Ни-че-го

Тьма...Пустота...Одиночество...Ничего... Ничего, какое хорошее слово Выбивающееся из ряда всего перечисленного оно так хорошо описывает все то, что окружает его. Всё то, что буквально обволакивает высокого тощего молодого человека и при этом будто бы и вовсе не касается, давая простор в действиях, но этим же и ограничивая их, давя как снаружи, так и изнутри. Фреш уже долгое время находится в этом...месте, если то пространство, что его окружает можно таковым назвать. Не маленькое и не большое, не тёплое и не холодное, оно просто есть....ни света, ни времени, ни звуков, лишь одинокие шаги босых ног, что каким то чудом раздаются в этой пронзительно тишине, когда совсем отчаявшийся русоволосый в очередной раз начинает искать хоть что-то, осматриваясь вокруг своими двухцветными, поблекшими глазами, прекрасно понимая, что это бесполезно. Но наконец удача решила повернуться лицом к Паразиту, все это время лишь игнорируя того. В поле зрение совсем разных глаз, один из которых будто бы был более смазанной версией рабочего и нормально функцианирующего, попало какое то странное, но при этом безумно яркое свечение в реальность которого и вовсе по началу не поверили. "...Че?..да ну..тип..не..подожди, реально..? Мне...мне не чудиться..?" Беззвучно промолвил одними губами пораженный до глубины души кучерявый, что сам того не замечая, начал идти в сторону невиданного до этого предмета, с каждым шагом становясь все быстрее и быстрее, в какой то момент и вовсе переходя на бег, безумно боясь не успеть. Боясь не дойти до того яркого и дарящего надежду света, о котором до этого момента и мечтать не смели, надеясь лишь на долгожданный конец. ******* -Братан, ну вот чо нового они мне щас скажут? Я ж это, и так прекрасно знаю свой диагноз, нафиг мне один и тот же рецепт? Меня и так в аптеке тип узнают, мне его скоро бесплатно выдавать будут - усмехнулся сидящий вместе со своим другом в очереди молодой человек, что то и дело теребил собственные пальцы, явно чувствуя себя не совсем уверенно и уютно в зеленых коридорах больницы, среди столь хорошо знакомого запаха медикаментов, не смотря на свой диагноз, что вынуждал кучерявого появляться там достаточно часто. -Е-е-если врач-ч-ч проп-п-писал тебе сдать этот черт-т-тов анализ, т-т-то его нужно было сд-д-дать. Сейч-ч-час нужно только получ-ч-чить результат, п-п-поэтому не ной. - фыркнул отписывающийся своему мужу по поводу их совместного с младшим место нахождения, черноволосый мужчина, что уже порядком устал от подобных разговоров с скейтером, прекрасно понимая чем они вызваны, но нисколько не становясь к ним спокойнее от этого. -Ну братааааан, ну ты же понимаешь, что это лишь лишняя трата денег, можно было бы просто не сдавать, а продолжить сидеть на лекарствах, чел, тебе просто деньги девать некуда, да? Или ты меня в рабство загнать хочешь моими задолженностями тебе? - закидывая руку на плечо своему лучшему и единственному оставшемуся другу ещё со школьных времен, не особо обращая внимание на то, как тот дернулся от неожиданности, а самое главное ненависти к касаниям, прекрасно понимая, что ради младшего швея сможет на время перебороть свою гаптофобию. -К-к-конечно, именно рад-д-ди этого я т-т-тебя и таскаю по б-б-больнице - закатив свои почти полностью жёлтые глаза, один из которых и вовсе ближе к зрачку переходил в темно синий цвет, под сопровождение очередного смешка кучерявого, выдохнул владелец полностью прямых, чёрных волос, что по идее должны были быть хоть немного кудрявыми исходя из того, как выглядел и кем был сам темнокожий швея, но в этом плане что-то явно пошло не так. Прекрасно понимая, что владелец тёмных одежд, что разительно отличались по цвету от тех, что так любил носить сам владелец своебразный очков, был занят перепиской с собственным мужем, кучерявый младший все же решил перестать отвлекать того от и в правду важного дела, зная на горько опыте к чему может привести одно неосоторожное слово, которое могут случайно отправить если будут слишком сильно отвлекаться на разговор со скейтером. Сидя остальную часть ожидания приёма в полной тишине, слушая лишь гул так же находящихся в больнице людей, что каждый ждал тот или иной приём, молодой человек лишь больше погружался в собственные размышления, все сильнее и сильнее напрягаясь по поводу предстоящей встречи с врачом, боясь того, что он ему скажет. ******* -Мне очень жаль, но ваши анализы стали гораздо хуже в сравнении с прошлыми, мы будем вынуждены положить вас в больницу в скором времени. Вам предстоит сделать операцию на сердце. Мы поставим вас в очередь и обязательно сообщим когда найдём подходящего вам донора, тогда же можно будет провести операцию с вашего согласия. А пока прошу, вот вам курс лекарств перед следующим приёмом. Как про пьёте его - приходите, мы вновь возьмём ваши анализы и подготовим для вас палату. Не тяните с курсом, у вас осталось не так много времени - если по началу слова врача звучали как привычные обещания о больничной койке, что лишь на словах становились все ближе и ближе для разноглазого мужчины, то последнее, что было сказано принимающих его мужчиной словно ударило кучерявого в поддых, заставляя на несколько секунд и вовсе перестать дышать, круглыми от понимания и ужаса глазами смотря на протягиваемые ему бумажки, которые и вовсе начали быстро перебирать, словно не веря в правдивость сказанного. Но все было правильно. Врач сказал все верно, а пациент услышал все то, что ему должны были донести... ******* -Н-н-ну как т-т-там? - почти сразу же поднимаясь со своего места и убирая телефон в карман сшитого вручную пальто, спросил наконец вышедшего из кабинета младшего, владелец темно синего шарфа. -Я же говорил, чувак, ничо необычного, тип, просто курс поменяли по лекарствам да и опять на эти ваши анализы отправили, ну реально, из года в год одно и тоже, братан - вновь счастливо, но при этом и от чего то устало улыбаясь, словно разговор с врачом и в правду не дал ему ничего нового и полезного, выдал протянувший старшему новый рецепт разноглазый, что стоило только швее взять в руки исписанную врачом бумажку и поправить свои круглые красные очки, дабы прочитать то, что нужно будет купить скейтеру, убрал свои руки в карманы, лишь сильнее сминая спрятанные там бумаги, которые от слова совсем не хотели показывать молодому человеку перед собой. ******* -Бля, да я ебал этот скейт! - возмутился в очередной раз упавший на твёрдый бетон юноша, под сопровождение громкого смеха сидящего на своём средстве передвижения русоволосого. Не боясь испачкать цветастой одежды в пыли площадки, даже не отползая от трамплина который и пытались до этого покорить на протяжении часа, а может и больше, владелец объёмных чёрных кудрей лишь раскинул руки в стороны, смотря своими разноцветными глазами на небо, что потихоньку окрашивалось в красно-рыжие тона, тем самым намекая на скорое наступление ночи. Но владельца небольшого скопления веснушек на курносом носишке и смуглых щеках это нисколько не пугало. Не смотря на свои слова он был готов находиться в этом забытом всеми скейтпарке круглые сутки, пытаясь повторить все более и более сложные трюки, что часто оканчивались падениями и даже травмами, лишь бы находиться в компании более опытного скейтера, что и наблюдал сейчас за всеми попытками младшего. -Да ладно тебе, чувак, у тя почти получилось, ещё разок и ты ваще будешь профан в этом - заканчивая смеяться и блюрить столь не любимые сердцем маты таким привычным им двоим писком, сидя на уже не самой новой, но при этом такой дорогой душе доске, подпирая голову собственной ладонью, проговорил русоволосый старший, что был одет гораздо ярче чем разлегшийся на гладкой поверхности брюнет. Поджимая губы и укладывая руки на скрытые под плотной, светло-голубой тканью просторных, через чур уж просторных, штанов, острые коленки, владелец скрывающих глаз солнцезащитных очков и разноцветной кепочки с пропеллером, все так же наблюдал за, начавший подниматься в сидячее положение, конопатым. -...ты бы знал, как я...скучал.. - совсем тихо и без привычного весёлого тона и слов паразитов, вдруг выдал от чего то грустно улыбающийся старший, на которого почти сразу же подняли непонимающий взгляд, резко заканчивая свой подъем дабы показать всю свою резко проснувшуюся серьёзность. -пф, ты чего, мы не виделись всего пару дней, после того как папа заставил тебя сходить в больницу, неужели так соскучился по мне за это время? ~ - по началу и вовсе пытаясь отшутиться, надеясь, что подобные изменения в диалоге лишь одна из тех новых, не самых любимых брюнетом, приколов, что стали все чаще проскальзывать в общении с русоволосым скейтером, спросил того владелец неоново-розовой худи, что выглядывала из под испачканной в краске и других художественных материалах джинсовки с, нацепленными на неё, многочисленными значками. -...если бы, чувак...год...даже чуть больше года мы не виделись после...после того как я узнал свой диагноз...я прекрасно запомнил тот день, когда...когда в последний раз смог увидеться с вами перед этой чёртовой непроглядной тьмой.. - и вовсе переставая улыбаться, начиная укладывать голову уже не на ладонь, а на свое плечо, прикрываясь тонким бледным предплечьем верхнюю часть лица, случайно и вовсе скидывая свой любимый головной убор с кучерявых волос, выдохнул старший. -..эй, эй, п-подожди, Фреш, ты чего, к-какой год, вот только только ты из больницы вышел, ты же..ты же сейчас здесь, что ты..? - тут же подрываясь с земли, начиная быстро подходить к уж слишком резко погрустневшему молодому человеку, выдал уже явно обеспокоенный подобным состоянием русоволосого, художник. Тут же присаживаясь на корточки перед тем и укладывая ладони на худощавые плечи скрытые под плотной тканью худи и цветастого пальто, брюнет начал внимательно разглядывать любимого им человека, пробегаясь двухцветными глазами по лицу скейтера. -..я...я-я м-мёртв...я уж-же г-год к-как умер от эт-той черт-товой бол-лезн-ни....он-ни не успе-ют меня сп-паст-ти...у н-них нет дон-нора, кот-торый мог бы от-дать мн-не сердц-це...я-я дл-лго не про-живу...прос-сти...прос-сти мен-ня...мн-не...мне та-к жаль, чт-то я п-появ-вился в тв-воей жиз-зни и т-так...т-так отв-ратительно её пок-кину...я н-не хот-тел эт-того.... - то и дело путаясь в времени в котором стоит говорить, в прошедшем, будущем или и вовсе настоящем, владелец двухцветных очков все же чуть пропустил скрывающую его лицо руку вниз, давая возможность увидеть стекающие из под чёрных лизн крупные солёные слезы, что никак не могли остановить, как бы сейчас этого не хотели сделать, дабы насладиться времяпровождением с любимым юношей. ******* Каким то чудом изворачиваясь во время дальнейшего разговора в парке, что продлился до самой ночи и был выведен в русло того, что старший лишь боится возможной смерти, которую ему пророчат врачи, ставя не самые благоприятные диагнозы, владелец максимально яркой, как и сам скейтер, одежды смог отправить обеспокоенного его состоянием парнишку домой, обещая, что все будет в порядке и он обязательно будет на связи, если брюнет вдруг решит, что молодой человек что-то с собой сделает после всего сказанного ранее. Сидя в полностью тёмной квартире, не видя смысла в включение света, желая в последний раз насладиться тем приятным лунным светом, что так удачно падал на место перед достаточно просторной кроватью мужчины, где тот и находился сейчас, откинув голову на мягкую поверхность и поджав ближе к себе свои колени, смотрел на потрескавшийся местами потолок. -...я..я только задумался...зачем..тип..зачем все это сейчас...зачем я проживаю эти дни заново, если...если я ваще ничего не могу изменить...? На кой черт я вообще согласился на что-то подобное если..если..если все эти дни проведённые с ними...ничего не изменят и..и лишь...я не знаю...господи...ты сказал, что это подарок перед забвением..? Звучит скорее как...как чёртова пытка... - поджимая губы, не зная к кому он обращается, кучерявый скейтер лишь все так же разглядывал шершавую, пожелтевшую по краям поверхность, произнося все свои слова вслух, словно надеясь, что кто-то решит ответить на них, объяснит все возникшие в голове вопросы..да хотя бы подаст знак, что слышит их и может когда нибудь и вовсе ответит. И столь долгожданный знак не заставил себя долго ждать. В пронзитильной тишине квартиры, что не смотря на все свое разнообразное, хоть и старинное, но при этом очень яркое убранство, своим видом и вовсе навевала какую то тоску и даже болзненность, полностью подобная своему хозяину, раздался громкий стук. На вложенный из досочек пол с грохотом упал старенький телефон владельца отложенный на кровать кепочки, что круглыми глазами смотрел на тот, прекрасно помня, что его крепко сжимали в одной из своих рук, которую уж слишком внезапно перестали чувствовать... Опуская на ту свой взгляд, кучерявый молодой человек с ужасом заметил то, как запястье и вовсе исчезло, потихоньку передавая то странное и пугающе ощущение пустоты по всему телу, потихоньку переходя на предплечья, плечи, торс и в конечном итоге добираясь до головы, не давая владельцу цветасьых одежд и шанса вскрикнуть, вновь погружая в кромешную тьму... ******* "....неужели я ещё и..пересмотреть это все должен..?" Неуверенно и максимально пусто спросил сидящий во тьме окружающей его пустоты молодой человек, одежды которого вновь стали напоминать белоснежное нечто, что слишком сильно било по уставшим глазам, направленные на не менее яркое свечение совсем рядом, пока же по одну из сторон от молодого человека стоял кто-то...точнее даже что-то, ведь назвать человеком то белоснежное гуманоидное существо было невозможно из-за отсутствия каких либо черт у того. "Раз уж то, что пытались донести твоему разуму было так и не понято им, то думаю стоит дать ему ещё один шанс понять и вспомнить, что же было сделано не так. Что же скрылось в пучине твоей памяти и не всплыло вновь, стоило вернуть тебя в те же условия, но после нахождения здесь. Какой грех был совершен перед попаданием сюда и получением возможности, что даётся ни каждому" Даже голос говорящего с ним существа было невозможно идентифицировать как мужской, или женский, он был пустым. Разлетающимся по всему пространству, но при этом сосредотачивающимся лишь в голове удивлённого подобным заявлением русоволосого, что и вовсе не на долго поднял ничего не понимающий взгляд на своего собеседника, желая задать возникший в голове вопрос, но не успевая этого сделать из-за донесшегося до его слуха всхлипа и даже вскрика. Тут же опуская взгляд вниз кучерявый молодой человек увидел подорвашегося на своей кровати брюнета, что сжимая пальцами свое одеяло старался выровнять собственное дыхание, смотря куда то вперёд круглыми, испуганными глазами, в уголках которых и вовсе виделись крупные слезинки, что одна за одной начали стекать по тёмным щекам. "...Дж-жейми...что..что происходит? П-почему, почему он плачет?? Он же н-не должен помнить нашего разговора, ведь так?? Э-это было одним из правил!" Тут же поднимая свой напуганный взгляд на стоящее рядом свечение, выдавил из себя напряжённый открывшейся ему картиной молодой человек, что мог прекрасно понять то, что же ему показывают. Это было не прошлое, совсем нет, это было настоящее, то настоящее, где его уже давно нет и это можно было легко увидеть в самом зареванном художнике, что и вовсе склонился над мятом после сна одеялом, закрывая лицо трясущимися руками. Успевая заметить уж слишком яркие, даже для не самого лучшего и напрочь сбитого режима, синяки под глазами, что кажется и вовсе стали верным спутником молодого человека, русоволосый скейтер так же не мог не отметить того, что любимый им когда то юноша уж слишком сильно осунулся, словно и вовсе отказался от еды, живя на из редко выпиваемой им воде. "Он и не помнит. Причина кроется в другом в другом. Причина кроется в тебе и в том, что ты забыл" Коротко оповестил своего собеседника свет, что сделала это без каких либо эмоций, не давая молодому человеку после и слова вставить, вновь заставляя отвлечься на показываемое ему настоящее, из которого вновь начали доноситься какие то звуки, а именно причитания и даже мольбы со стороны брюнета, что раз за разом спрашивал самого старшего зачем тот сделал это. Почему он решил так с ними поступить и даже шанса не дал на исправление ситуации... "...н-нет..." Совсем тихо раздался голос замершего на месте мертвеца, что наконец начал вспоминать, наконец пазл в голове того начал складываться и то, зачем ему дали такую возможность наконец обрело смысл. "Верно" Выдало стоящее по правую сторону от молодого человека существо, что словно могло читать мысли того, прекрасно понимая, что же чувствует и думает сейчас шокированный русоволосый. "Не болезнь убила тебя, а ты сам. Испугавшись умереть на больничной койке или операционном столе ты даже не стал дожидаться того, как тебя положат в больницу. Ничего не говоря другим. Оставив лишь жалкие записки с подписанным на них именами ты закончил свои "страдания", обрекая на них близких. Ты вновь прошёл тот путь, что и привёл тебя к данному исходу. Начиная от злосчатсного приёма у врача с неприятным тебе диагнозом, заканчивая днем, когда ты был должен закончить свою жизнь. Но в этот раз ты этого не сделал..и почему же? Вновь испугался, или же наконец понял, что сделал не так?" Словно бы опуская взгляд под конец своих слов на сидящего в оцепинении больного, задал тому свой вопрос свет, дожидаясь какой либо реакции со стороны разноглазого. "..Д-дж-жейм-ми....н-не-ет...я...я-я не м-мог...я...я....мн-не т-та-ак ж-аль...я..я-я" Начиная быстро и рвано дышать от всех переполняющих его эмоций, совсем не ожидая вспомнить что-то подобное, а самое главное увидеть то, к чему оно привело, еле выдавил из себя кучерявый молодой человек, так же начиная ронять крупные слезы, что быстро скатываясь по впалым щекам с глухим звоном падали на тёмное подобие пола, словно и вовсе попадая в том за долю секунды. Прекрасно чувствуя то, что же происходит в душе у любимого и самого дорого для него человека, на которого все так же смотрели не отрывая помутневший от влаги взгляд, предполагая, что так же мог чувствовать и лучший друг, которому со всем этим мог помочь справиться уже его любимый человек, русоволосый прекрасно понимал, что у оставшегося совсем одного брюнета больше нет того, кто бы мог ему помочь этими ночами, кто бы мог разделить с ним эту боль. И этого человека нет по вине самого владельца ямочек на щеках, что все неустанно шептал свои извинения, пока не услышал пронзительно спокойный и громкий голос. "Слишком поздно" И вновь тьма, непроглядная тьма, пустота, одиночество и...ничего Такое прекрасное слово, не так ли? Но подходит ли оно сейчас здесь...если до ушей вдруг начинает доноситься шум, что всегда встречал уже не молодого скейтера по утрам из открытого на ночь окна...если глаза начали чувствовать то, как в них бьёт солнечный свет, на который жаловались каждый раз, но при этом все время забывали повесить шторы на злосчастное окно...если под руками и ногами чувствовался на удивление мягкий, повидавший свое матрас, с постеленной на него простыней, что была сшита руками единственного оставшегося лучшего друга...подходит ли ничего для описание того, что окружало имеющего шанс изменить все человека?