Будущего нет

Их отношения начались достаточно странно и спонтанно: одно лишь сообщение с предложением погулять стало толчком к чему-то большему. Все было настолько хорошо, что они даже не поняли, каким образом перешли ту самую грань между дружбой и возлюбленными. Но всех все устраивало. Ощущение, будто они были готовы отдать жизни друг за друга. Они любили друг друга так сильно, что порой предавались мечтаниям об их совместном будущем, хоть Тойе и было неловко заходить настолько далеко. "Возможно, у него в действительности серьезные планы." Но, как было сказано раньше - всех все устраивало. До определенного момента. "Любой идиллии свойственно прекратиться." — подумал однажды Тойя, когда Руи начал игнорировать его. — "Все в порядке, мне сейчас просто тяжело." Сообщения, которые будто по скрипту писал Камиширо на каждый вопрос своего партнёра. И ему правда хотелось верить, что это лишь такой период, черная полоса. Потом, Руи позвонил, постепенно начиная учиться делиться тем, что чувствует, хоть и максимально поверхностно. — У меня последнее время сильно повышенное давление, и такое... отвратительное чувство... Я не знаю как объяснить. Аояги молчал, пытаясь придумать, как поддержать. — ...Чувство, что я скоро умру. — дрожащим голосом сказал возлюбленный. Тойя опешил. Ему не хотелось, чтобы Руи это чувствовал и, тем более, не хотелось его смерти. — Почему ты это чувствуешь? — спросил юноша после очередного молчания. — Не знаю. — устало ответил Руи, после чего сбросил трубку. Все ещё не ясно, что у него в голове.

***

Они встретились в школе, как ни в чем не бывало, общаясь так, будто ничто их не волновало. Тойя даже ходил в гости к Руи, где они прекрасно проводили время в компании друг друга. Они будто вернулись в начало их отношений. Но, как думал раньше Аояги: любой идиллии свойственно прекратиться. И на этот раз ситуация стала в разы хуже. Руи положили в больницу. Юноша не хотел в это верить. Его улыбчивый возлюбленный стал угасать на глазах. По возможности, он старался ездить к нему в больницу, где хоть и ненадолго, но могли успокоиться от внезапно свалившихся проблем в компании друг друга. Тойя старался поддерживать Камиширо, вне зависимости от того, где находится: рядом с ним в палате, или на расстоянии по переписке. Но он перестал чувствовать любовь от партнёра, что пугало. Пугало настолько сильно, что на фоне этого Аояги ежедневно чувствовал приближающуюся тошноту. Отвратительно. И когда это проблемы Руи стали и его проблемами?

***

Он вновь перестал писать. Без объяснения причин. У Тойи не хватало сил ни на что, кроме ежедневных слез; он даже мог ничего не есть на протяжении целого дня, лишь успокоительные с утра. Друзья беспокоились за него, ведь ещё немного подобной жизни, и он займет место в больничной палате по соседству с Руи. — "Как ты себя чувствуешь?" — "Нормально." Диалог окончен. Больше никто ничего не писал: Аояги боялся навязываться, а его благоверный, видимо, вовсе не хотел писать. Но, в один момент, он просто не выдержал. Друзья сказали ему, чтобы он решил это раз и навсегда, ведь поступать так со своим партнёром - отвратительно. Можно же сразу написать о том, что чувствуешь, и не томить молчанием, не так ли? — "Я беспокоюсь за тебя. Наши взаимоотношения становятся буквально никакими, и я начинаю бояться писать тебе, чтобы не получить в ответ игнорирование или еще что-то хуже. Хочется пресечь это на корню, что-ли. Я волнуюсь за тебя и за то, что происходит с твоим моральным состоянием, и твое молчание заставляет меня очень сильно беспокоиться. Боюсь, что станет всё хуже, ибо я боюсь, что ты не доверяешь мне. Я скучаю по тебе. Но то, как ты отдаляешься от меня, заставляет меня стыдиться того, что я чувствую, и сразу появляется ощущение, что я навязываюсь. Мне тревожно. Я надеюсь, что это состояние не из-за меня, и твои чувства ко мне такие же. Пожалуйста, не бойся мне высказываться, ведь молчание делает хуже нам обоим." Руи снова ответил, что ему тяжело об этом говорить, и что он "запутался в себе". Каждый раз одно и то же. После рассказов Тойи об его ситуации, Акито настолько злился, что был готов разбить лицо Руи. Но Аояги так же надеялся, что это лишь такой период. Отвратительный, но период.

***

Они все ещё нормально не общались. Камиширо лишь сообщил о своей выписке, и на вопрос Тойи, может ли он приехать, ответил отказом, не объяснив причины. Юноше пришлось пропустить день в школе из-за сильной тошноты. Его впервые вырвало из-за стресса. Он старался отвлечься от постоянной тревоги, что даже получилось. Но спокойствие, к сожалению, продлилось недолго. Руи пришел в школу, не общаясь с Тойей. Это его сильно напрягло. Отвратительно, отвратительно, отвратительно. После разговора с Цукасой, Аояги, наконец, решился. — "Нам надо поговорить вживую." Он не надеялся на что-то со стороны Камиширо, особенно, когда единственное, что он получал в ответ - это игнорирование. Но возлюбленный все же ответил. — "Сейчас?" — "После уроков. Только не откладывай диалог, пожалуйста." — "Хорошо." Тойя обрадовался, что Руи ответил согласием, и надежда на лучшее начала укрепляться.

***

Но Тойе стало плохо во время последнего урока, из-за чего ему пришлось отпроситься, и сказать Руи, чтобы тот подошел к его дому, дабы поговорить. Он не находил себе места. Аояги пытался отвлечься домашними делами, и даже ненадолго пригласил Акито к себе в гости. Шинономе был хорошим другом, который своим существованием прекрасно помогал забыть обо всем, что беспокоило. То же самое он чувствовал когда-то с Руи. Время близилось к вечеру. Акито давно ушел, а Тойя решил прогуляться: как раз Камиширо написал, что почти подошёл к месту назначения. Волнительно. Что ждать от этой встречи? Навязчивые мысли вызывали головные боли. Он не заметил, как встретился с ним. Юноша молча обнял возлюбленного, а тот неохотно сделал то же самое в ответ. — И о чем ты хотел поговорить? — Руи снова был поникшим, словно готовясь к тяжёлому разговору. — Мне тяжело от твоего молчания. — Тойя сжал руку Руи. — Я волнуюсь за тебя, ведь хочу помочь тебе... А ты отдаляешься от меня. Объясни, пожалуйста, что происходит? — Я... — он замолчал. — Мне слишком тяжело об этом говорить. — Почему? — Старая травма. — даже тут Камиширо отвечал лишь поверхностными фразами, но... — Мне сейчас очень тяжело. Я не думал, что доведу себя до такого состояния. — Что тебя беспокоит? Не бойся мне высказываться, пожалуйста. — голос Аояги дрожал, но он старался сдерживать свои слезы. — Тойя... — юноша отстранился. — Нам нужно расстаться. Понимаешь, я не вижу будущего между нами. Он ничего не ответил, лишь смотрел в одну точку. — Прости, пожалуйста. Мне жаль, что так вышло. — Руи обнял его. — Я пойду домой. — коротко сказал Тойя, быстрым шагом направившись в сторону дома. Все так же сдерживая слезы. Руи шел за ним, чувствуя огромную вину за произошедшее. В последний раз зовёт его. — Что тебе нужно? — Прости меня еще раз. — Камиширо сильно раскаивался. Возможно, тоже сдерживал слезы. — Удачи тебе. — он не знал, простит ли его. Юноша вбежал к себе домой и начал плакать, выпуская свои чувства наружу. Акито, словно чувствуя, начал названивать. Тойя не хотел никого слышать, поэтому на настойчивые звонки предпочел не отвечать. После, примерно часа рыданий, он сжёг все, что связывало его с уже прошлыми отношениями: парные украшения, открытки и прочие мелкие подарки. Все было беспощадно сожжено. Жалел ли он? Возможно, но ничего уже не вернуть. На удивление, после "акта сожжения", Аояги стало чуть легче, и он решил полноценно успокоиться в ванной. Вода обволокла его тело, помогая забыться. Мысли постепенно уходили, а сам он будто засыпал. Кровь смешалась с водой, а, уже безжизненный юноша окончательно расслабился. Уснул навсегда. Долгожданное спокойствие, наконец-то, настало.

"Обязательно сдамся, когда я умру

Я себя никогда не прощу

Сам себя не понимаю

Одиночество до гроба

Время лечит, убивая

Только сколько в этом толка?

Я боюсь увидеть крышу

Ненавижу лживый свет

Всё до боли слишком просто

Будущего нет"