Преданность

Капитан вернулся домой далеко за полночь, он был пьян и вел за собой молодую девушку. Наверное, он слишком сильно сжимал её ладонь, она морщилась и возмущалась. Они подняли такой шум, добираясь до комнаты, что могли бы пробудить весь дом. Неудивительно, что госпожа Алвинг, задремавшая в ожидании в кресле, успела не только проснуться, но и разъярится, пока они поднимались по лестнице, и встретила своего мужа пощечиной. Её крики пробудили остальных спящих. Мне смешно было слышать, как она, выросшая в благородном доме, пытается обругать господина, не опускаясь до бранной речи, но я, конечно, не показывал этого. Тем временем, Капитан бросил свою добычу в кресло в дальнем краю комнаты и, что-то шикнув, обернулся к жене. С секунду он смотрел на неё, после чего сделал один угрожающий шаг навстречу. — Уйди прочь, женщина, — перехватил он её руку, видимо занесенную для второй пощёчины. Стало тише. Теперь она шипела на него как разъяренная кошка. Это не произвело на него впечатления, и он оттолкнул её к выходу. — Карл, выведи её. Я вышел из тени. Я всегда был здесь. Но я никогда не вмешивался без приказа. — Уйди с дороги, — не глядя на меня, рыкнула она, надвигаясь на господина. — Ты не смеешь притаскивать в мой дом портовых шлюх! — Это мой дом! — раздраженно бросил он, отворачиваясь, и я поспешил выполнить его поручение. Сделав пару шагов и оказавшись прямо перед госпожой Алвинг, я осторожно, но уверенно, перехватил её руки за запястья и выставил её из комнаты, закрыв дверь изнутри на ключ. Не обращая внимания на крики и стук в дверь, я обернулся, ожидая новых указаний Капитана. Для него я готов был сделать всё, что угодно. С девушкой, которую вижу в первый раз, с Хелен, которую он привел в дом как жену, с собой и со всем миром. — Набери таз воды, надо её отмыть, — бросил господин, не оборачиваясь, и протянул руку девушке. Она робко, с некоторым страхом приняла его помощь, и он резко поднял её. Я занялся делом и не видел остального, но слышал шуршание её платьев, кокетливые визги и смех. Когда воды уже было достаточно, Капитан, избавившийся от своего мундира, завел её обнаженную в купальню и усадил в лохань. Сам же, по своей давней привычке, уселся на лавку у стены и, кивнув мне, уставился на неё пожирающим взглядом. Я вспенил её волосы душистым шампунем, мочалкой намылил каждый сантиметр кожи и смыл грязь и запах дешёвой жизни. Сначала она хотела сопротивляться, но я был лишь руками моего господина. Стоило мне повернуть её голову так, чтобы взгляд её встретился с его взором, как она тут же стала покорной и тихой. Я помог ей подняться, и он унес её, завернув в большой отрез махровой ткани. Я остался прибраться. Из комнаты вновь доносился смех, звон бокалов, а чуть позже и скрип кровати. Пока они были заняты, я подобрал раскиданную одежду, сложил её на табурет, а мундир Капитана повесил в шкаф. У меня было своё место в этой комнате. В тени, у стены. Я всегда был здесь.

***

— Карл. — Да, господин? Я возник в паре шагов от кровати, чтобы не нарушать границы и в то же время быть в поле зрения. Девушка безмятежно спала, разметавшись по кровати. — Налей мне выпить. В это время ночи Капитан предпочитал не понижать градус, и я налил ему не воды, а виски — лучшего качества, чем то, запах которого я почувствовал, когда он только пришел, но всё же. Я подал ему стакан, и он сел на кровати, подложив большую подушку под спину. Сделав пару глотков, он вернул его мне, а сам взял с тумбочки трубку и начал набивать её табаком. Я всё так же стоял рядом. Капитан затянулся, выдохнул в моё лицо клубы дыма и покосился на девушку. — Хочешь? — он с ухмылкой кивнул в её сторону и провел кончиками пальцев по обнажённому плечу. Лучей света от тусклой лампочки хватило, чтобы я смог рассмотреть, как от этого прикосновения кожа её покрылась маленькими пупырышками мурашек. Я никогда ему не отказывал, не важно, хотел я или нет на самом деле. К тому же сейчас я вспомнил об Агате и Арни, о письме, что попало мне в руки сегодня, и решительно кивнул. — Бери, — ухмылка стала ещё шире и, потянувшись, он забрал у меня выпивку. Я обошёл кровать, по пути стягивая с себя пиджак и не отрывая взгляда от девушки. Она была молода и свежа. Капитан всегда выбирал лучшее. Присев на край кровати, я погладил её манящее бедро, она подтянула ноги, но не открыла глаза. Теперь моя рука двигалась вверх, мне хотелось почувствовать, как под пальцами появляется гусиная кожа, но вместо этого я чувствовал только бархат молодого тела. Стало немного горько, я почувствовал себя обманутым. То, что легко получалось у Капитана, не получалось у меня, даже если я старательно прикладывал усилия. Так было с этой девушкой, так было и со всеми остальными. Я раздражённо тряхнул головой и сжал молочную грудь, прильнув к крупному розовому соску. Она наконец проснулась, удивлённо что-то воскликнув. Я почувствовал на плечах отталкивающую ладонь, что быстро исчезла, и поднял взгляд. Отставив алкоголь, Капитан в одной своей руке сжимал оба её запястья. Пальцами второй взяв за подбородок, он повернул её возмущенное лицо к себе. — Не бойся, крошка. Карл не сделает тебе больно, — я мог бы, но Капитан не врал. Бояться здесь стоило не меня. Она кивнула и сама потянулась ко мне, расстегнула мою рубашку и штаны, помогла избавиться от оставшегося белья. Стащив её с кровати, я пристроился сзади, упираясь коленями в тёплую шкуру какого-то заморского зверя, привезённого Капитаном с последнего похода. Грудью она навалилась на кровать, её волосы разметавшись по спине, спадая, прятали лицо. Она была горячей и откликающейся. В какой-то момент, мне показалось, ей действительно хорошо, ей нравится со мной. Но стоило мне зажмурить глаза, как она вскрикнула и сжалась в моих руках. Я знал, что случилось. Я знал, что так и будет. Я открыл глаза. Капитан жестоко намотал её длинные волосы себе на кулак и, приподняв от кровати, подсел ближе, спуская ноги по сторонам от её бёдер. Потянувшись, я отнял её цепляющиеся пальцы от его ладоней, завел их ей за спину, чтобы она ему не мешала. Господин действовал грубо. Не давая отдыха, не отпуская, он всё нажимал и нажимал ей на затылок, не обращая внимания на всхлипы, кашель и слезы. Я знал, что это его заводит. И знал, что ничем не могу ей помочь. Когда-то давно, в первый раз, я остановился, не зная что делать, и его тяжёлый взгляд упал на меня. «Жалеешь её?» — спросил он. — «Всегда можешь поменяться местами». Не думаю, что кому-то бы помогло, если бы я согласился. Поэтому я двигался, гладил её ягодицы, выпирающие от напряжения ребра, низ живота, пытаясь отвлечь, перетянуть хоть немного внимания на себя. И стараясь почувствовать хоть толику ответного тепла и желания. Мне никогда не везло с девушками. Я ускорился и почувствовал, что близок к финалу, и вновь на мгновение зажмурил веки. На этот раз вскрикнул я. Капитан, секунду назад отвесивший мне пощёчину, довольно усмехался. — Заплати как обычно, — отталкивая обессилевшую девушку, велел он мне. — И не забудь вывести её за ворота, а-то я смотрю, ты спишь на ходу. Ничего нового. Всё, как всегда. Я помог ей одеться и сделал как много раз до этого. Для него я готов был сделать всё, что угодно. С ней, или с самим собой.