А учитель вы так себе.

      Они познакомились в сентябре, когда Антон только устроился к ним в качестве нового преподавателя русского и литературы. А ещё, на счастье Саши, Ульянов стал классным руководителем их 10Б. Это мотивировало подростка появляться в школе чаще, чем им ставили уроки старшего в расписании. Полярный тот ещё прогульщик, но ради нового классного готов был себя почаще приносить в учебное заведение. Пару раз он даже приходил в плохую погоду, в которую все 9 лет до этого предпочитал даже носа не высовывать за пределы уютной и тёплой квартиры.       Вообще, долгое время мужчина не мог привыкнуть к тому, что мальчишка посещал лишь определённые уроки. Это злило до дрожи в руках, но приходилось держаться и расспрашивать одноклассников малого, чтобы делать какие-то выводы и планировать будущий разговор. И, в конце октября Антон всё-таки решился: — Ребят, всем привет. — Ульянов приветливо машет 10 классу руками и улыбается. Поднимается шум ответных приветствий, который он останавливает одним поднятием левой руки. — Небольшое отступление и начнём с вами урок, хорошо? — Обращение ко всем скорее для того, чтобы хоть как-то подступиться к разговору со школьником. — Итак, — глаза в глаза с Полярным. — Саш, останься после этого урока в кабинете. — Не строго, скорее ласково. — Нужно с тобой поговорить. — А тот как болванчик кивает, завороженно не отрывая глаз от пушистых ресниц учителя. — Славно. На чём закончили с вами? — Снова внимание переключено на всех ребят и, мальчишка рвано выдыхает, расслабляясь после напряжённых гляделок.       После урока Саша сбегает как подлый трус. Он сам не знает почему. Просто чувствует, что не пришёл ещё тот день, когда нужно говорить с глазу на глаз с этим сногсшибательным красавцем мужчиной. Внутри всё переворачивается стоит парню только подумать о новом преподавателе, поэтому Полярный гонит мысли и себя, надеясь не возвращаться к подобному больше никогда. Стадия отрицания собственных чувств проходит у него вполне успешно.       Однако уже на следующий день стоит в тени дерева подле школы и курит рядом с Антоном, не сводя с него внимательного и заинтересованного взгляда. Ульянов, кажется, на него не злится и это радует. Вообще, Саша уже одним своим виноватым взглядом извиняется так, что его прощают, но зачем-то всё же начинает неловкий диалог: — Извините, что вчера ушёл, — запинается, делая затяжку, когда перенимает из рук старшего сигарету. Немного кривится, понимая, что это ротманс с кнопкой. — В смысле, сбежал. — Слова выходят тяжело, будто их клешнями тянут из молодого человека. Антон хмыкает и говорит тихо: — Если не любишь ротманс — не кури их. — выдёргивает из тонких пальцев, вновь затягивается, прикрывая глаза. Саша снова залипает на длинные, кажется, что совсем девчачьи, ресницы. — А насчёт вчерашнего, — литератор неопределённо машет рукой, в которой держит сигарету. — Ничего такого не хотел тебе сказать. Я вообще не ожидал, что ты так испугаешься?.. — Бросает бычок в близ стоящую урну, которую сам же здесь недавно организовал для таких случаев. И впервые за весь разговор смотрит на Полярного. Внутри парня всё снова делает кульбит. Он ловит ртом воздух, прижимая руки к груди. Совсем как в сопливых мелодрамах с какого-нибудь канала по типу «Россия 1». Самому от этого тошно. — Боишься меня? — Руками притягивает к себе парнишку. Опять этот зрительный контакт, заставляющий покрыться мурашками с ног до головы. — Замёрз? Ладошки совсем ледяные… — Горячим дыханием обдаёт чужие красные руки, следом растирая. — Не боюсь… — Запоздало вырывается. И теперь всё точно как в самой тупой мелодраме. Антон улыбается. — А ещё, — все слова непроизвольно выходят изо рта Саши. Контроль он потерял над собственным телом и мыслями ещё тогда, когда Ульянов зашёл в их аудиторию с директором в начале этого учебного года. — Учитель вы так себе… — Старший не смеётся вместе с ним почему-то. Он отпускает чужие руки и вновь берёт дистанцию. — Ученик из тебя тоже, Саш, так себе. — Уходит, совсем не ждёт ответа школьника. А Полярный глушит в себе недовольные звуки и слова, а ещё, вроде бы, улыбку. Стадия принятия собственной влюблённости начинает усердно стучать в окно и, Саша, кажется, начинает к ней прислушиваться.