BLINDED BY LUST

За матовыми окнами студии, что находилась на третьем этаже клуба сгущались сумерки. Просторное помещение включало в себя: бар, заставленный алкоголем, стоящим на подсвеченных полках, переливаясь разноцветными бликами. В углу у самого окна невысокий подиум, что зрительно делил комнату на общую и спальную зону. Широкий, жёсткий матрас, на котором могло разместиться по меньшей мере пять человек, застеленный белоснежным бельём, по периметру был огорожен надстройкой доходящей почти до середины панорамного окна, с насаждением плоских листов сансевьерий, а по середине с вмонтированными кольцами из хромированного металла, о назначении которых можно было только догадываться. Спальня тонула в полумраке, подсвеченная лишь желтым рассеянным светом от диодов под потолком, когда в студию вошли трое. Феликс подошёл к бару, достал тяжелый стакан, бросив в него пару кусочков льда и плеснул скотч из бутылки, подняв глаза на братьев спросил: — Хотите выпить? — Нет. Давайте закончим с этим побыстрее, — отрезал Хенджин, отгораживая от цепкого взгляда блондина своего брата спиной. «Занятно» — думает Феликс, отпивая из стакана напиток, не сводя своего взгляда с близнецов. Младший прижимался грудью к спине брата, но взгляда от пристального внимания Феликса не отводил, поглядывая из-за плеча старшего. Феликс провел их в спальню, размещаясь в рядом стоящем кресле, с полным обзором на подиум, кивая на кровать. — Начинайте, я должен увидеть с чем имею дело, — холодно бросил он, — поиграйте друг с другом или что вы там обычно делаете, — махнул он рукой, прежде чем сесть в кресло, закинув ногу на ногу, облокотился на подлокотник со скучающим видом. Хенджин повернулся к брату, бережно проводя рукой по щеке, шепнув что-то на ухо и тот согласно кивнул, потянулся к брюнету, втягивая его в поцелуй, податливо подставляя губы, отзываясь на касания напирающего брата, не пассивно, но и не перетягивая контроль, а в голове наблюдающего Феликса промелькнула едва уловимая мысль, что до этих пор выглядящий неуверенно шатен, едва ли сказавший пару слов за их недолгую беседу, сейчас рядом с братом не выглядел смущенным, и даже посторонний человек, смотрящий на них неотрывно холодным взглядом не беспокоит его. Блондин отпил из стакана, задумчиво проводя костяшкой пальца по губам. То, как Хенджин осторожно касался своего брата, словно он драгоценный подарок для него, заставило Феликса усомниться в правдивости его ответов и эта связь между ними, куда более глубокая, чем просто «трахнуться несколько раз из чистого любопытства». Хенджин неотрывно смотрел на брата, словно для него в этом мире не существует больше никого, бережно беря его за руку, вплетая пальцы, подводит к кровати, усаживая на нее, тянется к одежде. Освобождая друг друга от лишнего, братья двигались, как один живой организм, сплетаясь телами, взглядами, но как только губы Хенджина стали опускаться по телу брата, теряя зрительный контакт с ним, шатен находил его во взгляде блондина, смотря на Феликса с призывом присоединиться, с блуждающей улыбкой на устах той, что блондину была прекрасно известна, ведь точно так же он улыбался глядя на людей, что пришли в его дом созданный на человеческих пороках. Ли не спешил, эти двое так гармонично смотрелись друг с другом, что внутри него стало зарождаться желание разорвать эту связь, разрушить ее до основания и построить на ее руинах нечто другое. Это необъяснимое чувство жгло в груди, вызывая нестерпимое желание, разделить близнецов. Кончики его пальцев немели от покалывания, но Феликс не стал срываться с места и бросаться в этот омут очертя голову, заткнув подальше свои эмоции, пытался разгадать загадку этой пары и ответить на вопрос, что засел в его голове «Кто кого ведёт?». Хенджин, что готов ревностно броситься на любого, кто приблизится к брату, или же младший Хенджун, что при детальном рассмотрении не выглядел, как невинная овечка, а скорее пауком что умело плёл свою паутину, заманивая очередную муху в свои сети и Феликс не торопился стать одной из этих мух. Шатен выгибался под братом, пока тот проводил языком по ареолам его сосков, сладко постанывая, уложив свою руку Хенджину на голову, подталкивал брата спускаться ниже. Старший освободил его от брюк, стал рисовать узоры языком по внутренней стороне бедра, провел губами по стоящему члену, лаская головку языком. «Видимо придётся вмешаться» — ухмыляется мысленно блондин. Феликс неспешно поднялся с кресла, скидывая с себя пиджак и стаскивая тонкий пуловер, подошёл к невысокому стенду, раскрывая дверцы, где на крючках висели различные приспособления для фиксации, снимая два ошейника и мягкие кожаные наручники, подошёл к братьям. — Хватит, — грубо рычит Ли, оттаскивая Хенджина за загривок, приближается к влажным губам брюнета, — Я просил поиграть, а не давать ему кончить. — Да. — выдыхает Хенджин, смиряясь с неизбежным. Его гневный взгляд смотрит на Ли, следит за каждым его движением. Феликс отпускает волосы Хенджина и поднимает за руку шатена, ласково улыбаясь ему. — Поднимись, ты такой прелестный юноша, Хенджун, — он осторожно убирает волосы с его лица, поглаживая пальцем щеку, что слегка зарумянилась на светлой коже, надевает широкий ошейник, подбитый изнутри мягкой тканью, с тонкой цепочкой и кожаные наручники, фиксируя руки за спиной, подводит его к конструкции с кольцами, — Опустись на колени, прелесть моя. Хенджун послушно опускается и Ли пристегивает тонкую цепь к кольцу, притягивая пальцами к себе за подбородок, нежно целует его, толкаясь в рот языком, вылизывая чужие губы, ухмыляясь в поцелуй, потому как взгляд был устремлён на брата. Феликс отрывается от младшего, выпуская изо рта его губы. — Такой сладкий, потерпи немного, — проговаривает он, проводя пальцами по тяжелому члену, размазывая по головке каплю собирающейся смазки, отчего тот стонет, подталкиваясь бёдрами, упирается в ладонь. Феликс быстро убирает руку, не давая желаемое, поднимается, возвращаясь к Хенджину, берет второй ошейник. — Ну, а с тобой мы поиграем, — ухмыляется Ли, тянет за волосы, впиваясь в его рот грубо, властно, терзает его губы кусая, туго затягивает ошейник на его шее. Сменяя грубые касания на осторожные, проводя языком по искусанным губам, пропускает пальцы в его волосы, прижимая к себе теснее и шепчет в губы тихо, — Расслабься. Хенджин растерянно смотрит на Феликса и тот улыбается уголком, тянет за тонкую цепочку ошейника, подводит к противоположной стене, проделывая то же самое что и с младшим, но оставляет его руки, свободными. Длины цепочки едва ли хватает, чтобы брюнет мог дотянуться до брата, пытаясь соприкоснуться, цепь натягивается, а туго затянутый ошейник впивается в шею. — Будь послушным, Хенджин, сядь и смотри, — повелительно приказывает Ли, возвращаясь к младшему, он становится на уровень с ним, притягивает его к себе целует, пока руки блуждают по мягким линиям живота, касаясь кончиками пальцев. Он спускается ниже, ведёт языком по линии подбородка спускаясь к плечам, груди, обводит ареолы соска, втягивает в свой рот, бросая косые взгляды на старшего брата, как тот старается дотянуться до своей половинки, пока младший поддаётся на ласки Феликса. — Какой отзывчивый, юноша. — отрываясь, усмехается блондин, проводит пальцами по позвоночнику кружа вокруг позвонков, спускается к складке между ягодицами, пока другая окольцовывает возбужденный орган, и тот толкается бёдрами в руку, желая получить трение, — И такой нетерпеливый. Что скажешь, прелесть, хочешь, чтобы я трахнул тебя, — произносит он вкрадчивым шёпотом в ухо, втягивая в себя мочку. — Да-а, — выстанывает Хенджун, распаленный под ласками и трению на его члене. — Хм.. думаю у твоего брата другое мнение на этот счёт, он так злобно смотрит на меня, что мне кажется вы малость приврали, на счёт своих отношений? — усмехается Ли, — Так Хенджин? — Не трогайте его, сделайте со мной что хотите, — сдаётся Хенджин. — Ладно, — блондин убирает руки, от младшего, — Раз ты действительно хочешь оставить брата в таком состоянии, я позволю ему смотреть на нас. Феликс уходит на несколько минут, возвращаясь со смазкой в руках, освобождается от брюк, отбрасывая их в сторону, подходит к Хенджину, обходя его сзади, становясь за ним на на коленях, проводит пальцами по плечам. — Ты правда был тем, кто считал что работать на меня будет хорошей идеей? — спрашивает Ли, прикасаясь губами к затылку брюнета, согревая его дыханием, прижимается пахом к его заднице, обвивая руками за талию. — Ты не похож на тех, кто обычно приходит сюда. О чем ты сейчас думаешь, Хенджин? Мечтаешь чтобы все поскорее закончилось, и вы с братом убрались отсюда? — Просто заканчивайте побыстрее, — рычит Хван сквозь зубы, стоя безвольной куклой, — делайте что хотели и мы просто уйдём. — Все ещё считаешь, что я здесь плохой? Можешь и дальше продолжать убеждать себя в этом. Феликс отстегивает цепь от кольца, наматывая ее на руку, крепко держа старшего, садится на пятки, тянет Хенджина на себя, прижимает к твёрдой груди его спину, обнимая руками, медленно целуя плечи, гладит по мраморной коже мягкими движениями успокаивая, заставляя тело брюнета покрываться мурашками. — Смотри на своего брата, пусть видит, через что тебе прийдется пройти ради него, ведь ты так жаждешь его защитить от меня. Ли тянется за смазкой, выдавливая каплю на ладонь, растирает ее по стоящему члену Хенджина, что хрипло стонет, сутулясь, сжимая руками простынь. Феликс отстегивает ошейник, освобождая его шею, отбрасывая ненужный предмет. — Ты можешь уйти в любой момент, Хенджин, — говорит он хрипло, водя рукой по стволу, ускоряя темп и давление на члене — Я не держу тебя. — Ахх, — срывается на громкий вскрик голос Хенджина и он изливается на руку Феликса. Ли вытирает руку об простынь, поддерживая тяжело дышащего Хенджина, чувствуя ладонью, как его сердце бьется о рёбра в груди, прижимает к себе, не выпуская из обнимающих рук, холодно глядя как брат напротив тянет цепи, изнывая от желания чтобы к нему прикоснулись, не в силах получить желаемое бессильно трется задницей о гладкую простынь, кусая губы и лишь самодовольно хмыкает, пока Хенджин в его руках успокаивается. Феликс целует его висок, скользя губами по щеке, шепчет в ухо снова: — Ты можешь уходить. — Я не оставлю брата здесь. — хрипло отзывается старший. — Хм..а мне кажется он не против остаться. Ведь ему сейчас абсолютно все равно, кто удовлетворит его желание… — Это не так. Блондин глухо смеётся, уткнувшись в плечо брюнета. — Почему ты не видишь? Что ж ладно, хочешь продолжать его пытать, давай продолжим. Я даже теперь не знаю, кто из вас больше безумен. Ты в своей одержимости им или он. Блондин снова берет отброшенный ошейник, протягивает его Хенджину. — Надень на себя, — приказывает он, и брюнет покорно затягивает его на своей шее, — Прислонись спиной к стене, — блондин чуть толкает его, пристегивая на место, поднимается, подходит к стеллажу, доставая из коробки вибро-яйцо с пультом, подходит к младшему, садясь рядом. — Вы сказали что не будете трогать моего брата! — А давай у него спросим? — улыбается Феликс, крутя перед глазами шатена, вибрирующей игрушкой, — Что скажешь прелесть, хочешь? Или скажи своему брату, что я могу трахнуть тебя. — Джинни, пожалуйста, за что ты так со мной? Просто позволь ему. Хенджин хмурится, сцепляя зубы, играя желваками на скулах. — Как жаль, мое сокровище, твой братец против, — Ли проводит пальцами по головке, собирая капли естественной смазки с кончика головки, что успела собраться на ней, размазал по яйцу и чуть смазав пальцы своей слюной, обвёл колечко мышц, протолкнув игрушку, ставя пульт на первую скорость. Хенджун протяжно стонет закусывая губу, сгорая от желания получить больше, чем маленькая вибрирующая игрушка в его заднице, которой не хватит, чтобы дать ему то чего он хочет. — Я мог бы слушать эти стоны всю ночь, жаль что нам мешает твой брат, медвежонок. — напевая произносит Ли, возвращаясь к Хенджину, — Но он совсем не желает делиться, заставляет такого милого мальчика страдать, хочет оставить все удовольствия себе, каков эгоист, — театрально закатывая глаза, Феликс становится перед разведёнными ногами Хенджина. — Зачем ты это делаешь? — шипит бесцеремонно брюнет, пытаясь оттолкнуть Ли от себя. Феликс ухмыляется, опираясь рукой на стену, приближается к лицу Хенджина, проводит острым кончиком языка по складке плотно сжатых губ с немым требованием впустить: — Ты не хочешь давать мне то, что мне нужно, поэтому заставляешь меня продолжать. Пойми уже наконец, что только ты способен остановить меня в любой момент, дверь открыта. Уходи. — мажет губами по линии подбородка он, тихо бормоча, — Что заставляет тебя оставаться здесь? Ревность? Ответственность за младшего? Чувство вины от того что пожелал брата-близнеца? Хенджин отрывисто выдыхает и Феликс снова усмехается, потому что попал именно туда куда метил. — Просто заканчивай, — отворачивается брюнет. «Упрямый осел» — Феликс цокает, качая головой, притягивает Хенджина к своим губам впивается в него, размыкая языком чужой рот, на что тот только вяло отвечает, но Феликс только усиливает натиск, поглаживая соски парня, что твердеют под трением, сжимает между пальцев чувствительные места, заставляя поддаваться на ласки, но руки Хенджина все еще сжимают в тисках простынь. — Боже, ты такой милый, Хенджин. Ты думаешь, что твоему брату сейчас не все равно? Считаешь, что если позволишь себе слабость, предашь вашу связь? — усмехается Ли, увеличивая скорость на пульте, слыша, как сзади стонет младший брат, тихо умоляя дать ему кончить. Феликс спускается, прокладывая языком мокрую дорожку из слюны, ему хочется пометить его своими узорами, но он лишь слегка прикусывает, оставляя на ней слабые красные пятна, что сойдут через несколько минут, достигнув бёдер Хенджина, он осторожно касается внутренней стороны. Мягко целует, придерживая руками за талию, не собираясь сдаваться, ведь равных в этой игре ему нет, слишком долго он заправляет этим местом, вынуждая ему дать, то чего он хочет. Проводит языком по полувозбужденному органу брюнета, вылизывая уздечку, не сводя взгляда со старшего, обхватывает губами головку, поглаживая ее внутри опускается по стволу, проезжаясь по небу, чувствуя, как член Хенджина начинает увеличиваться в размерах у него во рту, а тяжёлое дыхание и вырывающиеся стоны выдают его нарастающее возбуждение. Феликс не останавливается, проталкивает крупную головку в горло, зная что на утро будет саднить так, будто он выкурил две пачки крепких сигарет, но не желает останавливаться, обхватив рукой мошонку сжимает ее в ладони, оттягивает, поднимает взгляд, глядя как Хенджин, запрокидывая голову терзает собственные губы в кровь и снова опускает, всасывая щеки создавая вакуум, интенсивно качает головой, пока ее не накрывают ладони старшего, и тот подмахивает бёдрами в такт не в силах сдержать сдавленные стоны, проталкивая член глубже. Феликс отстраняется, прекращая все ласки, вытирая уголки рта от слюны пальцами. Глаза Хенджина заволокло, он смотрел будто сквозь блондина, зрачки расширены, что глаза казались абсолютно чёрными, в которых бликовал желтый свет от подстветки. Ли увеличивает скорость на пульте, поглядывая вполоборота на изнывающего близнеца, что пытался протолкнуть игрушку глубже и не мог дотянуться, трясущимися от перевозбуждения руками. — Ты решил прикончить моего брата, больной ты ублюдок? — ярость захлестывает Хенджина, он хватает Феликса за волосы, притягивая его к себе, но тот только смеётся. — Как странно, трахаешь своего брата ты, а больной ублюдок здесь я, — Феликс с вызовом смотрит в глаза старшего, продолжая скалиться, выжидая когда же у него снесет голову и придет наконец осознание, того что ни Феликс, ни его младший брат близнец, не управляют ничем что происходит в этой студии. — Ты чертов извращенец, что манипулирует людьми. — Ты все ещё считаешь, что я здесь манипулирую тобой? — усмехается Феликс, чувствуя как на его горле сжимается чужая рука, прекращая доступ к кислороду, но не делает никаких попыток, остановить это, давая полную власть над собой в чужие руки. — Так закончи начатое, останови меня, ведь я здесь настоящее зло, хрипит он подставляя шею, пока руки Феликса продолжают скользить по напряженному члену Хенджина. Он рвано дышит, осознавая происходящее, злость и возбуждение что словно иглы впиваются в его поры покалывают каждый сантиметр его кожи, мешая мыслить здраво, разрушая последние баррикады, что он выстраивал связывая себя с братом в порочный круг. Желая разорвать единственного, кто сейчас пытается помочь ему выбраться из клетки в которую сам себя посадил. Он срывает с себя дурацкий ошейник, который ему никто не мешал снять все это время, убирая руки блондина, сжимая запястья опрокидывает его на спину, нависая над ним. — Так чего же ты желаешь на самом деле, Феликс? — зло ухмыляется, Хенджин. — Вас двоих в себе, — честно отвечает Ли. — И все? Тогда, что здесь происходит, зачем устраивать цирк? — Ох, как же веселье? Вы такая занимательная парочка. — шепчет Феликс, выбираясь из под брюнета, освобождая себя от хватки. Беря Хенджина, за руку подводит наконец к брату, освобождая того из оков, пока Хенджун обессилено падает в подхватившие его объятия Ли, он слегка хлопает по щекам приводя его в чувства, вытаскивая из его задницы жужжащую штуковину, отбрасывает в сторону. Феликс поддерживает дрожащего шатена, поглаживая пальцами по лицу, касается мягких щёк, мокрых от пота и слез, удерживая за талию. — Поторопись, Хенджин, твоему брату очень плохо, — предупреждает Ли, и старший касается влажными от смазки пальцами прохода блондина, заставив его вздрогнуть от контраста разгоряченного тела и холодной субстанции, растягивает быстрыми движениями, вызывая жжение внутри. Феликс притягивает к себе лицо младшего, целует властно, затягивает в плен своих губ, рукой обхватив за шею старшего, позволяя ему присоединиться, сплестись в странном танце, пока его бедра насаживались на пальцы Хенджина. Брюнет притягивает Ли к себе, усаживая на колени прижимая его спину к груди, прикасается к его шее губами бродит по казалось полностью лишенного влаги телу, что было словно высечено из камня, выделяя каждый рельеф сплетения сухожилий и мышц. Приподнимая за бедра Феликса резко опускает на свой член, насаживая его до основания, заставляет выгнуть спину вскрикнув, пока блондин обнимал его за шею впиваясь в губы сначала Хенджина, затем младшего, мягко скользит свободной рукой по бархатной коже, опускается, обхватывая губами его каменный от возбуждения член, лижет его языком, собирая с головки капли смазки, заводит за щеку, скользит по нему, заглатывая глубже, впиваясь ногтями в узкую талию, пока Хенджин уложив руки на упругий зад, вбивался в узкий проход резкими толчками, проезжаясь по простате головкой. Взрываясь, словно цепочка микро зарядов, Хенджун излился в глотку блондина, тяжело дыша стал заваливаться на бок, но заботливо расставленные руки Ли, не позволили ему упасть, осторожно уложив его на постель. — Ты чудовище, — хрипло проговаривает Хенджин, зарываясь носом в шею Феликса, с силой кусая тонкую кожу в несколько быстрых толчков, заливая стенки прохода Ли горячей спермой, накрывает ладонью его член, водя рукой по стволу быстрыми движениями помогает ему разрядиться, выходит из него, отбрасывая будто мешок с мусором, ложится устало рядом с братом, притягивает к себе прижимает. Феликс смеётся, пытаясь отдышаться, спокойно встаёт, чувствуя как по его ногам стекают соки Хенджина, подходит к своим вещам и достав пачку сигарет закуривает, разливая по студии запах горелого табака, что смешивается с запахами спермы и пота. — Если ты все ещё хочешь работать на это чудовище, жду тебя завтра одного в моем кабинете. Можете отдохнуть здесь сколько нужно, — с этими словами Феликс покинул комнату уходя в душ, а вернувшись увидел спящих близнецов, что слиплись, как размокшие половинки зефира, и только разочаровано покачал головой.

🔞🔞🔞

На следующий день Феликс сидел в своём кабинете, бесцельно разглядывая белую стену полностью погруженный в свои мысли, когда в дверь постучали. — Директор, к вам Хван Хенджин. — зевая предупредила вошедшая Сурен, прежде чем впустить парня. Хенджин молча вошёл в кабинет, вставая перед ухмыляющимся Феликсом. — Удивлён что ты пришёл, — хмыкнул Ли и кивнул на кресло, — Присядь. Ли вытащил пухлый конверт и ключи на брелке из ящика стола и встав с кресла положил их рядом с Хенджином. Вернувшись к своему рабочему месту, он прислонился к краю стола, скрещивая ноги и сунув руки в карманы наконец продолжил: — Работа твоя. В конверте аванс, ключи от арендованной квартиры, если вы с братом нуждаететесь в жилье, клуб вам его предоставит. Хенджин вперил гневный взгляд в Ли, чем вызвал у него надменную усмешку. — Люди для тебя лишь забавные зверушки? На которых можно нацепить ошейники и делать что вздумается? — Понимаю, — усмехается Ли, — Ты из тех, до кого тяжело доходит. Что ж, объясню доступно. Не подумай, что я осуждаю, мне в общем-то безразлично чем вы с братом занимаетесь, хочешь продолжать жить также, вперёд. Я возьму вас на работу вдвоём, трахайтесь сколько влезет, устроим шоу для любителей подсматривать, будете занимательным зрелищем, красивыми зверьками запертыми в моем зоопарке, как ты выразился. — Мы с братом не зверушки. — прорычал Хван, срываясь с места, хватая Феликса за воротник. — Правда? — иронично спросил Ли не меняя позы, — Ты так стремишься его защитить, считаешь что между вами настоящая любовь, но не видишь очевидного. Вы стали зверушками, ровно в тот момент когда эта связь стала для тебя чем-то большим, чем разовый секс ради праздного любопытства. А теперь тебя гложет чувство вины за то, что ты пожелал близнеца. И сам надел на себя ошейник и вручил его брату, когда уже дойдёт до тебя, что слон в комнате не я? — Хенджун не такой, что ты можешь знать? Видел нас один раз и уже думаешь, что можешь судить о нас? — Не забывай что это за место, Хенджин. Я построил его на человеческих пороках, сейчас ты можешь не принимать правду, от того и бесишься, что бессилен. Но с самого начала, власть все прекратить была в твоих руках. Снять с себя ошейник, что тащит тебя на дно. — И что взамен? Я должен оставить брата и упасть к тебе в объятия? — надменно усмехнулся Хенджин. — Боже упаси, — расхохотался Ли, убирая руки от себя, — Не слишком обольщайся на мой счёт, я лишь увидел проблему со стороны и решил ее доступным мне способом, остальное ты сделал сам, я показал тебе выход из клетки в которой ты закрылся, с этой твоей маниакальной одержимостью, защитить брата, но самое смешное ты не способен защитить самого себя. Косые взгляды, перешептывания за спиной. Я же сказал, мне нет никакого дела до того чем вы занимаетесь с братом, хочешь работать здесь один или вместе, я найду применение вам в любом случае. Но это будет та же клетка, возможно чуть пошире и цепь подлиннее. — Что если я захочу уйти из неё? — Ты знаешь что делать, — безразлично пожал плечами Феликс, — Иногда достаточно встать и уйти, что бы разорвать замкнутый круг. Но сможешь ли? Феликс отлип от стола приближаясь к Хенджину, склоняясь над ним проталкивая колено между разведённых ног сидящего в кресле Хвана и продолжил: — Сможешь оставить брата? Прекратить пытать самого себя? — Хван молчит, не сводя взгляда с Ли, — Молчишь, что ж подумай об этом на досуге, а когда надумаешь вернись в это место и ответь на один вопрос: Чего ты желаешь на самом деле?