Стекло и Вата

      Ненависть не может возникнуть из пустоты. А человек обретает чувство ненависти после мерзкого к себе обращения. И именно это Яна чувствовала к Стасу. Но только не сейчас. В ней не сидело это мерзкое чувство презрения, она чувствовала жалость. Дикую жалось к тому, что сделали с живым человеком.       — Ты сволочь, Леший, гореть тебе в гребаном Аду! — состояние Яны ухудшалось, и этому свидетельствовали нервная дрожь в теле и голос, который с тихого и звонкого сменился на рычащий и прерывистый.       — Развяжи, — необычайно спокойно приказал Леший Змею, и тот развязал Яну.       Арсений взглянул еще раз украдкой на полуживого Стаса, и его стошнило прямо на пол. Нервы дали о себе знать. Вслед за этим его развязал Череп и потащил в соседнее помещение. Арсений рвался из последних сил, но громила был явно сильнее.       — Яна! — прокричал Арсений, отдаляясь. Но Яна лишь взглянула на него и произнесла: «Все будет хорошо». Да, эта фраза абсолютно не значит, что действительно все так и будет.       Яна первым же делом подбежала к Стасу, и Змей ее тут же схватил за руки. Она яростно пробежалась взглядом по Лешему в тот момент, когда в помещение вернулся Череп.       — Пусти ее, — главарь казался слишком спокойным.       Яна наклонилась над окровавленным телом Стаса и аккуратно погладила его по щеке.       — Стас, это я. Посмотри на меня. Слышишь меня?       Стас не реагировал.       — Стас, пожалуйста, посмотри на меня. Я знаю, я виновата перед тобой, я оставила тебя одного. Слышишь? — слезы Яны текли рекой, и пара слезинок капнула Стасу на лицо.       Именно в этот момент глаза Стаса открылись и посмотрели в сторону Яны.       — Что я наделал? — прерывисто, тихо и неразборчиво произнес Стас.       — Стас, прости меня, — Яна сама не знала, за что извиняется, ведь ее вины было ровно ноль. Но она чувствовала себя отвратительно из-за того, что тогда убежала, из-за того, что не попыталась даже понять, что с ее бывшим.       — Стасик, как дела? — грубо и бесцеремонно в разговор втянулся Леший.       — Заткнись! — рявкнула Яна в ответ.       — Еще раз гавкнешь — пристрелю, — совершенно спокойно ответил Леший девушке, поправляя один из перстней на своей руке. — Так что же, Стасик, как самочувствие? Молчишь? А не надо молчать, Стасик. Стасику надо рассказать, где база данных с флешки. А если Стасик будет молчать, то Яна получит по тяжеле-е-енному удару.       Яну мигом схватили за руки и пристегнули наручниками. Змей держал девушку за плечи, в то время как Череп встал перед девушкой и подготовился к приказам главаря. Девушка уже поняла, что это не шутки и смирилась с тем, что сейчас будет происходить.       «Главное — не кричать! Яна, не кричи. Пусть хотя бы Арсений не слышит твоих криков, пусть думает, что все в порядке. Только не плачь и не кричи», — Яна поняла, что скоро ей придет конец.       — Итак, Стас, первая попытка. Где вся база с флешки? — Леший встал со стула и двинулся к парню.       Молчание.       Удар в живот. Яна упала на колени, но никакого звука не издала. Лишь лицо скривило от режущей боли. Тяжелый выдох.       — Попытка номер два. Где база?       Молчание, снова удар, и Яна не смогла удержать крик. Жуткий, душераздирающий крик, который казался еще громче из-за эха в помещении. Крик будто рикошетил в стены амбара, а затем возвращался к его хозяйке. Яна закрыла глаза от боли. Нехватка воздуха. Предобморочное состояние.       — Попытка номер три! Стас, ты же знаешь, я эту суку убью. Советую говорить. Где база?       Молчание. И Череп поднял ногу, чтобы удар был жестче, но Стас заговорил.       — Я не знаю. Я… не помню.       — Помочь вспомнить? — Леший показал пальцем на девушку.       — Стой, — через силу Стас добавил звука в голосе. — Она не виновата. Это я не помню. Я был под дозой… У нас была сходка. Помнишь, на точке?       — Если пиздеть будешь, я просто подарю ей полю в лоб, понял меня? — Леший шипел, будто кобра перед добычей.       — Понял, — Стасу было тяжело, и он набрал воздуха в легкие, будто в последний раз. — На точке мне стало плохо, я пошел в туалет и отключился. А когда пришел в себя, оказалось, что меня откачал какой-то перец. Он помог выйти на улицу, я приходил в себя еще минут пятнадцать. Один. Но потом он подошел и отдал мне флешку. Сказал, что я ее выронил.       — Уебок! У тебя что, флешку спиздили? Гандон! — Леший начал расхаживать круги вокруг себя, держась за голову. — Кто? Кто это был? И только попробуй пиздеть, что не знаешь. Я обещаю, я из нее всю душу вытрахаю, а потом пущу на корм рыбам, слышишь!       — Ёж. Саня Ежов, — Стас выдохнул.       — Сука! — Леший взялся за голову и сел на стул.       Минуты две царила полная тишина. Леший сложил все кусочки пазла воедино. Дело в том, что в молодости Леший пользовался большим интересом у женщин, и вот пару лет назад он узнал о существовании сына, который пошел совсем не по стопам своего отца. Он стал военным и на данный момент служил во внутренних войсках. То, что он легко внедрился в общество Лешего, на самом деле, и так его смутило, но осознание того, что его собственный сын может его посадить, действительно его напугало. А Саша мог. Потому что он всей душой ненавидел отца и явно понимал, чем тот зарабатывает. Нужна была лишь зацепка, доказательство этому.       — Идиот! — Леший встал, посмотрел в сторону Черепа, который все это время стоял смирно и не смел смотреть в сторону главаря. Он «смахнул» рукой воздух, дав Черепу понять, что делать.       Яна, стоя на коленях, из последних сил смогла поднять голову. Череп достал пистолет, направил в сторону Стаса, который точно знал, что это его последние минуты. Выстрел в голову.       Звук выстрела отрикошетил и словно повторился несколько раз.       Неизвестно, что было громче: звук выстрела или зверский крик девушки, на глазах у которой убили человека, которого она когда-то полюбила. Человека, который ошибся в жизни, не понял ее сути, не понял, что надо любить жизнь, а не убивать ее. Не понял, что его любили, не понял, что может обрести реальное счастье, а не фальшивый кайф под очередной дозой. Не понял, что он поломал сам свою жизнь.       Янин крик был похож на крик дикого подстреленного зверя, а сердце словно разорвалось вместе с этим выстрелом, и девушка упала без сознания.

***

      Арсений расхаживал круги в темноте тесного помещения, куда его ранее затолкнул громила. Он слышал все, что происходило в амбаре минутами ранее. В тот момент, когда Яна кричала, он непроизвольно плакал. Плакал, потому что боялся, что ее убьют. Ему было плевать, что с ним сделают, лишь бы она была жива. Лишь бы не знать того, что он больше не сможет ее увидеть, не сможет ее услышать. Он поклялся, что если с ней что-то случится, то он сам нарвется на Змея или Лешего и будет умолять лишить его жизни. Он бы не смог жить с тем, что не успел что-то сделать, чтобы спасти жизнь Яны. Но в помещении открылась дверь и свет из коридора проник в комнату к Арсению. Незнакомый парень стоял с Яной на руках.       — Яна, — Арсений подбежал к двери.       — Отойди, — мирно сказал парень и уложил девушку на холодный пол.       — Она жива? — Арсений наклонился к Яне и поправил дрожащей рукой ей локон волос, который прикрывал ей глаза.       — Жива. Без сознания.       — А ты еще кто такой?       — А тебе и не надо знать. Советую рот закрыть и не задавать лишних вопросов, — парень встал на корточки и достал из кармана вату и пузырёк с какой-то жидкостью, и перевернул девушку на бок.       — Что ты делаешь? Отойди от нее! — прорычал Арсений и схватил парня за руку.       — Руки убери. Это нашатырь. Уж я ей точно вреда не нанесу, — только сейчас Арсений понял, что парень тепло относился к девушке, спокойно ее перевернул, с осторожностью касался, обращался, будто с хрупкой фарфоровой куклой.       Арсений наблюдал, как парень провел пару раз ваткой с нашатырным спиртом перед носом Яны, и та подала звук.       — М-м-м! — Яна сморщилась, и у Арсения перехватило дыхание.       — Ш-ш-ш, все хорошо. Яна, все будет хорошо, — незнакомец и вправду тепло к ней относился, и Арсения прожгло в груди.       «Ты что, ревнуешь, Арс?» — он не понимал своих ощущений.       — Она придет в себя. Проследи за ней. Я вернусь через полчаса. Принесу еды, — незнакомец обратился к Арсению довольно спокойно, и тот кивнул в ответ.       Дверь закрылась, и помещение снова окутала кромешная тьма. Арсений прилег к Яне и поглаживал ее по голове в ожидании, когда она придет в себя окончательно.       — Мне очень жаль, милая. Прости меня, я так перед тобой виноват. Надо было тебя скрыть, не отпускать. Но я же трус. Мне так жаль. Я обещаю, что больше не отойду от тебя, не дам в обиду. Только живи. Слышишь?       Но Яна не слышала. Яна была в пустоте. Яна была не здесь.

***

      Арсений пару раз шмыгнул носом. Не сдержал слез.       — М-м-м, — Яна подала звуки.       — Яна?       — М-м-м. Где я? Где Стас? — девушка еле слышно задавала вопросы.       — Милая, все будет хорошо, я рядом.       Девушка узнала голос Арсения и передвинулась ближе к нему. Разместившись у него на груди, девушка начала вспоминать, что произошло, и невольно заплакала. Арс посчитал нужным ее обнять.       — Ничего не бойся, я рядом.       Они долго молча лежали в обнимку, и лишь спустя какое-то время тишину нарушила открывающаяся дверь. Свет снова проник в комнату. Перед дверью стоял уже знакомый Арсению силуэт.       — Я принес еду, — произнес парень.       — Артем? — Девушка вытерла слезы и с трудом встала на колени.       — Как ты? — парень зашел в помещение и встал на корточки.       — А ты не видишь?       Парень промолчал, опустил взгляд в пол и тяжело сглотнул. Ком в горле не давал ему нормально дышать.       — Мне жаль, что так случилось. Правда. Я не думал, что…       — Тебе правда жаль? Ты правда сожалеешь? Тогда что ты тут делаешь? Почему ты еще с ними за одно? Ты видел, что они сделали со Стасом! Ты…       — Я видел! Ты думаешь, мне не больно, Яна? Ты думаешь, мне хорошо? Стас был моим братом! Но если я пойду против них, я получу такую же пулю в лоб, как и он. Что ты мне предлагаешь?       Арсений был ошарашен, но молчал, не вмешиваясь в разговор.       — То есть ты жертвуешь мной ради своей выгоды? — да, Яна понимала, что ее слова звучат так же эгоистично, как и поступок Артема, однако она тоже хотела спастись. И не одну себя. Артем сам выбрал путь, которым пошел его брат, но Яна этот путь не выбирала, и Арсений уж тем более.       — Яна…       — Что «Яна»? Ты просто будешь сидеть, сложа руки, пока твой брат гниет в земле, пока его черви сжирают?       — Яна, не надо, — ком в горле Артема становился больше.       — А впрочем, знаешь, лучше убей меня сейчас, чтобы я не видела, как ты становишься крысой.       — Яна, блять, успокойся, пожалуйста. Ты знаешь, я тебе не враг, и то, что я тебе тогда сказал, — правда. Я правда тебя люблю. Очень. И ты это знаешь.       Арсений очень сильно запереживал. Его лицо становилось все более и более серьезным, и он отодвинулся к стене, запрокинув голову назад. Он согнул одну ногу и положил локоть на коленку. Он понимал, что чувство ревности обретает верх.       — К чему ты мне это говоришь, Артемий?       Артем на долю минуты замолк.       — Я к тому, что не причиню тебе вреда.       — Так выпусти нас отсюда.       — Я не могу, — Артем качал головой, смотря в пол.       — Уходи, — Яна подошла к Арсению и села рядом.       — Яна!       — Уходи, я сказала!       Артем встал и направился к двери, но внезапно остановился.       — Пообещай мне одно, — Артем повернулся к паре. — Если я тебя выпущу — ты скроешься лучше, чем в прошлый раз.       Яна и Арсений переглянулись и встали в полный рост. Девушка подошла к Артему и положительно кивнула ему в ответ.       — И еще одно, — Артем пристально посмотрел в глаза девушки. — Первый и последний поцелуй.       — Что, блять?! — Арсений сделал вопросительный взгляд с вкраплениями гнева.       — Я прошу, угомони его, иначе угомоню его я, — Артем сморщился.       — Только попробуй ее коснуться, — пригрозил Арсений.       — Арсений! — Яна повернулась к парню и пронзительно на него посмотрела. Он понял, что нужно замолчать.       Девушка снова развернулась к Артёму.       — Береги себя и беги отсюда, как только будет возможность. Обещаешь? — Яна подошла к Артему ближе.       — Обещаю, — шепотом ответил парень.       Девушка поддалась вперед и невинно поцеловала Артема в губы, однако сухо и не проявляя никаких эмоций. У Арсения начался жуткий приступ ревности, и он чуть не сорвался набить морду этому Артему. Но сумел сдержаться, ведь понимал, что им необходимо бежать. Ради безопасности Яны. Все ради нее.       Артем отошел в сторону, осмотрел коридор, а затем дал знак «бежать», и пара спокойно, но в ускоренном темпе двинулась вперед и скоро оказалась на улице. Там оказалось темно, сыро и гадко. Шел сентябрьский ливень, и под ногами все размокало. Оказалось, что они находились в какой-то загородной местности, где не было и намека на асфальт. Им пришлось бежать по размокшим пустырям. Ноги становились тяжелыми от глины и грязи. Пробежав метров сто, Арсений заметил, что Яне тяжело. Нанесенные сегодня удары по животу начинали знатно о себе давать знать, и Арсений взял девушку за руку.       — Еще немного, потерпи, пожалуйста, — на бегу произносил Арсений через каждые несколько сотен метров.       Тупик. Они оказались возле небольшой речки. «Как бы оказаться за ней?» — Арсений был в недоумении, однако отпустил руку Яны и произнес:       — Стой тут, я проверю глубину.       Он вошел до половины речки. Глубина была в рамках допустимого, и Арсений махнул рукой стоящей на берегу Яне.       Погрузившись в воду, девушку почувствовала, как ее моментально окутал холод. Конец сентября. Вода действительно была холодной, в придачу, все мы знаем, что вода в реках зачастую холоднее, чем в озерах — виной тому проточные воды. И именно из-за них им было тяжело плыть. Их уносило течением.       Вцепившись снова в руку Яны, Арсений тащил девушку ко второму берегу, а когда «миссия» была выполнена, они незамедлительно снова принялись бежать.       Сто метров.       Еще сто.       Еще сто. И девушка сдалась. В ней не оставалось никаких сил.       — Я… больше… не… могу, — девушка тяжело дышала.       — Я вижу дом… еще немного… прошу тебя, — Арсений умолял девушку еще немного продержаться.       Пробежав еще отрезок пути, они оказались возле старого домика, рядом с которым располагалась, судя по строению, баня. Они вбежали туда. Да, это была баня. Девушка села на трапик, и Арсений запер дверь. Они немного перевели дух.       Когда они встретилась взглядами, они поняли, что в безопасности, по крайней мере, на какой-то период. Хотя бы ненадолго.       Их переполняли эмоции. Девушка встала с трапика на ноги и подошла к парню.       — Мы в безопасности, — Яна была максимально близко, и Арсению окончательно сбило дыхание.       — Да, — спокойно ответил он.       Молчание. Вдох. Выдох. Взаимное касание губ.       — Что ты делаешь? — Арсений закрыл глаза от непонимания происходящего.       Молчание.       Открыв глаза, он понял, что Яна не отходила, стоит также близко, как и секундой ранее.       — Спасибо, — Яна прошептала благодарность и пристально посмотрела в небесно-голубые глаза Арсения. В них было спокойно смотреть. В них можно было утонуть и не заметить, что ты уже где-то на дне Марианской впадины.       Арсений не сдержался. Их губы снова соприкоснулись, но уже не так невинно, как минутой ранее. Теперь он чувствовал нежность ее губ детальнее и детальнее. Он не хотел, чтобы это заканчивалось. В груди нарастало непонятное сжимающее чувство. Такое бывает либо от боли, либо от любви. Боли он не ощущал. Он ощущал ее.       Вот они! Сейчас. Здесь. Вдвоем. Промокшие насквозь. Разбитые. Уставшие. Целуются.