Прокол

Шэнь Цинцю, ещё когда был Шэнь Юанем, возбуждался от вида проколотых сосков. Капая слюной (и спермой) на клавиатуру смотря фотки в интернете. Однажды он даже пришёл на консультацию к пирсеру, но застыдившись, сбежал, так и не проколов столь интимную часть тела, но зато послушал часовую лекцию об уходе за столь интимной частью тела. Занимаясь сексом с Бинхэ в этом мире мужчина заметил, что данная часть тела получает больше удовольствия, чем должна у мужчины. И Ло Бинхэ это знает. О, когда Бинхэ обнаружил это, был в восторге. Слегка зажать в зубах, перекатить во рту и выпустив уже затвердевшую горошину, слегка подуть. С выдержкой у Цинцю и так были проблемы, а после таких действий, он не мог не кончить. А его любимый муж долбился в его расслабленное после оргазма тело. Глава пика давно размышлял о проколе, вспоминая как писали на разных форумах, что после прокалывания сексуальная жизнь пошла в гору и ощущения стали острее. В один день, пока Бинхэ ушёл по делам, Шэнь решился. Спустился с горы и дико смущаясь, заказал у ювелира две металлические штанги и иглу, указав, что доставка не нужна и что сам заберет украшения. Пока заказ делали Шэнь Цинцю весь извёлся, боясь, что снова не хватит смелости довести дело до конца, тем более он будет делать это самостоятельно. Но вот он уже стоит с заветной коробочкой в руках в уборной, пока ничего не подозревающий Бинхэ готовил ужин для них. Сняв с себя одежды и аккуратно сложив, заклинатель дезинфицировал область прокола и сами украшения, которые в скором времени окажутся в нём. Слегка пощипав соски, чтобы они затвердели Шэнь Цинцю занёс иглу, насквозь проткнув горошину. Если после щипков он ощущал лёгкое возбуждение, то после прокалывания осталась лишь боль и кровь. Быстро проделав ту же манипуляцию с иглой, но с другим соском Шэнь вздохнул с облегчением, всунув штангу в получившиеся отверстия. Смыв с себя кровь и снова обработав грудь, убрал коробочку и одевшись вышел. Бинхэ ждал своего учителя на кухне. Шэнь Цинцю чинно обмахивался веером, а на его лице была такая скука, будто не он только что самолично сделал себе пирсинг. Плотно поужинав, они пришли в спальню, где Бинхэ тут же набросился на своего учителя с поцелуями и обниманиями и как бы Цинцю не плавился под взглядом любимого и его ласк, он помнил, что плотские утехи пока под запретом, поэтому мягко отстранился от своего мужа, чем вызвал мгновенную реакцию–глаза наполнились слезами. –Учитель, вы больше не любите этого ученика?–жалостливо спросил тот. Цинцю раздраженно развернул-свернул веер и легонько ударил его по демонической метке на лбу. –Не неси бред, Бинхэ, как я мог тебя разлюбить? Я просто подготовил нам подарок, но чтобы его получить, надо выждать месяц без плотских утех. Полудемон было оживился, но с последними словами потух. –Чем больше ждёшь, тем больше получишь, ты должен усвоить этот урок,–Цинцю нежно погладил своего любимого ученика по волосам, а затем нежно поцеловал в кончик носа. –Хорошо, я постараюсь. Готовились ко сну они всегда одинаково. Бинхэ садился в ногах у своего шицзуня, а Цинцю медленно, прядку за прядкой расчесывал, после заплетал всю копну волнистых волос в слабую косу, чтобы за ночь они не превратились в гнездо. Вот и сейчас, наклонившись, Цинцю медленно и медитативно пропускал прядь между своих длинных пальцев. Руки двигались по привычке. Завершив прическу, мужчина чмокнул макушку, а после положил голову своего мужа, опустив руки тому на грудь, где в бешенном ритме зашлось сердце. Шэнь Цинцю нечасто проявлял эмоции и ласкал своего Бинхэ, но сегодня он чувствовал угрызения совести и пытался задобрить его таким способом. Полудемон сидел и еле дышал, получая такую нужную ему ласку. Такие моменты между ними пролетали в безмятежности и спокойствии. В обнимку они завалились на постель. И Шэнь понял, что все их позы для сна могут задеть свежие проколы. Бинхэ любит спать на груди любимого, обхватывая всё тело заклинателя как коала дерево. Или Цинцю спит на животе, обхватывая подушки, а Бинхэ кладёт руку на спину, притягивая к себе. Недолго думая заклинатель уложил Бинхэ себе за спину, тот сразу плотно притянул к себе, уложив руку поперёк живота и спокойно уснул. А вот Шэнь никак не мог. Изменив позу, ему было некомфортно засыпать. Но слыша мерное тихое сопение в шею, которое сработало на него лучше всех снотворных, он провалился в сон. Месяц прошёл в напряжении. В начале, дней пять Бинхэ был молодцом и держался. Но потом демоническая суть взяла верх и он начал лезть на стенку. Минет и мастурбация не помогали. Выносливость Ло Бинхэ не входила ни в какие рамки и лишь мучала его неудовлетворенное тело. Даже Цинцю со своим средним либидо, в тайне от мужа иногда убегал в уборную и удовлетворял свою внезапно навалившуюся похоть. Сегодня всё должно было случиться. Бинхэ с самого утра не появлялся в их доме, боясь сорваться, а Цинцю, понимал что ему, а точнее его заднице предстоит пережить сегодня ночью. Ближе к вечеру, закрывшись в ванной комнате, заклинатель решил себя растянуть, опасаясь что после такого длительного воздержания у мужа снесёт крышу и его не достаточно хорошо подготовит. Опираясь об бочку для купания и выставив зад, для лучшего проникновения, Цинцю, чувствуя себя последней блядью, начал смазывать отверстие влажными от масла пальцами. Нежно поглаживая вход, расслаблял тугие мышцы. Раньше они могли пренебречь растяжкой, занимаясь любовью ночью, утром и вечером. Но сейчас, после такого большого перерыва, нужно всё тщательно подготовить. Мужчина выгнулся, когда колечко мышц начало поддаваться, вспоминая как любимый приникал в поцелуе к анальному отверстию, нежно целуя и лаская языком, раздвигая нежные стенки. А Цинцю, дрожа от возбуждения говорил, какой Бинхэ извращенец, раз ему так нравится удовлетворять своего мужа подобным образом. Не жалея смазки мужчина проник в себя уже двумя пальцами раздвигая их на манер ножниц, расслабляя мышцы. Член начал обильно истекать смазкой, покачиваясь в такт легким покачиваниям бёдрами. Лицо горело, ещё ни разу он не растягивал себя, это был стыдный, но приятный опыт. Когда три пальца свободно входили со смущающими хлюпающими звуками мужчина решил добавить четвёртый, зная размер своего партнёра. Тело требовало разрядки, рука заведённая за спину ощущалась как чужая, Цинцю закрыл глаза, представляя руку своего мужа и начал быстрее насаживаться на пальцы, сдерживая рвущиеся стоны другой рукой. –Учитель, я вернулся. Бинхэ зашёл в их дом, а заклинатель один раз тронув заживший прокол с задушенным стоном излился в вовремя подставленную руку. Он же даже не трогал член, что за дела? –Учитель, с вами всё хорошо? Бинхэ постучался в дверь уборной, а Шэнь Цинцю, чертыхнувшись ответил: –Всё хорошо, Бинхэ, иди в спальню. Услышав удаляющиеся шаги, мужчина смыл остатки своего позора с руки. Не одевая нижние штаны, лишь набросив тонкий ночной халат вышел и направился в их комнату. Бинхэ встретил его жарким мокрым поцелуем. –Этот ученик очень скучал,–проговорил он, отлепившись от желанных губ, которые налились кровью и блестели от слюны. –Этот учитель тоже скучал. Бинхэ приник к шее, выцеловывая мокрую дорожку в сторону декольте. Поняв к чему всё идет, учитель мягко толкнул своего ученика в сторону постели, тот послушно сел. Шэнь Цинцю развязал пояс, начиная медленно оголяться, смущаясь от стриптиза, который он невольно показывал своему мужу. Глаза у Ло Бинхэ горели огнём желания, если бы не натренированная годами выдержка, он бы сорвался и взял бы учителя на полу или возле стены. Окончательно сняв халат, взгляд полудемона потемнел как только он увидел металлические штанги в сосках любимого. Кадык судорожно дергался. Шэнь подошёл вплотную и краснея, сел на колени мужа. –Учитель такой красивый. Произнеся лишь это, мужчина накрыл левый сосок жадным ртом, а второй накрыл двумя пальцами, слегка покручивая украшения. Цинцю громко простонал от нахлынувших ощущений и опавший было недавно член стоял в полной готовности. Язык Бинхэ играл штангой как со своей игрушкой, засасывая сосок в глубину своего горячего рта, нежно прикусывая, а далее обводя языком затвердевшую горошину. Не сдерживая себя, Цинцю начал тереться об всё ещё не снявшего свои одежды Бинхэ. Оторвавшись от груди, ученик проговорил охрипшим голосом: –Учитель стал таким чувствительным. Резкой смены температуры хватило на то, чтобы Шэнь Цинцю уткнувшись в плечо любимого кончил во второй раз. Усмехнувшись, Бинхэ переложил вмиг ослабевшего мужа на кровать животом вниз, а сам снял (разорвал) одежды и начал выцеловывать каждый цунь тела любимого учителя, попутно смазав пальцы в лубриканте засунув их в уже подготовленное отверстие. Цинцю был рад, что Бинхэ не видел его лица, покрытое розовыми пятнами смущения. Муж лишь усмехнулся и не тратя более времени вошёл в податливое и изнежное оргазмом тело любимого одним слитым движение, загнанно дыша в шею, посылая небольшую стайку мурашек. –Учитель... муж...так прекрасен, великолепен. Подняв бёдра Шэня, так, чтобы спина выгнулась прекрасной дугой, придерживая за бёдра начал втрахивать партнёра в постель. По комнате разносились неприличные звуки шлепков и хлюпанья. Заклинатель вертелся как уж на сковороде, сзади его нещадно таранили попадая по той самой точке, а грудь, которая была прижата к постели стимулировалась от дополнительного трения. Вся простынь была обслюнявленна. –Бинхэ...Бинхэ, –заполошно шептал заклинатель. –Учитель, в тебе так хорошо, так горячо,–шептал его муж. Такого в свой адрес Цинцю сдержать не смог и повернувшись хотел было поругать нерадивого ученика, как тот притянул его к себе слившись в мокром поцелуе. А после перевернув того на спину и подняв ноги себе на плечи начал медленно, но сильно долбить задний проход, мимоходом задевая набухшие от сверхстимуляции соски. Такого Цинцю уже не смог вынести и его накрыла третья приливная волна, полностью опустошив. Бинхэ потребовалось небольшое количество времени, чтобы он отправился в след за учителем. Через некоторое время уже отдышившийся полудемон перевернул любимого лицом к себе, тот прятал свой смущеннный лик. –Учитель, мне очень понравился подарок,–сказал Бинхэ, ласково проведя рукой по лбу разглаживая образовавшуюся морщинку, затем последовал короткий поцелуй в губы. –Этот учитель хочет спать, будь добр, принеси воды чтобы вытереться. Ученик хитро улыбнулся учителю и нависнув над ним, потираясь своим естеством, которое вновь налилось кровью ответил: –Я ещё не закончил пробовать свой подарок. Шэнь Цинцю обречённо застонал.