась в Донну и тискала её больше остальных сестер. — И мне не надо душить мою дорогую Донночку! — Прокричала с кухни Джионне, в чьем голосе прозвучали нотки недовольства. — Отпускаем, отпускаем, Экселла! — Дани хихикнула и переметнулась за спину к Аде, улыбаясь во все зубы. Следом отстранилась Бэла и последняя, Кассандра. Они помогли встать Беневиенто и она, неловко улыбаясь, поздоровалась наконец с Димитреску, Адой и Джилл, последнюю которую была крайне рада видеть. Валентайн заметила внимательный взгляд Донны и тепло улыбнулась. — Рада видеть тебя. — И я… — неловко призналась Беневиенто и махнула рукой гостям, чтобы те сразу шли на кухню. Сестры как всегда полетели наперегонки, только и было слышно, как они ругались друг на друга и давали какие-то обещания тому, кто прилетит последним. — Донна, милая, — проворковала Димитреску, положив ладонь на хрупкое плечо кукольницы, — мне жаль, что мои дочки так и не научились манерам. — Что ты, Алсина, — Донна неловко подняла взгляд на женщину, усмехнувшись, — я люблю их, они ведь мои племянницы. Мы слишком редко видимся, потому у них такая…бурная реакция, — Беневиенто взяла ладонь Димитреску, что лежала на плече в свою руку, — к тому же, в прошлый раз Даниэла меня чуть не съела…в прямом смысле. Сейчас она стала спокойнее. — Шутишь? Она никогда не была спокойной, — Аристократка вскинула брови и немного нервно усмехнулась. Все её дочери были неспокойными, но Даниэла…еще тот черт. Ох и могла она натворить бед за несколько минут. Димитреску уже потеряла счет таких случаев. Но, кажется, Донна была права: сейчас такого не наблюдается. Ну, хотя бы так часто. Донна качнула головой, отпустив ее руку. — Правда, Алсина. Я говорю лишь правду, — она зашла на кухню, а за ней и Димитреску. Сестры уже сидели за столом и придумывали наказание для Кассандры — бедняжка врезалась в стену, за счет чего оказалась последней. Вонг все еще была в коридоре, осматривая дом Донны, не прекращая восхищаться: в доме царила необычная атмосфера, где смешались самые разные запахи: старые книги; пыльца каких-то цветов, о которых Ада не знала; свежего чая, что Экселла заварила, когда уже почти все были за столом. — Я здесь выросла, — проговорила Джилл, проводя ладонью по стене, хмыкнув, вспоминая свое детство. — Дани, конечно, говорила, что у тебя интересная история, но теперь она стала еще интереснее. — Она об этом почти ничего не знает. Никто об этом не знает, — Девушка пожала плечами, махнув Вонг, — пойдем скорее, успеешь еще насладиться атмосферой дома. Ада лишь усмехнулась, приподняв уголки губ и прошла за Джилл, входя в просторную кухню и увидев, что младшая Димитреску заняла ей место, мило улыбнулась, потрепав ту по волосам. — Итак, Кассандра! Твое наказание будет таким…— хитро потерла ладони Даниэла под коварный смех Бэлы, — ты должна будешь шлепнуть дядю Карла по заднице! — Что?! — Кассандра сначала была в полном ужасе от такого задания, а затем залилась смехом, показывая большой палец, — твою ж налево, да без проблем! Главное, чтобы папаша Итан не заревновал. После этих слов захохотала и Бэла с сестрой, а вместе с тем и Экселла, которая явно такого не ожидала, хотя, от этих троих можно было ожидать что угодно. — Девочки, — Алсина сама была в шаге от того, чтобы рассмеяться, но она сдержалась и успокоив дочек, которые уже почти валялись по полу, спокойно выдохнула, улыбнувшись. Чаепитие прошло очень весело. Сестры Димитреску продолжали шутить, чем смешили остальных, а Валентайн была и не прочь добавить масла в огонь, от чего все будто взрывались и не могли успокоиться еще несколько минут. Но вскоре в доме лишь были слышны тихие разговоры и иногда стук чашки о блюдце. Донна расспрашивала о подготовке к предстоящей свадьбе и Димитреску отвечала лениво, не вдаваясь в подробности: по правде, она и сама не знала, что можно сделать на подарок для невест. А её девочки лишь хитро улыбались и хихикали. Ох и не к добру это. Если они разнесут замок к чертям собачьим, то прилетит сначала старшей, потом младшим, а потом снова старшей. Вонг в принципе не хотела принимать участие в этом обсуждении, но ей очень стало интересно, что задумали сёстры и наклонилась к Дани, прошептав ей на ухо: — Зайчик, просвятишь меня в вашем плане? — Прости, Адочка, но нет, — младшая Димитреску покрылась мурашками и, чуть было, не застонала на всю комнату, но подавила этот порыв, сжав ладонь в кулак и повернулась к женщине, прошептав ей почти на губы: «Боже, я готова трахнуть тебя прямо на этом столе» скоро вы все узнаете, это ведь сюрприз! — Воодушевленно произнесла девушка, клацнув зубами у носа Вонг и усмехнулась. — Какая жа-алость, даже и намека не будет? — она невинно похлопала ресницами, состроив милую мордашку. — Нет, но намек может быть в другом плане, — двусмысленно сказала Дани, подмигнув Аде и отстранилась, закинув ногу на ногу, — если даже мама не знает, то тебе тем более нельзя. — Какая хитрая. На это Даниэла лишь довольно промычала, опустив ладонь на бедро Ады и сделала это так уверенно, будто делала это уже тысячу раз. Но внутри Дани сжалась и испугалась, что это было лишним. Вонг выгнула бровь, усмехнувшись и лишь села удобнее, позволив ладони младшей Димитреску покоится на своем бедре. Щеки только немного покраснели и женщина отвернулась от девушки, будто внимательно слушала Донну. Джилл вообще летала в облаках, ведь взгляд её был прикован только на одну персону — Леди Димитреску. К сожалению, ее окружили дочери, потому девушка сидела ближе к Донне, чем к Димитреску. Валентайн наблюдала за женщиной, в частности за ее руками и глазами: первое выглядело очень изящно в перчатках, а второе — практически сияло и их взгляд заставлял таять, словно мороженое. Иногда их взгляды пересекались и Джилл выигрывала гляделки, ведь первая отводила глаза Алсина, при этом ее щеки выглядели куда более розовыми, чем были в обычное время. Девушка радовалась своим маленьким победам, счастливо улыбаясь. Через какое-то время Валентайн вышла из-за стола под предлогом: пойду покурю, а через некоторое время вышла и Димитреску, уже под очень оригинальным: пойду поищу ее. Джилл стояла на улице, уже выкурив почти половину сигареты, выдыхая дым и наслаждалась шумом водопада. Как бы далеко дом Беневиенто не находился, но то, как здесь было прекрасно и завораживающие, стоило того, чтобы потратить время на дорогу. Димитреску осторожно вышла из дома, прикрыв за собой дверь и аккуратно взяла у Джилл сигарету, затянувшись и выдохнув дым, вернула сигару обратно. — О, а ты чего вышла? — Валейнтан уже привыкла к тому, что они с Леди Ди перешли на ты. Лишь в некоторых случаях она звала ее по полному имени и фамилии, в основном, когда была очень серьезна. — Чтобы тебя найти, — пожала плечами женщина, тепло улыбнувшись и положила ладонь на макушку Валентайн, погладив. — Или чтобы побыть со мной наедине? — Джилл выгнула бровь, подняв голову к Алсине и ухмыльнулась, вновь делая затяжку. Димитреску покраснела, наклонившись к девушке и поморщила нос, когда та выдохнула дым. — М-м, возможно, — прохрипела женщина, хищно улыбнувшись, от чего у девушки скрутило внизу живота и тело покрылось мурашками. Долго мыслить шестеренками не пришлось. Девушка взяла Алсину за шею, практически не надавливая и притянула к себе, поцеловав. В нос сразу ударил запах сигареты вперемешку с духами Димитреску, что вскружило голову Джилл. Алсина промычала, зарывшись рукой в волосах Валентайн и резко отстранила ее, шепча: — Ты должна будешь мне все объяснить. — В замке решим, моя госпожа, — промурлыкала Джилл и вновь притянула к себе Димитреску, кусая ее за губу и прикрыла глаза, чувствую чужую ладонь на своей талии и прижалась к Алсине, поглаживая кожу шеи, едва задев ногтем, чем вызвала волну мурашек по спине женщины. Алси тихо простонала, улыбнувшись и углубила поцелуй, языком проводя по губам девушки, ощущая приятный привкус. Женщина горела под одеждой. Хотелось просто оказаться в мгновение ока в замке и снять эти лишние тряпки. И поцеловать Джилл вновь и вновь, оставить ей поцелуи на всем теле, чтобы все в замке знали, что Валентайн принадлежит Димитреску. Что только Димитреску дозволено целовать ее, ласково называть, мурлыкать комплименты на ухо девушки. А Димитреску принадлежит Валентайн. И только ей. И было так всегда, есть, и будет. И Джилл будто знает все, о чем думала Алсина. Да тут и гадалкой не надо быть, чтобы понять все. — Алси, Алси, — прошептала девушка ей на губы, отстраняясь и подняла затуманенный взгляд, тяжело дыша. — Да..? — Поехали в замок. Оставь девочек на Аду. Они доедут, — прерывисто произнесла Джилл, облизнув опухшие губы. — На Аду? Я ей не доверяю, — произнесла Димитреску, после чего фыркнула, продолжая перебирать пряди Джилл. — А ты доверься, — Джилл выгнула бровь, смотря на женщину и улыбнулась: ее помада была размазана по лицу, ресницы дрожали и сама она тяжело дышала. Зрачки расширились, а кожа горела от касаний. Димитреску отстранилась от Джилл, вздохнув и отвела взгляд, прикусив губу: она была права, нельзя же все время не доверять Вонг. В конце концов, она дорога ее дочери. Алси боится, что все повторится, но.не все люди такие ведь, правда? — Ну? Что скажешь? — Едем.

*

Только они зашли в замок, Димитреску взяла Валентайн на руки и понесла в свои покои, приказав другим служанкам их не беспокоить желательно пару часов. Джилл улыбнулась, обвив руки у шеи женщины и несильно укусила её за ухо, услышав, как она тяжело сглотнула и руки её задрожали. — Неужели ты уже все? — Будто издеваясь, Джилл шептала на ухо своей Леди, ехидно улыбаясь. — Не надо. Алсина рыкнула, буквально вваливаясь в покои и повалила Валентайн на кровать, нависая над ней сверху, скинув шляпу куда-то на пол. — Иначе ты пожалеешь о своих словах, Джилли, — промурлыкала Алси, наклоняясь к девушке и улыбнулась во все зубы, проводя ладонью по ее талии к бедрам. — Оу, вау, я прямо трясусь от страха, — прошептала Валентайн и резко толкнула Алсину за плечи, роняя на постель и оседлала ее бедра, сдувая пряди с глаз, — Думаешь, что ты у нас главная, Алси? — Что значит думаю? — пробубнила Димитреску, выгнув бровь и сняла перчатки с рук, опираясь локтями и приподнялась, но тут же оказалась вновь прижатой к постели. — Нет, нет, моя дорогая, ты лежишь - а я доставляю удовольствие, — и после этих слов Джилл поцеловала Алсину, зарываясь руками в её прядях и слабо сжала. Алсина отчаянно застонала, кладя ладонь на спину Валентайн, забираясь прохладными пальцами под рубашку, водя ногтями по коже. Джилл и сама горела, от чего контакт с чужой прохладной кожей вызвал мурашки и, девушка прогнулась в спине, прижавшись всем телом к аристократке. В комнате уже была запредельно высокая температура от двух разгоряченных тел, что так нуждались в друг друге. Алсина тихо постанывала под Джилл, ерзая бедрами и пытаясь согнуть колени, ведь она уже давно была возбуждена: еще с дома Беневиенто она боролась с желанием разорвать одежду Валентайн где-нибудь в комнатке на втором этаже. Джилл долго уговаривать не пришлось. Она стянула платье с Димитреску и была поражена красотой её тела. Казалось, такая бледная кожа, что только чуть надави сильнее и там останется синяк. Она помнила, что у нее светлая кожа, но видеть сейчас Димитреску в таком виде...это совсем другие ощущения. Все воспринимается совсем по другому. — Ты...такая божественная, боже, — Джилл не была в силах противостоять желанию, потому склонилась над Алси, целуя её шею, слабо покусывая и оставляя красные следы. Димитреску стонет громче, сжимая подушку над головой и что-то пробубнила. — Что-что? — Ра-разденься, или д-дай мне это сделать. Джилл усмехнулась от таких слов, потому отстранилась от сладкой шеи женщины и устроилась поудобнее, позволяя ей снять с себя рубашку с брюками. Ладони Алси дрожали и она с трудом расстегнула пуговицы, бубня под нос какие-то ругательства. — Хей, посмотри на меня, — Джилл приподняла подбородок аристократки, заставляю ту прекратить манипуляции над пуговицами и подняла глаза на Джилл, вскинув брови. — Я просто хочу знать, что ты потом не будешь жалеть. Что это не будет ошибкой. Алсина улыбнулась, понимая, за что все-таки она любила Джилл и потянулась, поцеловав её в щеку и провела носом по прядям волос, шепча: — Джилли, милая Джилли, я никогда не пожалею об этом. Это не будет ошибкой для меня. Ну.. — Для меня это тоже не будет ошибкой! — Джилл поняла ее и сразу ответила, усмехнувшись и целуя в лоб, — ни в этой жизни. И ни в другой. Звучало довольно иронично. Димитреску тихо рыкнула и вернулась к рубашке, но после неудачной попытки вновь расстегнуть хоть одну пуговку, подцепила рубашку, натягивая ее на себя пальцем и позволила выдвинуть лезвие, разрезав ненужную вещь. Джилл ахнула, почувствовав контакт с прохладным лезвием и вскинула брови. — За что рубашку? — Я прикажу швеям пошить тебе новую, любимая, — проворковала женщина, улыбнувшись и убрала лезвие, стягивая рубашку и ловким движением сняла лиф, прикусив губу. Джилл стало вдруг неловко, но она поборола это чувство, привстав, чтобы Димитреску было легче стянуть с нее брюки и они полетели следом за вещами, которые так мешали. — Хм, — задумалась Джилл, осматривая Алсину и кивнула самой себе, стягивая кружевное(и, явно, очень дорогое)белье с Димитреску, оставляя ее полностью обнаженной. — Вот, другое дело, — довольно проговорила девушка и вновь наклонилась над женщиной, поцеловав её в щеку и поцелуями перешла на шею, прикусив кожу, чем вызвала гортанный стон Леди Ди. Димитреску ерзала по кровати, не в силах больше терпеть. Ей нужно было, чтобы Джилл коснулась ее. — Джилли, — почти стоном выдала женщина, когда рука Джилл сжала её грудь, а она все также кусала шею, после целуя, как бы извиняясь за укусы. — Да, Леди Ди? — Трахни меня уже, — прошипела Алсина, зарываясь рукой в волосах девушки и не сильно сжала, приподнимая ее лицо. — Кто-то перевозбудился, — прошептала Джилл, подмигнув женщине, вновь сжимая ее грудь, — отпусти меня и я обещаю, что ты получишь то, чего так желаешь. Димитреску отпустила волосы девушки и тут же застонала, когда Джилл коснулась самой чувствительной точки пальцами, едва надавливая. Она не стала медлить, пятясь назад и оказалась между бедер женщины, проводя языком по коже, вновь кусая. — Джилл! — Будешь это кричать, когда я закончу, — приказала Валентайн, спустившись с постели и встала на колени, взяв ее под бедра, сжав и подвинула к краю кровати, — а теперь обещай мне, что не раздавишь мою голову, словно орешек. — Ты с ума сошла? — от такой наглости Алсина рыкнула, а затем поняв, что Джилл права, поправила себя, — Ладно, прости, ты права. Обещаю, что ты будешь в ценности. — Вот и отлично, — сказала Джилл, после чего коснулась языком пульсирующей плоти, продолжая держать бедра Димитреску довольно сильной хваткой. Пожалуй, за этот час, что уже прошел, девушка набралась всей своей смелости, раз могла приказывать Димитреску, говорить такие вещи, о которых бы и в жизни не подумала. Алсина стонала и не сдерживала себя. К черту все это. Столько лет она сдерживала себя, что наконец уже хочется сбросить с себя весь груз и, что так давно желала - расслабиться. Просто знать, что ты находишься в надежных руках и позволить делать с собой все, что душе угодно. Джилл поерзала, удобнее вставая и держала бедра, поглаживая пальцами, ускоряя движения языком по клитору женщины. — Боже, Джилл, — стонет Димитреску и Джилл подняла на нее взгляд: что за вид; её грудь тяжело поднималась, живот покрылся еле заметными каплями. Пряди были раскиданы по подушками, некоторые из них прикрывали очаровательное лицо Алсины, которая уже вся покраснела. Сильными руками она сжимала покрывало, а бедра пыталась максимально расслабить. Но как твою мать их расслабить, когда она уже сейчас близка к концу? Джилл еще только начала, а Димитреску уже сдается. Так не пойдет. Девушка не прекращала движений языком, лишь сменив тактику: делала круговые движения, а затем несколько быстрых и четких вверх-вниз. Во рту чувствовался сладковатый привкус. Так вот какова на вкус Леди Димитреску, ха! Комнату заполнили громкие вздохи и стоны Алсины, которая что-то бубнила Валентайн, но больше это походило на жалобные всхлипы. Джилл приподняла голову, прекращая действия, встречаясь со взглядом женщины и специально облизнула губы, ехидно улыбнувшись. — "Святая Матерь Миранда, как это выглядит", — она снова залилась краской, а после опомнилась и проговорила, — прошу, Джилли, дай мне кончить. — М-м, а взамен что мне будет? — А это мы уже посмотрим позже, — прохрипела Димитреску и увидев в глазах Джилл азарт и интерес, ухмыльнулась. Джилл кивнула и резко вошла несколькими пальцами, не забывая использовать язык. Уже меньше чем через минуту Димитреску протянула последний стон и её бедра задрожали, а после послышался звук лезвий. Девушку округлила глаза, выныривая и вскинула брови, присвистнув. — Ты еще и лезвия выдвигаешь, когда кончаешь, боже упаси, — Джилл хихикнула, облизывая губы вновь, ощущая приятный привкус и поднялась к Димитреску, словно кошка преодолевая расстояние, нависая над ней. — Спи давай. Ты устала, потом отблагодаришь, — она убрала прилипшие от пота пряди с лица женщины, обводя пальцем её скулы, оставив поцелуй на щеке. — Джилли...это было...ух, просто потрясающе, — еле проговорила женщина, усмехнувшись и легла удобнее, поцеловав ложбинку меж грудей Джилл, прижав ее к себе. — Обращайтесь, моя леди — Она покрылась мурашками, усмехнувшись и поцеловала макушку аристократки, обвив руки у ее шеи и обняла, прижимаясь к ней, чувствуя, как дыхание понемногу приходит в норму. — Джилли. — М? — Ты мне нравишься... — Ты мне тоже, Леди Ди. И не представляешь, как сильно.