Desperately in love

Жизнь закружилась с невероятной скоростью, Чимин не замечал, как проносятся дни. После выхода его первого сольного альбома Face всё так изменилось, словно наконец-то сбросил огромный камень, который больше напоминал валун со своего сердца. Дышать стало в несколько раз легче, а в душе́, наконец-то за долгие годы в группе, он почувствовал гармонию с самим собой. Пусть давление, которое преследовало его уже более десяти лет, до сих пор оставалось в его жизни, Чимин ощущал теперь его по-другому. Первые признаки популярности как соло артиста были для него чём-то новым, непонятным, пугающим. Он не знал, как правильно подступиться к арми, что нужно говорить им, как вести себя с тем, кто знает его столько лет, как показать себя, настоящего себя и не запутаться в паутине лжи и ярких красных масок. Однако в этот раз всё было слегка иначе. Рядом были те люди, которые стали для него голосом разума, которые поддерживали его, верили, зная, что он способен на всё. Но главное, рядом был тот, кто стал для него опорой. Человек, которого он любил сильнее, чем всех своих фанатов, мужчина, который дарил ему крылья за спиной всего лишь одной своей улыбкой. Рядом с ним был его любимый человек — Чонгук, который всегда стоял рядом и делил с ним всю радость, боль, счастье, горе и любовь этого мира. — Я люблю тебя. — шептал Чонгук в волосы Чимина, крепко обнимая его за талию. Он не мог надышаться запахом Чимина. Внутри всё словно сжималось от понимания, что чувства, которые испытывает Чонгук к Чимину, были взаимными. Сколько лет не пройдёт, Чонгук, всегда будем задавать себе вопрос: как такой, как Чимин, увидел в нём нечто большее, чем все остальные. — Ты заставляешь моё сердце биться чаще. — продолжал он, ведя носом по коже парня. Чону было относительно всё равно, на то, что он прижимается к Чимину среди множества других людей на афтепати посвящённой выходу альбома Чимина. — Чонгук, перестань. — стараясь уйти из объятий Чонгука. — На нас же все смотрят. — приглушённо и слегка встревоженно вторил Чимин. Его глаза бегали по слегка освещённому помещению кафе, пытаясь разглядеть не смотрит ли кто-то на них в ответ. — Пусть смотрят. — сжимая талию Чимина сильнее. — Большего они не получат. — целуя чувствительную кожу за ухом, оставляя на коже мокрый след в форме своих губ. — Остановись! — Чимин опускает свои руки на руки Чонгука, сжимает из всех своих сил, пытаясь оторвать от своего тела, этого назойливого парня, что как пиявка вцепился в него. — Никогда. — прошептал Чонгук, не отпуская Чимина из объятий. Он знал, что Чимин нуждается в его поддержке, в его ласке, в его любви. Он был готов быть рядом с ним в любой момент, в любой ситуации. Пусть Чимин и старался вырваться из цепких рук Чонгука, он этого не хотел. Он бы всю оставшуюся жизнь провёл бы в объятиях этих сильных рук, готовых защищать его от любого внешнего воздействия. — Чонгук, — прикладывая больше сил, Чимин развернулся к Чонгуку лицом, схватив его за плечо, больно вцепившись в его плечи своими пальчиками. — Жук ты майский, кому говорю, отпусти меня! — сверкая глазками в свете прожекторов. Чонгук лишь ухмыльнулся, смотрит в ответ в глаза Чимина, который был готов испепелить парня на месте всего лишь одним только взглядом карих глаз. Он обожал дразнить Чимина в любое время суток, и ему было глубоко плевать, где они будут находиться. Для Чонгука имела значение только одно — то что они вдвоём. — Нет, — прижимаясь к Чимину ближе, наклоняя голову вбок, проговорил Чонгук. В этот вечер и в любой другой он не позволит Чимину отойти от себя ни на шаг. — Ты сегодня такой буйный, боже. — Чимин, смеясь, попытался уйти от стальных объятий Чонгука. Но сам чувствовал, как сердце бьётся всё сильнее и сильнее от близости к Чонгуку. Он не мог сопротивляться ему, никогда не мог дать настоящий отпор всем хотелкам Чонгука. — А ты такой милый, когда волнуешься. — Чонгук закусил свою нижнюю губу, прокручивая колечко в губе, улыбаясь своей щенячьей улыбкой, которая была предназначена только для Чимина. Они смотрели друг на друга так, словно всё так и должно было быть с самого начала. Словно сама вселенная, толкая их к друг другу с самого их рождения. И если бы в их мире существовали родственные души, Чимин и Чонгук были бы ими. Им всегда было хорошо, спокойно и уютно с друг другом, не было и дня, когда кто-нибудь из них пожалел о том, что они встретились. — Чонгук…— Чимин смотрел на Чонгука, словно хотел что-то сказать ему, но в горле встал комок. — Что такое, Чимин? — Чонгук нежно проводил рукой по спине парня, давая понять, что всё в порядке, он здесь, рядом с ним и так будет всегда. Он никогда не исчезнет. — Я… я рад, что ты со мной. — Чимин смотрел в его глаза, словно в них можно было утонуть и потеряться навсегда. — А могло быть по-другому? — выгибая бровь, с лёгкой игривостью в голосе проговорил в ответ Чонгук. — Сейчас получишь, — прищуривая глаза, проговорил Чимин, перемещая свои руки с плеч Чонгука на его шею, обнимая её своими руками. — Могу, случайно и задушить тебя. — О, это звучит как угроза. — Чонгук хихикал, ощущая, как пальцы Чимина гладят его шею, вызывая приятные мурашки по всему его телу. — Нет, это предостережение. — Чимин улыбнулся, прижимаясь к Чонгуку ещё сильнее. — Будешь плохо себя вести, — царапая нежную кожу шеи Чонгука своими коготками. — Будешь наказан. — Жду не дождусь этого, милый, — облизывая губу, наклоняя голову чуть вбок, открывая Чимину больше кожи на шее. — Можешь расцарапать меня всего этой ночью, — наклоняясь ближе к ушку Пака, Чонгук выдыхает горячий воздух, ощущая, как тело в его объятьях дрожит. — Наглы… Уже желая поставить на место Чонгука, Чимин остановился по полу слове, увидя через плечо своего парня, как в их направлении идёт Хоби с камерой. — О боже, Чонгук, ты и вправду псих! — Чимин крепко сжимает Чонгука за плечо, пытаясь тихо предупредить его, но уже понимая, что это бесполезно. Он знал, что не удержит Чонгука от его шалостей. Никакие камеры не остановят Чонгука от желания прижаться к Чимину, проверено не единождый. — Ребя-я-я-ят, — громко проговорил Хоби подходя к Чимину и Чонгуку. — А что это вы прячетесь в тени? — с улыбкой проговаривает Хоби, продолжая снимать себя. — Пропустите всё веселье ведь. — Ничего не прячемся, Хоби. — Чимин смущённо рассмеялся, почувствовав на себе взгляды всех коллег, собравшихся на этой автопати. Но, несмотря на это, он чувствовал себя комфортно рядом с Чонгуком, и это было главное. — Тогда отцепись от Чонгука, — с ухмылкой проговорил Хоби, бросая взгляд Чимина. — А то он сейчас задохнётся от твоей любви. — Это кто тут ещё кого держит, — убирая руки с плеч Чона, проговорил Чимин. — Смотри! Я его не держу, это он держит меня! — надувая губу, проговорил Чимин, видя, как Хоби чуть ли не ловит истерику от поступающего смеха, от вида лица Пака. — Ну, ну, не обижайся, Чимина. — Хоби прикрыл свою камеру и улыбнулся, глядя на двоих парней. — Вы такие сладкие вместе. Боюсь, что чем больше смотрю на вас, тем быстрее заработаю себе диабет. — Тогда не смотри, — фыркая, подал голос Чонгук. — О-о-о, очнулся наш макнэ, — проговорил Хоби. — Что, не дали тебе сегодня попробовать на вкус сочные губы Чимина? — ударяя по плечу, со смешком сказал Хоби. — Сейчас попробую твои губы на вкус Хоби хён, — отпуская Чимина из своих объятий, хищно проговорил Чонгук, надвигаясь на Хоби. — Стой, стой, стой, — выставляя руки перед собой, защищаясь от Чона, кричал Хосок. — Иди сюда, Хоби хён, я покажу тебе всю свою любовь, — с ухмылкой проговаривает Чонгук, обнимая Хоби, сжимая друга в своих руках до визга. Хоби хохотал и пытался вырваться из объятий Чонгука, но парень держал его крепко. Все вокруг обратили на это внимание, смеясь, снимали шалости парней на камеру, создавая весёлую атмосферу. Чимин смотрел на них с улыбкой, он был счастлив видеть своих друзей веселящимися. — Всё, всё, Чонгук! — пытается оцепить от себя Чонгука, который вцепился в него мёртвой хваткой. — На хуй мы тебя так раскормили??? — шипя от хватки Чонгука за свою талию, проговорил Хоби. — Хоби хён матерится! — хихикая, проговаривает Чонгук, напоследок сжимая тело хëна в своих медвежьих объятиях, отпуская бедного парня от тебя. — В пизду тебя, Чон Чонгук, — тяжело дыша проговорил Хоби. — Показывай свою любовь, лучше Чимину, а я сваливаю тусить без вас, любовнички. — О-о-о, я покажу ему, как я люблю его, — бросил вслед удаляющемуся Чону Чонгук, видя, как напоследок Хоби показывает ему язык. — И начну прямо сейчас, — прошептал Чонгук, бросая взгляд на Чимина, который прикрывает лицо рукой смеясь. В голове Чонгука уже построил идеальный план этой ночи, которую он проведёт с Чимином. И он давал себе общения, смотря на то, как глаза Чимина практически не видны из-за смеха, что этой ночью, Пак забудет о том, что такое сон.

***

Чонгук с улыбкой на лице смотря на Чимина, словно желая его сожрать, бросил его на кровать. Видя как хрупкое на первый взгляд тело падает на мягкий матрас. Чон с ухмылкой на губах скидывает с себя надоевший пиджак, смотря как Чимин сжимает простынь в своих маленьких ладонях, Чонгук облизывает губы, и играючи начинает расстегивать каждую пуговицу на своей рубашке. Чимин закрывает глаза, тело начинает дрожать от предвкушения, что этот молодой, горячий мужчина скоро будет целовать каждую родинку на его теле. Чонгук разобравшись с рубашкой которая бесшумно падает, джинсы ,что так плотно обтягивали крепки бёдра падают следом, вместе с бельём на пол в спальне, залезая следом на кровать, садясь рядом с вытянутыми ногами Чимина. Он медленно приближается к любимому, его дыхание становится все более ощутимым на коже Чимина. Чон останавливается всего в паре сантиметров от его лица, смеясь над его растерянным видом. — Чонгук, что ты задумал? — Чимин спрашивает шепотом, его голос дрожит накатывающегося возбуждения. — Я задумался о том, как мне нравится видеть тебя таким нуждающимся для моих прикосновений. — Чонгук произносит эти слова с такой страстью, что Чимин не может устоять перед ним. Он хватает его за волосы и страстно целует. Их губы столкнулись в страстном поцелуе, руки Чимина путешествовали по телу Чонгука, заставляя каждую клеточку его кожи гореть от прикосновений. Чонгук, не отрываясь от поцелуя, снял рубашку Чимина, наслаждаясь его горячим телом под ладонями. Он чувствовал, доходит до точки невозврата. Один раз вкусив Чимина невозможно было остановиться. Сердце Чонгука билось как сумасшедшие от желания быть ближе к Чимину, от желания погрузиться в этот момент полностью. — Ты даже не представляешь, как сильно я по тебе скучал… — прошептал Чонгук. Чимин отвечал на поцелуи Чонгука так же страстно. Кусая губы Чонгука практически до крови, Чимину казалось что они вдвоём впали в полное отчаяние. Он чувствовал, как его тело горит огнем от прикосновений Чонгука, он жаждал его, Чонгук был его наркотиком, его всём, от начала и до самого конца. — Я тоже по тебе скучал… Так сильно… — открывая глаза, затаив дыхание молвил Чимин в ответ. Их дыхание сливалось в одно, их сердца бились в унисон, создавая мелодию их любви. Нет слов, только страсть, только любовь, только они в этот момент. Ничего не имело значения, кроме их самих. Чонгук спускался поцелуями укусами по шее Чимина, целуя каждый участок кожи до которого мог прикоснуться губами, заставляя тело парня трепетать от наслаждения. Чимин в ответ обхватил его шею, прижимаясь к нему ещё ближе, словно боясь потеряться в ощущениях. Они были как два пазла, которые идеально подходили друг другу, создавая полное и гармоничное целое. Их души были связаны невидимыми нитями, которые никогда не разорвутся. Они были судьбой друг для друга, их любовь была вечной. Опускаясь ниже, Чонгук втягивает в рот сосок Чимина, игриво покусывая его. Он слышит как Чимин задыхается в собственном стоне. Чонгук улыбается уголками губ, зная, что он доводит Чимина до предела возможностей. Он любил видеть, как его парень так открыто реагирует на его прикосновения, как его тело трепещет от удовольствия. И он не мог остановиться. Не отрываясь от игр с сосками Чимина, Чонгук разрывает лёгкие, хлопковые брюки Чимина. — Чон…! — приподнимаясь на локтях, Чимин видит картину от которых у него стынет кровь в жилах. Чимину кажется что глаза Чонгука горят огнём, он видит в его взгляде похоть, которая отбивает у парня все желания как-то возникнуть на действия Чонгука. И Чимин не желает останавливать его и останавливаться самому, он хочет больше, он хочет погрузиться в этот огонь страсти вместе с Чонгуком. И он сбрасывает с себя последние остатки ткани, представ во всей красе своего обнаженного тела перед своим возлюбленным. — Великолепен, — Чонгук не мог оторвать взгляда от голого Чимина. Он был потрясающе красив, словно искусство воплощенное в живую действительность. Чонгук приблизился к нему, положив руку на его бедро, ощущая как кожа под пальцами дрожит. Пусть Чимин и не подаёт вида — он на грани. Чон сжимает упругую кожу, опускаясь ниже, целует бёдра Чимина, смотря на парня из-под ресниц. — Сегодня я буду делать всë, чтобы ты почувствовал себя хорошо, Чимин. Я хочу слышать твои стоны, я хочу чувствовать твою кожу своими губами, я хочу быть самым лучшим для тебя. — Чонгук говорил эти слова, не отрываясь от тела Чимина, его голос был наполнен страстью, его желание ощущалось каждой клеточкой его тела. — Чонгук, — Чимин стонет, закатывая глаза от наслаждения которое дарит ему Чонгук. — Тсс… Просто почувствуй это… Почувствуй, как сильно я тебя люблю… — шепчет Чонгук, как самый настоящий змеи искуситель. Прокладывая дорожку из поцелуев по животу, Чонгук сдерживался из последних сил. Он готов сожрать Чимина, как самый вкусный ужин. Чонгук как бы погрузился в мир только их двоих, играя с Чимином словно с игрушкой. Он неустанно исследовал каждый уголок его тела, целуя, лаская. Он безумно скучал по этому, скучал по Чимину. Опускает ниже, раздвигая ноги Чимина врозь, прикасается губами к дырочке. Он слышит, как Чимин задерживает дыхание, его тело напряжено от предвкушения. Начинает нежно и осторожно ласкать его, раздвигая пальцами его дырочку, созданную только для него. Чимин издаёт глухие стоны, его тело дрожит от возбуждения. Чонгук продолжает вести свою игру, погружаясь всё глубже и глубже. Чимин ощущает, как каждое движение Чонгука разжигает его, заставляя его потерять контроль над своим телом. Он с удовольствием отдается этой страсти, погружаясь в океан блаженства. Поцелуи, ласки, стоны — все это создает вихрь чувств, который окутывает их обоих. Они были одни с другими, они были в этом моменте полностью. Ничто больше не имело значения, кроме их любви и страсти. Чонгук кружит языком, обводя дырочку по кругу проникая в неё сразу двумя пальцами, вызывая у Чимина взрыв эмоций. Чонгук жадно поглощает реакцию Чимина, он любит видеть, как его парень отдается этим моментам, как он погружается в безумие страсти. Он хочет дать ему всё, чего он хочет и даже больше. С каждым движением, с каждым прикосновением, они сливаются воедино, создавая полную гармонию и единство. Чимин стонет в унисон с прикосновениями Чонгука, его тело дрожит от удовольствия. Чонгук продолжает ласкать его, увеличивая темп и интенсивность. Он хочет довести Чимина до абсолютного экстаза, хочет быть тем, кто подарит ему невероятное удовольствие. И наконец, когда Чимин уже на грани, Чонгук замедляет движения, подводя его к краю безумия и оставляя его в ожидании. Он улыбается своему возлюбленному, видя его переполненного страстью, жгучего желания. — Ты готов, Чимин? — Чонгук спрашивает, его голос пропитан жадностью и страстью. — Да, да, Чонгук, я готов, — шепчет Чимин, его голос дрожит от предвкушения и возбуждения. Чонгук обхватывает свой член шипя, проводит по нему рукой размазывая смазку по всей длине члена. Он прижимает губы к губам Чимина, словно ища его одобрения, а затем медленно входит в него с размахом. Чимин издает громкий стон, его тело подрагивает от удовольствия. Чонгук вгоняет себя всё глубже и глубже, чувствуя каждый сантиметр влажной и тесной дырочки своего возлюбленного. Он двигается медленно, наслаждаясь ощущениями, погружаясь в море страсти и любви. Чимин обвивает ноги вокруг талии Чонгука, прижимая его тело еще ближе. Он чувствует, как каждое движение его возлюбленного пробуждает его живот, заставляя его тело отзываться волнами удовольствия. Их стоны сливаются в один мелодичный звук, наполняющий комнату страстью и любовью. Они погружены друг в друга, будто плавая в океане их собственных чувств и эмоций. Чонгук двигался со всей страстью и нежностью, удовлетворяя своего возлюбленного. Он чувствовал, как Чимин отдается ему полностью, как его тело наполняется блаженством и наслаждением. Он был счастлив видеть, как его парень наслаждается этим моментом, как все его чувства насыщены любовью и страстью. Их объятия были столь искренними и горячими, словно огонь, который горит в их сердцах. Их дыхание было сплетено в одно, их сердца бились в унисон. Они были одиноки друг с другом, они были слиты воедино как никогда прежде. Чонгук все усиливал темп, наращивая страсть и желание. Он хотел, чтобы этот момент никогда не заканчивался, чтобы они могли оставаться вместе вечно. Он целовал Чимина с неописуемой нежностью, словно он хотел запомнить этот момент навсегда. И наконец, когда они оба достигли предела возможностей, они слились в огненном поцелуе, их тела дрожали от наслаждения, словно пылкие влюбленные, погружённые в океан страсти. И они знали, что навсегда останутся вместе, в этом моменте полного и искреннего единения Когда они достигают кульминации, кажется, что время остановилось. Их только двое; связаны на уровне, который превосходит все физические границы. После этого они легли вместе; конечности переплетаются, когда они переводят дыхание. Теперь между ними царит мир; удовлетворение, которое может прийти только от того, кого ты действительно любишь. — Я люблю тебя, — рисуя круги на спине Чимина. — Люблю. — И я люблю тебя, — улыбается Чимин. Они разделяют мягкий, долгий поцелуй, прежде чем прижаться ближе друг к другу, готовые встретить все, что встретится на их пути. Потому что пока они есть друг у друга, они знают, что смогут пережить все.