Тайный Санта

— В тот день я так переволновался, что обо всем забыл и отдал тебе кофту прямо с телефоном. Вот только шарик, который был внутри тебя, управлялся через него, поэтому я никак не мог отключить вибрацию, — выдаёт Тэхен, закусывая нижнюю губу. — Хуже всего было, когда ты убежал в комнату: страх быть раскрытым заставил меня сорваться следом, но ты, слава богу, ничего не заметил. Я быстренько все отключил, положил на место и ушёл. — Да ты хоть представляешь, что мне пришлось пережить? — шлепает ладонью по столу краснеющий Юнги. — Прости, хен, — виновато смотрит младший, но на его губах играет довольная улыбка.       Сегодня уже тридцать первое и вчерашний вечер прошёл намного лучше, чем Тэхен себе представлял. Да что там — на самом деле, он думал, что Юнги вообще не придёт. Однако старший превзошёл все его ожидания. Подарить влюбленному по уши Киму самого себя, приправляя красным бантом, оказывается было верхом мечтаний младшего. Да и что он ещё может хотеть, когда обожаемый всем сердцем хен буквально пришёл и отдался ему в руки. — А где же страсть, поцелуи и сногсшибающий секс? Что-то не слышал сегодня ночью стонов из соседней комнаты, — хихикает Чонгук, врываясь на кухню и приземляя свою задницу на стул рядом с Юнги. — Ты мелкий паршивец! — сразу же огрызается тот и хватается за ухо макне цепкими пальцами, притягивая его к себе ближе. — Ай-яй, хен! Ну что не так? — шипит Чонгук, жмуря глаза и пытаясь удержать равновесие, чтобы не свалиться со стула. — Что-то не наблюдал за тобой прежде поползновений в сторону Хосока, извращенная ты наглая морда! — Юнги косится подозрительно на вдруг начавшего улыбаться младшего. — Но ты и поползновений Тэхена в свою не замечал. — Мелкий, — рычит Юнги, когда Чон вырывается из крепкой хватки и потирает горящее огнём ухо. — Это ты испортил мне ребенка, похотливая задница! Не помню, чтобы Тэхен-и таким интересовался раньше! А Чонгук дует губки и смотрит в сторону весёлого Кима. Тот явно наслаждается ситуацией и даже не спешит оправдываться, выгораживая младшего. Конечно, а зачем ему, когда можно свалить вину на другого и прикинуться ангелочком? — Ой, хен, плохо ты нашего Тэхен-и знаешь, — фыркает макне и обращает внимание на вошедшего в кухню Хосока. Тот весь потрепанный, а глаза заспанные — видимо только проснулся. — Доброе утро, — хрипит он. — Учись как надо, — шепчет Чонгук с ехидной улыбочкой на ухо Тэхену и соскакивает с места, подлетая к опешившему от неожиданности танцору, обхватывая его талию руками и притягивая вплотную к себе, склоняется прямо над его лицом: — Любовь моя, ты так великолепен. До сих пор с трепетом вспоминаю, как вчера твои прекрасные ножки дрожали от…       Хосок бьёт парня в живот кулаком раньше, чем тот успевает закончить: — Завали, Чонгук, — хмурит брови старший Чон, наблюдая, как парень перед ним сгибается пополам, посмеиваясь через силу. — Ну за что, конфетка, я же был так нежен с тобой. — Бровки домиком и сверкающие от слез глаза, оказывается, не добавляют макне лишнего балла, потому что Хосок вполне равнодушно проходит мимо парня к холодильнику, чтобы взять бутылку с водой. — Ты можешь хотя бы не при всех распространять свои пошлые мыслишки? — Хосок злится. Это видно по его раздраженному лицу. — Я, пожалуй, воздержусь от твоих учений, — сжимается Тэхен, выставляя перед собой ладони, пока Юнги втихаря посмеивается, кидая взгляды от Чонгука к Хосоку: — Моя школа, — гордо вскидывает подбородок старший, одаривая Хоби одобрительным взглядом и получая такой же в ответ.       Нет, ну а что? Этим двоим придуркам можно работать сообща, а им с Хосоком — нет? Вот уж хрен там, теперь он будет вести счёт и пока: 1:1.       К обеду все собираются. Намджун, который был Сантой Джина и жертвой Чимина, приглашает первого в ресторан, предлагая встретить новый год вдвоём, вот только остаётся ни с чем, потому что: — Вот уж нет, — возводит взгляд к потолку самый старший участник группы и не то, чтобы он против, просто надо поломаться для вида. Да и начинать строить отношения, по его мнению, лучше в новом году. — Развели тут клуб романтики для особо озабоченных, — кривит он пухлыми губами и направляется в комнату, как слышит краем уха немного грустно сказанное Джуном Чимину: — Ну а ты как? Все по парам разбились. — Прости, хен, — неловко смеется Пак, — у меня есть с кем встречать новый год и он уже ждёт, так что мне нужно поторопиться, — машет рукой младший и срывается на сборы в свою комнату. Лидер провожает парня удивленным взглядом и натыкается на осуждающий застывшего посередине коридора Джина. — Не слишком ли быстро меняются твои планы? Или ты из вежливости меня позвал? — выгибает бровь старший. — Нет, — теряется Джун, — просто столик был заказан заранее. Я хотел позвать тебя с самого начала. — Так значит предложение все ещё в силе? — хмыкает тот и ловит взглядом чужую улыбку. — Получается, ты не против? — Возможно, — до последнего пытается сохранить неприступность Сокджин. — Тогда я зайду за тобой в шесть? — уже шире улыбается лидер группы. — Опоздаешь — сделаю вид, что сплю и никуда не пойду, — вскидывает голову Джин, удаляясь в свою комнату.       Намджун ещё какое-то время стоит в коридоре и думает: это из-за того, что Джин, Хосок и Юнги парни? Поэтому в них столько вредности или есть другая причина? С девушками подобных проблем у него никогда не было, но и улыбку до ушей чужие движения и слова не вызывали. Это ли не чудо? — Больше в общежитии никого нет? — шепчет Юнги, когда они выпивают третью по счету бутылку шампанского, а на часах давно переваливает за двенадцать. Значит начался уже новый наполненный чудесами и чем-то совершенно неизвестным год. — Нет, — сидя рядом на кровати, в полумраке отвечает Тэхен, — Чонгук с Хосоком ушли гулять, а после, наверное, в отель. Остальные понятия не имею куда слиняли, — он улыбается. — Значит, мы вдвоём, — кивает старший, а Ким уже понимает, к чему тот ведёт. Однако ничего не успевает сказать, как парень опрокидывает его на спину и садится сверху, елозя задницей по чужому паху и мигом стаскивая с себя футболку, оголяя торс.       Юнги прекрасен. Юнги богоподобен, тем более для Тэхена, который, недолго думая, кладет ладони на узкие костлявые бедра хена, сжимая их, и толкается своими, наблюдая, как парень прогибается в спине. Ради такого вида стоило терпеть два года безответной любви и полного игнорирования со стороны этой колючки. А ещё…       Тэхен резко дёргается вперёд и переворачивается, подминая парня под себя. Юнги, может быть, и дерзкий, любит ворчать и огрызаться, и иной раз к нему совершенно не подступиться, но сейчас он совершенно другой: мягкий, податливый, тёплый и нежный. В его взгляде ни грамма ненависти, которую так боялся увидеть младший. Мин полностью его принимает: и сердцем, и душой. В ближайшие минуты, надеется Тэхен, примет его и телом. — Может, наконец, поцелуешь меня, мистер джентльмен? — Мистер джентльмен… — глухо смеётся Тэхен, щуря глаза и передразнивая, — а можно? Кусаться не будешь? — Я буду кусаться, если не поцелуешь.       И Тэхена не надо уговаривать или повторять ему дважды, он сам уже давно мечтал почувствовать вкус губ старшего, ощутить их мягкость своими, приласкать их языком, что он и делает: обводит самым кончиком, надавливая, от одного уголочка до другого и нежно целует, словно впервые в жизни это делает. У Юнги мгновенно сносит крышу от чужой нежности, и он тянется навстречу: мягкий целомудренный поцелуй, превращая в горячий, наполненный страстью и почти животным желанием.       В комнате душно и кружится голова. Они тонут в затуманенных дымкой похоти глазах друг друга, оставаясь без одежды. Кожа к коже почти обжигает. Руки Тэхена нежные и сильные, властно оглаживают любимое худощавое тело, заставляя того прогибаться на встречу.       Они слишком долго целуются, словно это их последний раз, на самом же деле — только начало. Целуются и тогда, когда Тэхен любовно растягивает и без того довольно хорошо разработанное за последнее время колечко мышц Юнги. Тот стонет несдержанно, мечется по простыне, словно та — обжигающая лава, и просит, молит Тэхена, насаживаясь на его длинные пальцы. Ему совсем не стыдно показывать эту сторону себя перед парнем. Сейчас вообще ничего не стыдно. — Если твой член сейчас же не окажется в моей заднице, то я… я… — он теряется в словах, потому что улыбка Тэхена вышибает последние мысли из его головы, — не знаю, что я сделаю, но это точно тебе не понравится. — Разве так нужно просить, малыш? — Ким ведёт кончиком носа по его скуле, оставляя лёгкие поцелуи на нежной коже, и шепчет в самое ушко, слыша недовольный стон, когда его пальцы покидают чужое нутро. — Да давай уже! — огрызается Юнги и откидывает голову назад, недовольно шипя. Тэхен проезжает ладонью по чужой ягодице, шлепая и оставляя красный отпечаток. — У тебя есть шанс исправиться, — насмехается младший, приставляя головку своего члена к чужому порозовевшему отверстию, слегка надавливая. Юнги скулит и мечется, пытаясь насадиться самостоятельно, но так же судорожно сглатывает, замечая чужие габариты, которые скоро окажутся в нем. И вряд ли Тэхен решит вставить только наполовину. — П-пожалуйста, — на выдохе, краснея, произносит Мин и старается расслабиться, потому что, черт возьми, хочется принять его весь до последнего сантиметра, какие бы ощущения он не принёс: в конце младший все равно не оставит его неудовлетворенным. — Умоляю, Тэхен-и, трахни меня, наконец!       Ну а что ещё нужно младшему, чтобы прекратить сдерживать себя и, наконец, отпустить, толкаясь в чужое горячее, влажное и такое узкое нутро? Никогда в жизни он не испытывал ничего настолько крышесносного и обжигающе горячего, такого любимого и родного… совершенного.       Юнги умничка, самый лучший мальчик, расслабляется, жадно глотая воздух искусанными губами, которые тут же сминают губы Тэхена, обдавая их жаром. И всего несколько толчков на пробу, чтобы услышать чужой, вырвавшийся из груди стон наслаждения; слишком желанный и сладостный для ушей младшего, чтобы он смог удержать себя в узде, поэтому ритм медленно начинает увеличиться, пока большая ладонь Тэхена накрывает член любимого, желая кончить с ним одновременно.       Толчки рваные, несдержанные и парням много не надо для первого совместного раза, чтобы достичь оргазма, ведь ощущения слишком острые для обоих, чересчур безумные. Тэхен изливается прямо внутрь, только после осознавая, что скорее всего от Юнги ему прилетит по первое число. Но они ведь и не обговаривали это заранее? Значит можно!       Мин раскидывает руки по разные стороны и наблюдает, как довольно улыбается младший, пошло облизываясь и проводя языком по испачканной спермой хена ладони. — Зачем ты это? — хрипло шепчет Юнги и кривит губами, утыкаясь носом в чужое плечо. Тэхен, не долго думая, накрывает их одеялом. — Всегда мечтал попробовать тебя на вкус, — хихикает он и целует свою любовь в висок. — Так Чонгук был прав… Ты тоже тот ещё извращенец, — старший не пытается скрыть улыбку и не то, чтобы эта сторона его новоиспеченного парня ему не нравится. Нравится, даже очень, просто интересно, как далеко Тэхен может зайти в своих фантазиях. — Ох, хен, у меня столько для тебя припасено, — воодушевленно заявляет Ким и блаженно закрывает глаза, мечтая о чем-то своём. — Ещё немного и я начну жалеть, что согласился встречаться с тобой. — Да брось, хен, будет круто! Обещаю, что тебе понравится…