J'ai adoré ta musique.

На улице была отвратительная погода. Капли дождя били по стеклу, отбивая свой собственный ритм. Такой надоедливый и монотонный, но успокаивающий. Он словно вещал о том, что всё как всегда: сыро и серо. Ничего неизменно. Ничего не ново. В гостинной сидел мальчик и перечитывал книжку, которую на днях он решил преобрести. Она рассказывала о звёздах. Звёздах, которые далеко за гранью возможностей. О тех, кого никогда не достать, а в особенному Тенме, у которого и в планах не было становится астрономом или космонавтом. В его планах было стать самой звездой! Великой и прекрасной!! У всех на устах!!! С самого детства он трудился для того, что бы в будущем взойти на сцену, дарить улыбки, ожаривать красотой и надеждой тех, кто так же хочет пойти на этот путь! Цукаса желал стать неизменной частью театральной истории его города, а может даже и страны! Да что уж тут мельтешить, сразу всего мира!! Своим мыслям и мечтам мальчик улыбался всегда ярко и широко, но почему-то сейчас вышло не очень.. На душе у маленького Тенмы скреблись кошки, а мечты скрылись за пеленой тоски и грусти. Недавно он снова остался один. Нет, его не бросил никто, в средней школе у него всё ещё есть друзья, но это другое.. В большом доме нет звонкого смеха, озорных визгов и громких голосов. Домашнего уюта и тепла. Семейной любви. Его младшая сестрёнка вновь заболела и он вновь остался один в доме. Он всем сердцем любил свою милую Саки, но.. Ему было грустно от того, что она болеет. Ему было обидно, что он вновь один. Ему было завидно, что внимание родителей не принадлежит ему. Бывали моменты, когда он хотел поменяться местами с сестрой, но подобные мысли он сразу отбрасывал, мотая головой. В дверь кто-то постучал, заставляя Цукасу обернуттся на вход. Он никого не ждал, да и на улице погода не лётная. Может родители вернулись!? Юноша соскочил с места и подошёл к двери, открывая её, даже не удосужившись взглянуть в глазок. На пороге дома стоял мальчик, что весь промок до нитки и даже моментами подрагивал, опустив взгляд в пол. Этого парнишу Тенма узнает из ста!! Руи Камиширо – его лучший друг и по совместительству ровесник, с которым они делят один класс и крышу. Странное дело, что он делал в такую погоду здесь, но Цукаса привык пускать его к себе домой, в тёплое гнёздышко. Руки блондина потянулись к плечам Руи, обхватывая их. Он натурально дрожал и был холодней айсберга на северном полюсе!!! – Руи, ты чего здесь в такую погоду забыл!? Всё хорошо?? – Ты.. Один? – вопрос завёл Цукасу в тупик, но вместо ответа он отошёл в сторону, пропуская друга в дом. Это был их негласный жест о том, что сейчас их разговорам никто не помешает. Пройдя в глубь дома и закрыв дверь вокруг снова повисла тишина. Но в этот рз она не была страшной или даже пугающей, словно в доме никто не живёт. В этот раз молчание сопровождалось тихим шарканьем тапочек в сторону кухни. Они часто сидели одни вместе и Руи словно знал, когда именно в доме Тенм не останется никого, кроме Цукасы. Иногда, когда парень рассказывал семье о том, что сегодня они с Камиширо снова сидели и чем-то занимались, то чем чаще это бывало, тем меньше родители верили, что этот "Руи" вообще существует. Они когда его не видели в их доме, но сыну ничего не говорили. Есть и есть. – Ты как? Они снова поссорились? – Да.. В этот раз он даже выгнал её из дома. – Боже! – Цукаса оглянулся на сырого парнишку, что уже успел прихватить полотенце и накинуть себе на голову. Напротив Руи спустя несколько секунд уже стояла чашка с чаем с ложкой сахара. – Если хочешь, то можешь остаться у меня на ночь.. Камиширо наконец поднял свой взгляд опущенных глаз. В такие моменты он был очень похож на грустного кота, ведь таковым он и был. Его янтарные глаза были тусклыми, а былая кошачья улыбка померкла под тяжестью судьбы. На него всегда было грустно смотреть. Даже больно в каком-то роде, ведь всегда с ним что-то случалось, заставляя мальчика меркнуть. Цукаса подошёл сзади и стал вытирать насухо мокрые волосы, заставляя друга иногда мотаться в сторону, в такт сушке. Это выглядело смешно, но не сейчас. – Знаешь, я сегодня книгу по астрономии читал и там столько разных звёзд было упомянуто! Их мериады и все они имеют такое странное название! Ну вот как их можно запоминать вообще? Какой-то код ввели и сразу звезду нашли? – Фантазия закончилась, – тихий голос Камиширо был еле слышен, но этого вполне хватило, что бы развести новый огонь в их монологической беседе. – А вот если бы я их называл, то у них были бы красивые и звёздные названия!! Такие же яркие как и они!! – высоко подняв нос Цукаса услышал тихий смешок со стороны собеседника, от чего.. на душе стало легче. В его задачу входило отвлечь и развеселить Руи. У него это выходило всегда! – Цукаса-кун.. Можешь сыграть мне на пианино? – На пианино.. Разумеется! Вновь тишина. Но она временная. Вскоре, когда пальцы юноши легли на клавиши, то в доме тихими нотами началась история. История, без начала и конца. Тенма играл без нот или выученной песни. Это не было началом известной композиции, напротив, Цукаса эксперементировал. Брал в основу несколько произведений и начиная с середины ожного смешивал его с другими, но выходило это.. Завораживающе. Руи сидел рядом и слушал. Слушал, как дождевые капли отстукивали ритм на стекле, в такт музыке, что сначала тихо тихо игралась, словно начало рассвета, пока не начинала набирать обороты. Тревога и страх засели в душе Камиширо. Ноты били в уши, а взгляд цеплялся за лицо музыканта, что нахмурился и прикрыл глаза. Переживал события в музыке вместе с ней. Переживал историю, которую сам и придумал. Буря и тревога сменялись тишиной, словно вновь показывая одиночество, которые оба так боялись и так старались сбежать, скрыться от него в этом доме. Вместе. Руи зажмурился и старался поскорей забыть сегодняшний день. Крики. Мольбы. Страх. Беспокойство. Одиночество. Боль. Спокойствие. Последнее он желал сохранить, так же как и улыбку, что медленно расцвела на лицах юнош, когда пальцы Тенмы стали играть что-то спокойное и нежное. Начало начал. Цукаса всегда ассоциировался у Руи с солнцем, звездой, нежностью, рассветом, улыбками, летом. С чем-то тёплым и приятным. Он всегда помогал другу справится с его страхом одиночества и проблемами в семье, пока сам нуждался в этом же. И Камиширо помогал в ответ. Не из чувства долга, а из-за искренних намерений. Он желал, что бы это солнце никогда не гасло. Никогда не грустило и не тосковало. Это были сокровенные желания мальчика, сидящего рядом с пианистом. Они нашли спасение друг в друге. Они спаслись от одиночество и страхов. Им всего 15 лет, но за эти года они уже успели полюбить жизнь. Успели осознать себя. Успели утонуть, но спасти тонущего. Друг друга. А за окном закончился дождь. А пианино играло лишь самую нежную музыку.