Writober. Тыквенный латте и дождь за окном

      Джек сидит на диване в гостиной и радостно доедает любимые батончики с нугой. Его свеженький гипс на левой руке, скрытый под разноцветным бинтом с бабочками (синими, под цвет пижамы), нервирует Каса, заставляя того то и дело протягивать ладонь в надежде, что сыну надоест играть в человека, но Джек хмурится каждый раз и, поудобнее перехватывая сломанное предплечье, отводит руку от тянущихся пальцев отца.       Джек играл в беседке в саду, когда забравшись под самую крышу, он не удержался и упал на дощатый пол. Кас работал в саду, когда услышал глухой удар и тихое шипение — тут же подорвавшись, он застал Джека, сидящем на полу, с интересом разглядывающего свою странно висящую руку — он перевёл взгляд на отца и Кас заметил, как по чуть пухлой щёчке ребёнка катится слёзка. Нет, Кастиэль не запаниковал, он сразу же протянул ладонь, чтобы вылечить Джека, но тот решительно замотал головой и выдавил что-то похожее на «хочу в больницу». Запаниковал Дин. Он увидел Джека на руках Каса, когда тот, спокойно зайдя на кухню, произнёс:       — Нам нужно в больницу.       У Дина из головы вылетели все мысли, когда он увидел несчастную мордашку Джека, который прижимал к себе свою многострадальную руку — и об ангелах, и о боге, и о лечении. Он лишь схватил свою куртку и ключи, подогнал Импалу ко входу и гнал до ближайшей больницы, как безумный, срезая пробки через переулки и нарушая правила. Сидевший рядом Кас с Джеком на руках, благоразумно молчал.       Только в приёмном покое, где Джека забрали на рентген, чтобы затем установить гипс, Дин сел на скамейку и повернулся к Касу, который уже протягивал ему стаканчик кофе из автомата.       — Подожди, а почему он себя не вылечил?       — Не хочет, — Кас просто пожал плечами. Дин смотрел на него пару мгновений, а потом с тяжелым выдохом опустил голову, закрыв глаза.       Теперь же Джек утопал в мягких подушках на диване, доедал сладости и смотрел очередной эпизод приключений Скуби-Ду, на правах пострадавшего ребёнка. Дин дулся на всех, сидя на кухне, а Касу казалось, что он попал в ситком, срежиссированный Габриэлем.       — Дин, — Кастиэль оставил попытки излечить Джека, решив, что тот сделает это сам, когда посчитает нужным, и ушёл на кухню, — Дин, ты дуешься бессмысленно.       Дин дёрнулся, но посмотрел на привалившегося к косяку Каса и выдохнул.       — Я просто испугался. Я, — Дин поморщился и отвел взгляд, — забыл о ваших способностях. Забыл, что вы всё так же не люди.       — Но это же здорово, — Кас сел рядом и наклонив голову, перехватил взгляд Дина, мягко улыбнувшись, — мы обычные. — Он выделил голосом последнее слово и прижался щекой к руке Дина, всё так же стараясь не отводить глаза. — Мы обычная семья, где ребёнок сломал руку, упав во время игры. Всё в порядке, Дин.       Дин всё так же тяжело вздохнул, но уже ощущая как тревога начинает растворятся. Кас поднялся и подошёл к холодильнику.       — Предлагаю заесть нашу горечь и события сегодняшнего дня, — сказал он, доставая тщательно упакованный яблочный пирог, — в конце концов — мы это заслужили.       — О, я тоже буду! — Джек стоял на пороге кухни, лучезарно улыбаясь и прижимая к себе большого плюшевого Грэмпи Кэта, подарок Клэр. Грусть в груди Дина отошла на второй план.       — А у тебя ничего не слипнется, приятель? — Дин посадил Джека на высокий стул, рядом с собой, вновь осмотрев гипс — не съехал ли — но тот был хорошо зафиксирован.       — Не, пап, точно нет, — рассмеялся мальчик и кивнул, когда Кас протянул ему вилку.       — Ну что ж, за сегодняшний день, — отсалютировал своей вилкой Дин и выудил начинку пирога первым, прям из середины, чем заслужил наигранное негодование Каса, на что только рассмеялся.       Гипс Джеку наскучил через неделю.