Желание зажать его в какому-нибудь углу

             — Я так запарился в этом платье, — канючит Минхо, роняя голову на плечо Джисона, оставляя руки свисать вдоль тела.       — Но зато ты выглядишь великолепно, — посмеивается Хан и гладит его по спине.       — О, да, — хмыкает Минхо, — я неотразим в девчачьих нарядах.       — И это правда, — тише говорит Джисон. — Возможно, когда-нибудь я разведу тебя на юбку и сетчатые колготки, — шепчет на ухо, чтобы никто не услышал, хотя никто и не слушает — они вдвоём в гримёрке. Остальные в перерыве остались на съёмочной площадке.       Минхо отрывает щеку от плеча младшего и вскидывает бровь, уставляясь немного устрашающим взглядом, но вот Хану не страшно. Это же Минхо — его любимый муж. Пусть не в кадре, пусть даже не по документам, но по ощущениям — точно да.       — Что? — улыбается Джисон.       — Какую юбку? — шипит Ли.       — Коротенькую, — коварно шепчет Хан, притягивая к себе старшего за талию. — Чтобы хорошо было видно твои бёдра.       — Глупый, — Минхо стукает его по плечу. — О чём ты говоришь вообще?!       — А что? — усмехается Джисон. — Это было бы очень сексуально.       Минхо хмурится и собирается выпутаться из объятий, но Хан держит крепко, поэтому получается только повернуться к нему спиной, но всё ещё быть прижатым к чужой груди.       Джисон чмокает его в макушку и обнимает поперек талии. Минхо накрывает его ладони своими в попытке выбраться.       — Пусти!       — Нет, — лепечет Джисон и целует в шею, едва голова Ли отклоняется вбок.       — Ну, перестань. Сюда же могут зайти, — злится Минхо.       — И что? — хмыкает Хан, продолжая выцеловывать тонкую шею, откидывая длинные прядки волос кончиками пальцев назад.       Минхо тяжело вздыхает.       — У нас всего минут десять осталось.       — Как думаешь, что мы можем успеть за это время? — Джисон мягко прикусывает мочку уха старшего, выводя на едва слышный стон.       — Пусти. Я закрою дверь, — нервно сглатывая, просит Минхо.       И Джисон отпускает. Да, конечно, Минхо бы мог просто сбежать. Он слишком вредный для этого. Но почему-то переполняет уверенность, что так не случится.       Джисон с упоением смотрит в спину старшего и разглядывает вышитый узор на его ханбоке. Все эти рюшечки не давали ему покоя с тех пор, как их переодели. Минхо чертовски идёт платье. Ему, в целом, мало что не к лицу, но юбка нежно розовых тонов — словно сшита на него. Модельер точно придумал этот образ, только взглянув на Минхо.       Минхо закрывает дверь и разворачивается лицом к Джисону, махнув волосами. Ах, эти волосы. Как же Ли идёт их цвет и длина. Джисон готов держать пари, что даже не будь Минхо девушкой, он мог бы быть в первых строчках топа самых красивых девушек мира, если заявится в таком обличии.       Минхо подходит к Джисону и коротко чмокает его в губы. Несмотря на то, что Хан продолжает к нему тянуться, чтобы получить полноценный поцелуй, Ли отстраняется и опускается на колени, прежде ухватившись за подол платья. Он расстёгивает ремень и джинсы младшего, кусая губы, и Джисон не в силах устоять, чтобы провести пальцами по его щеке, аккуратно заправляя прядки волос за уши.       Джисон умиляется, потому что перед ним на коленях стоит точно принцесса, учитывая, как красиво и масштабно нижняя часть ханбока легла на пол.       Минхо проводит ладонью по ещё не особо налитому кровью органу и поднимает глаза.       — Только за волосы не тяни, а то шпильки и так очень больно давят, — просит Минхо.       — Хорошо, — отвечает Джисон полушепотом и с придыханием, ощущая чужие губы на своём члене.       Вообще-то Джисон и не собирался. Учитывая, сколько силы он прикладывает обычно, парик бы слетел к чертям.       Минхо берёт член в рот полностью, пока сделать это совсем не трудно, и позволяет ему увеличиваться в размерах на своём языке. Он обводит им головку по кругу и почти урчит, прикрывая глаза, пока Джисон ласково гладит его по голове.       Джисон кусает губы, чтобы не заскулить, потому что ощущения слишком острые. И даже не оттого, как упоительно сосёт Минхо, ведь минет остался чем-то новым ещё в двадцатом году, а от картинки перед глазами.       Минхо в эту секунду кажется таким нежным и крошечным, а его прикосновения столь ласковыми, словно Джисону отсасывает сам ангел.       Однако Минхо будто не хочет таким быть. Ему действительно нравится властвовать. Может, поэтому, а может, нет, но он начинает действовать чуть резче, активнее двигая головой и стараясь до основания насадиться на уже абсолютно твердый член.       Минхо не помогает себе руками, впившись пальцами в бёдра Джисона до побеления, и втягивает щёки, пропуская орган в горло, позволяя головке биться о заднюю стенку.       Джисон тихо стонет от приятных ощущений и хочет самостоятельно трахнуть узкую глотку старшего, крепко удерживая его голову на месте. Стоит ему об этом подумать, и Минхо останавливается, словно мысли читая. Он оставляет на языке головку члена и поднимает отчаянный взгляд, мол, давай Джисони, сделай это.       Джисон бы хотел, но не может. Во-первых, стафф убьёт за испорченный макияж, а во-вторых, и Минхо хочется доставить удовольствие, а времени в обрез.       Джисон отстраняется, вынуждая член соскользнуть с чужого языка, и наклоняется, чтобы поцеловать Минхо в покрасневшие губы. Он помогает Ли подняться, придерживая за локти, хотя тот сопротивляется.       — Джисони, у меня нет ничего с собой, — выдыхает ему в губы Минхо, оказываясь в объятиях.       — У меня есть, — обещает Джисон и отлипает от старшего, чтобы достать из своего рюкзака несколько принадлежностей.       — Ты что, всегда это с собой носишь? — хмурится Минхо.       — Учитывая, как мало у нас сейчас свободного времени и как много во мне желания зажать тебя в каком-то углу, просто приходится, — усмехается Джисон.       Джисон подталкивает Ли к столу с косметикой, убирая ту подальше, чтобы не уронить на пол, и вынуждает его упереться задницей в край. Снова жадно и страстно целует, крепко держа Минхо за талию, и аккуратно поддевает край платья, задирая его.       Минхо поворачивается к нему спиной, как только Джисон немного отстраняется, давая для этого место, и сам приподнимает подол платья. Хан давится воздухом, замечая на Минхо чулки чёрного цвета, которые идеально гармонируют с нежно-розовыми оттенками ханбока.       — Это тоже стилисты подбирали? — удивляется Джисон, проводя ладонью по бедру старшего, задевая мягкую капроновую ткань.       — Нет, но если бы я надел под этот скафандр штаны, я бы реально сдох, — жалуется Минхо.       — И ты решил убить меня? — тяжело вздыхает Джисон, разглядывая ноги Ли, обтянутые тонкой сетчатой тканью.       Джисон прикрывает глаза, задерживая дыхание, чтобы не задохнуться переизбытком чувств, и тянется свободной рукой к кромке боксеров старшего, второй придерживая нижнюю часть ханбока у поясницы, чтобы ткань не скатилась вниз.       Минхо облокачивается о стол, практически падая на него грудью, что позволяет отпустить край юбки, не боясь его падения.       Джисон поднимает глаза только на секунду, пока раскатывает резинку по члену, а следом выдавливает обильное количество лубриканта на пальцы. Он замечает перед собой довольно большое зеркало, в которое тоже смотрит Минхо, и ухмыляется. Ли тут же прячет глаза, а у Джисона по венам волна возбуждения проносится.       Джисон проходится чистой ладонью по изгибу ягодиц Минхо и второй рукой проникает в ложбинку, аккуратно надавливая кончиками пальцев на колечко мышц. Свободно входят сразу два и третий тугие стенки принимают без особого сопротивления. Они трахались последний раз ночью, но Минхо всё ещё довольно растянут. Джисон играет с его дырочкой пальцами, сгибая и разгибая, вызывая тихие полустоны, и вынимает их, приставляя к отверстию головку члена.       Минхо делает глубокий вдох и ждёт, затаив дыхание, пока Джисон медленно проникает в него. Он кусает ребро ладони, глуша звуки, срывающиеся с уст, и Джисону так хочется, чтобы нет. Он слишком любит нежный голос Минхо и особенно — его стоны.       Хан входит до основания и выжидает немного времени, давая привыкнуть. Он дёргает Ли за плечо, вынуждая привстать, и придерживает, прижимая руку к его груди. Теперь они оба смотрят в зеркало и выхода просто нет, потому что перед лицом лишь оно.       Джисон ловит взгляд Минхо и, хищно улыбаясь, виляет бёдрами, резко выходя и тут же проникая до основания с громким шлепком тел друг о друга. Минхо замирает в немом стоне, крепко стискивая челюсти, и собирается опустить голову, но Хан быстро фиксирует её, придерживая за подбородок.       Джисон буквально заставляет его смотреть на себя такого возбуждённого и растрёпанного, пока достаточно грубо и резко вколачивается в него. Рука сама соскальзывает ниже, обустраиваясь на тонкой шее, и Хан сжимает ладонь, перекрывая кислород. Он давит, заставляя Минхо откинуть голову назад и прижаться спиной к его груди. И возможно, Ли благодарен за это, потому что его взгляд точно был просящим перестать, когда приходилось смотреть на своё отражение.       А вот Джисону очень нравится смотреть на столь безобразно красивого Минхо, пока в нём находится член. Его губы призывно открыты, но поцеловать невозможно, а ресницы мелко подрагивают, пока веки плотно сомкнуты.       Джисон расслабляет руку, давая сделать несколько очень нужных глотков воздуха, и вновь сжимает лебединую шею ладонью. Он приподнимает край ханбока, который так и норовит соскользнуть вниз, и задирает выше, засматриваясь на то, как собственный член исчезает в податливой дырочке.       Локоны длинных волос Минхо лезут в лицо, неприятно щекоча нос, и Джисон поднимает голову. Он отпускает Ли, позволяя ему приложиться щекой к холодному столу, и тянется рукой к его изнывающему члену, которого так ни разу никто и не коснулся за всё время.       Джисон всё резче проникает в Минхо, учащая темп, и в такт собственным толчкам двигает рукой, доводя до исступления. Минхо тихо-тихо скулит, то жуя губы, то кусая костяшки, и крепко жмурится, находясь на грани.       Минхо изливается в кулак Джисона, пока Джисон продолжает двигаться в нём, продлевая его оргазм и преследуя свой. Минхо крупно дрожит и пытается свести колени вместе, но кто бы ему позволил.       Джисон ощущает, как низ живота скручивает узлом, и делает несколько особенно глубоких толчков, прежде чем замереть, глухо простонав. Он наклоняется, чтобы оставить на плече Минхо несколько поцелуев через слой одежды, и отстраняется, немного отдышавшись.       — А салфетки у тебя есть? — хрипло спрашивает Минхо, тут же прочищая горло.       — Да, где-то были.       Джисон находит их в своём рюкзаке и сначала вытирает собственные ладони, а после приводит в порядок Минхо, стирая белёсые капельки с его тела и внутренней части чхимы, что прилегает к телу.       Ли ноет, что он сам может, вообще-то, но Джисон только тихо посмеивается, приводя Минхо и его наряд в порядок, сидя на корточках. Он целует старшего в коленку, обвитую капроновым чулком, прежде чем опустить подол и позволить ему красиво упасть вниз, скрывая всё, что под ним.       Минхо бубнит себе что-то неразборчивое под нос, поворачиваясь лицом к зеркалу, чтобы поправить макияж и причёску, как только Джисон отстраняется и поднимается.       Стук в дверь заставляет обоих вздрогуть. Хан идёт открывать, потому что они вполне себе всё успели сделать, что должны были.       — Я же говорил, что они тут, — возмущённо произносит Сынмин, едва Джисон щёлкает замком, толкая дверь.       — Я не сомневался, — хмыкает Хёнджин. — Ну, что, муженёк, изменяешь, да? — обращается к Джисону, хмуря брови.       — Как ты могла такое подумать вообще? Я верен тебе, дорогая! — быстро входит в образ Хан.       — Ага, так же верен, как и моя жёнушка мне, — закатывает глаза Сынмин, заходя внутрь гримёрки.       — Между прочим!       — У тебя помада размазана по всему лицу, — качает головой Хёнджин.       — А, ой, — Джисон прикрывает рот ладонью и летит к зеркалу.       Все трое начинают смеяться, включая Минхо.       — Ладно, идёмте, перерыв закончился минут пятнадцать назад, — оповещает Сынмин, приобнимая Минхо за плечи и уводя его с собой.       — Так что, Ёнбоки всё-таки твоя дочь? — смеётся Хенджин, ожидая, пока Хан приведёт в порядок своё лицо.       — Требую тест ДНК! — деловито заявляет Джисон, поворачиваясь лицом к Хвану.       — Лучше бы ты требовал адвоката, потому что в случае развода я оставлю тебя без трусов.       — Ну, без трусов меня оставит кто-то другой, — смеётся уже Джисон.       — Вот это и будет первым аргументом в суде! — обещает Хёнджин, выталкивая Хана из гримёрки.