Чернобыль. Зона отчуждения - 2

Темнота накрыла город-призрак своим толстым одеялом. Машина ребят подъехала к высокому и ржавому колесу обозрения. На самой верхней кабинки как и предполагалось сидел Саша и светил фонариком. Ребята вышли из машины и, увидев Сашу наверху, облегченно вздохнули. — Ребята! — крикнул им Саша. — Саша! — закричала Лиза и подошла ближе к аттракциону, — Ты как там оказался? Саша ничего не ответил, видимо звук до верху долетал медленно. — Сам сможешь слезть? — крикнул ему Миша. — Наверное, — крикнул в ответ Саша. — Он не сможет слезть сам, — сказала Женя, — Нужна веревка. Антон подошел к машине, открыл багажник и достал оттуда длинную веревку. — Нужно один конец закинуть Саше, а другой конец привязать здесь, чтобы он спустился по веревке, — объяснил Антон, завязав тугой узел. — Закинуть? — переспросила Женя, — Но как? Лиза взяла другой конец узла, привязала себе на пояс и начала карабкаться вверх по ржавой железной лестнице. — Точно, — сказал Миша, — Также романтичнее. — А это вообще безопасно? — спросил Антон, который заволновался за Лизу. — Конечно, — с сарказмом ответил Миша, — Я вообще-то так каждый день в нашем парке карабкаюсь на колесо обозрения. Женя толкнула Мишу под локоть. Когда лестница кончилась, Лиза встала на небольшое основание в самом центре колеса обозрения, развязала узел и закинула Саше. Парень ловко поймал конец, привязал к кабинке и хотел было спуститься вниз, обхватив ногами и руками веревку, но тут Лиза крикнула ему: — Подожди! — Саша остановился, — Сначала надень что-нибудь на руки, а не то ожог не получишь! — это прозвучало очень беспокойно и заботливо. Саша порылся в карманах своей куртки и достал оттуда носовой платок. Разорвал его на две части и замотал им руки. Затем спустился к Лизе. Лиза хотела было уже спускаться вниз, но парень взял ее за щеку, притянул к себе и поцеловал. — Юху! — закричал снизу Миша, увидев это и запрыгал на одном месте, — Здорово! Спустя каких-то там двадцать минут, ребята уже сидели все внизу под пледами, жарили соски в тесте на палочках и приготовились слушать от Саши интереснейшую историю, как он оказался на верхушке колеса обозрения. — Сколько себя помню, — начал свою историю Саша, — Мне снится один и тот же сон. В котором моя мама, — он грустно вздохнул, — умирала. Она умирала в муках в своей постели. Я маленький и мой отец сидели рядом и смотрели на нее. Она завещала мне вот этот крестик, — Саша показал свой кулон с крестиком, — И всегда сон заканчивался на том, что она жалобно говорила мне: «Помоги мне, пожалуйста помоги мне. Спаси меня». По телу ребят пробежали мурашки. — А что потом? — спросила Лиза. — Потом сон резко прерывался и я просыпался в холодном поту. Я не сильно придавал этому значения, но этот сон начал снится мне на протяжении уже четырнадцати лет, — Саша тяжело вздохнул, — И ночью мне снова приснился этот сон, но с другой концовкой. На этот раз я почему-то увидел дом своего отца и подвал. Я проснулся, взял машину и поехал к тому дому, захватив с собой рюкзак, в котором лежал какой-то странный прибор. Этот прибор был с лампочкой, поэтому я решил взять его с собой как фонарик. Странно то, что фонарь на улице светит хуже, чем в подъезде. Я спустился в подвал и нашел там небольшую коробку. Я открыл ее и нашел там старый советский паспорт моей покойной матери и ее удостоверение. Я открыл удостоверение и обнаружил, что она тоже была КГБэшником. Я очень удивился, потому что отец никогда мне этого не рассказывал. Тут я услышал странный звук, исходящий от этого странного прибора. Я нагнулся и прислушался, но звук тут же прекратился. Я осмотрел прибор и увидел маленький экранчик, на котором была надпись: «Перемещение возможно». Я нажал какую-то кнопку рядом с этой надписью и… Саша резко замолчал. — И? — торопил его Антон. — Может, вы посчитаете меня сумасшедшим, но я сейчас буду говорить чистую правду. Я побывал в Припяти в 1986 году. Саша медленно открыл дверь подвала и ему в лицо ударил яркий солнечный свет. Вокруг все было таким зеленым и красивым, кажется, была весна. Саша стоял и рассматривал местность вокруг. Большой двор был переполнен детьми и взрослыми с советскими колясками. Тут мимо Саши прошла девочка в черном платьице, с большими белыми бантами на голове, в белом переднике и с красным галстуком на груди. Она обернулась и вежливо поздоровалась: — Здравствуйте! — и пошла дальше. Саша повернул голову из стороны в сторону и увидел небольшую вывеску, как доска объявлений для жильцов дома. Саша подошел к ней и прочитал первое предложение: «Новый 1986 год не просто открывает 12-ую пятилетку, а что-то большее». Затем идет длинный текст, состоящий из половины слов, которые Саша не знал и подпись: «Горбачев». — Осознание того, что я реально в 1986 году поражало меня, — продолжил рассказывать Саша, — И я захотел кое-что проверить. Саша подошел к бабушкам, которые сидели на лавочках и вежливо спросил: — Здравствуйте, не в этом ли доме живет Екатерина Алексеевна Андреева? — Здравствуй, сынок, — сказала одна из трех бабушек, — здесь. Только ее почти весь день дома не бывает. — Почему? — спросил Саша. — Так она работает, — сказала другая бабушка, — Гордость нашего города. В КГБ офицером работает. А тебе, сынок, чего от нее надобно? — Да, — Саша растерялся, но быстро нашел решение, — Я ее родственник… дальний. — Дальний? — переспросила бабушка, — И откуда же ты такой? — она оглядела его одежду. На Саше были синие джинсы и куртка синяя с надписью «Cool». — А чего джинсы порваны? — спросила другая бабулька, казав на джинсы. — А… это я с велосипеда упал. Забыл переодеть, — оправдался парень. — Ну, в общем, Катеньки весь день дома не будет, — сказала другая бабушка, — Она, возможно, ближе к ночи придет. — Спасибо, — кивнул Саша и пошел по улице прямо. — Теперь я знал, что моя мать весь день будет на работе, но я должен был ее найти, — рассказывал Саша, -Поэтому я просто начал надеяться на то, что встречу ее на улице, хотя это было в принципе невозможо, ведь она на работе. Саша прогуливался по парку культуры. Он видел как еще строились аттрракционы, как журчал ручей, как плавали, ныряли и крякали утки, как дети, весело смеясь кормили их, как взрослые сидели на скамейках и разговаривали о политике и о галстуках. Саша мечтал побывать в Чернобыле до аварии и его мечта сбылась. Он увидел на площади в центре города, как дети в красных галстуках репетируют марш на первое мая. Саша прошел дальше и увидел магазин «Радуга», в котором была большая очередь, как он увидел через окна. Наконец дойдя до аллеи он увидел скамейку, на которой сидела девушка лет двадцати пяти и задумчиво читала книжку. Она была в красном платьице в белый горошек, а на голове был большой красный бантик. У девушки были кашатново-рыжие волосы, рыжие веснушки по всему лицу и красивые зеленые глаза. Саша остановился как вкопанный — это была его мама. — Это была мама, — с улыбкой на лице рассказывал Саша, — Такой я видел ее только на черно-белых фотография. Она была такой красивой. Я просто не мог оторвать глаза от нее. Я просто остановился посередине аллеи и смотрел на нее очень долго, пока она меня не заметила. Девушка подняла голову, почувствовав на себе чей-то взгляд и увидела Сашу. Саша неловко помялся на месте, а затем, собравшись, подбежал к ней. — Здравствуйте, Екатерина Андревна, — поздоровался Саша со своей будущей матерью. — Здравствуйте, — поздоровалась с парнем девушка, — А вы кто? — Я… — Саша не знал, что ответить и выпалил первое, что пришло ему в голову, — Я ваш новый сосед. — А! — воскликнула Екатерина и отложила книгу в сторону, — Вы Александр? — Да, — кивнул Саша, удивляясь удивительному совпадению. — А я как раз хотела познакомится с вами, Александр, — она протянула парню руку и Саша неловко ее пожал. Екатерина мило улыбнулась и положила книжку в свою белую сумку. — А что вы читаете, если не секрет? — спросил Саша. — «Компромисс», Сергей Довлатов, — ответила девушка. — Как интересно, — сказал Саша, — У меня у отца такая же книжка есть. — Правда? — удивилась Катя, — А кто ваш отец, если не секрет? Саша замялся, но быстро ответил: — Да так, — махнул он рукой, — Обыкновенный рабочий. — Ну почему же сразу обыкновенный? — вновь удивилась Катя и снова мило улыбнулась, одела сумку на плечо и встала со скамейки, — Мой отец тоже был обыкновенным рабочим и даже очень хорошо зарабатывал. Между прочим, это он построил четвертый энергоблок, — сказала Катя и указала на станцию. Отсюда она была очень хорошо видна, — Может, пойдем, прогуляемся? — предложила Катя и протянула Саше руку. — Пойдемте, — сказал Саша и взял ее руку, — Только давайте будем на «ты», хорошо? Мы же всё-таки… — Саша хотел было сказать мать и сын, но быстро опомнился, — соседи теперь. — Точно, — сказала Катя и вновь улыбнулась. Саше очень понравилась ее улыбка, хоть это и его будущая мама, а все равно она ему очень даже понравилась (это не инцест). — А что было потом? — спросила Женя. — Мы гуляли по аллеи, — рассказывал дальше Саша. — Красивый город, — сказал Саша, разглядывая аллею с разными деревьями, — Я его другим знал. — Да, — согласилась Катя, — У нас парк культуры есть, большое колесо обозрения. Кстати, хочешь прокатиться на нем? — Давай! Парочка весело побежала к парку аттракционов. Екатерина купила Саше и себе билеты и мороженое и уже на колесе обозрения, Саша вспомнил кое-что очень важное. — Скажи, Катя, — Катя посмотрела на Сашу, — а вы кем работаете, если не секрет? — Я офицер КГБ СССР, — спокойно, но гордо объявила Катя и засмеялась, — А что? — Да так, — пожал плечами Саша, лизнув мороженку, — просто хотел вам рассказать, что в Москве как раз КГБЭшникам выдают квартиры двухкомнатные, машины элитные. — Какие-какие машины? — переспросила Катя и Саша осознал, что сказал то слово, которого в Советском Союзе еще не было. — Интересные, — оправдался Саша и улыбнулся, — В общем, там КГБэшников уважают. — Как интересно, — вздохнула Катя, лизнув мороженку, — А ты что из Москвы сюда переехал? — Да, — кивнул Саша. — Что же ты из ТАКОГО города переехал сюда? — усмехнулась Катя. — Да, но Москва очень красивый город, только не обижайся пожалуйста, но Москва красивее Чернобыля. — Не обижаюсь, — пожала плечами Катя и вдруг указала куда-то, — Ой, смотри-смотри! Саша быстро посмотрел туда, куда она указала: — Вон станция, вон речка, а вон там вдалеке еловый лес. — Красивый, — сказала Саша, вспомнив, что после аварии этот лес превратится в знаменитый рыжий лес, — Так, Кать, — девушка повенулась к парню, — ты согласна переехать в Москву. — Мне, кажется, что да, — кивнула Катя, — Я люблю этот город, но я думаю переехать точно стоит из-за моей работы. — Ура, — тихо прошептал Саша. — Что ты сказал? — спросила Катя. — Да так, — махнул рукой Саша, — Кстати, а ты Сергея Александровича Костенко знаешь? — Конечно, — ответила Катя, — Он гордость нашего города. Таких преступников ловил, ты бы знал! Он еще такой красивый был, — Катя покраснела и отвернулась, — Только вот уехал он в Москву год тому назад. — Так значит, ты его раньше любила? — усмехнулся Саша. — Что?! — спросила Катя, покраснев еще больше, — Нет, конечно. Мы всего лишь были коллегами по работе! — Езжай в Москву, Кать, — Саша дружески положил свою руку ей на плечо, — Уверен, ты его точно там встретишь. И Саша расстворился в пространстве. — И тебя выбросило обратно, да? — спросил Миша. — Да, — ответил Саша, — И я даже не знаю, жива ли она или нет, — Саша опустил голову вниз и стал смотреть на потухающий костер. Ребята все замолчали. Солнце уже потихоньку поднималось из-за горизонта, освещая своими первыми лучами город-призрак. Кажется, что солнце единственное что-то хорошее, что есть в этом городе. — Саша! — вдруг воскликнула Женя и Саша поднял голову, — Помнишь, ты нам показывал фотографии твоего отца на каком-то дне рождении? — Жень, не сейчас, — сказал Миша. — Нет, открой, Саш. Посмотри на них еще раз, — сказала Женя. — Жень, правда, не надо, — сказал Саша, словно не слыша ее. — Кажется, я поняла, что Женя имеет ввиду, — опомнилась Лиза и повернулась к парню, — Саша, открой. Саша раздраженно вздохнул, достал телефон из кармана и открыл фотографии. — Как это? — удивился Саша. На той фотографии, где был его отец и он сам на чем-то дне рождении была какая-то женщина. — Кто это? — Саша показал фотографию ребятам. — Ну, чтож, — усмехнулась Лиза, — Благодаря тебе, Саш, твой отец больше не вдовец. — Ты это сделал, Саша! — радостно воскликнул Антон, увидев фотографию, — У тебя получилось спасти свою мать! — Да! — сказал Саша, — Теперь она не надышалась радиации и до сих пор живет! Ребята все радостно друг с другом переглянулись и улыбнулись. Теперь все хорошо. — Так, что же это получается? — спросил Миша, как будто ни у кого, — Этот прибор, который я украл у того ютубера… — Ты все-таки его украл! — Женя недовольно на него посмотрела. — Ну, да-да, — отмахнулся Миша, — Этот прибор, который я украл у того ютубера — это, что получается, машина времени? Ребята вновь удивленно переглянулись и все посмотрели на прибор, который лежал в рюкзаке и вновь издавал странные звуки, похожие на странный счетчик, который словно считал секунды до взрыва Чернобыльского реактора. «Из дневника Анатолия Степановича Дятлова. 26 апреля, 1986 года. Пошел в следующее помещение бункера… К столу подошел полковник каких-то войск, начал спрашивать директора о разрушениях для доклада начальству, сколько метров квадратных кровли и что-то там ещё. Мои слова — пишите, разрушен четвёртый блок на ЧАЭС — полковник высокомерно проигнорировал…»