William the snowman

— Отдай! — И не подумаю. — Ты ещё таких себе напокупаешь, а мне она нужна! Она… Она.! — Волшебная? Ты уже говорил, но это невозможно. — Ты это тоже уже говорил, так что отдай эту чёртову шляпу, пока я не наподдал тебе! — Шерлок Холмс, что это за выражения? Думаю, тебе стоит ещё подучиться манерам. Так и быть, отдам эту шляпу после того, как ты наконец посетишь урок этики миссис Сибилы. — Договорились!       Майкрофт лишь тихо хмыкнул вслед своему убегающему младшему брату. В свои четырнадцать он был, как и все дети пубертатного периода, невыносим и никого не слушал. Однако, в сравнении с Шерлоком, остальные подростки казались сущими ангелами. Но сегодня он удивляет его весь день.       С самого утра Шерлок занимался чем-то на улице. Оказалось, что он лепил снеговика. Хотя кощунственно было бы назвать эту идеальную снежную фигуру простым снеговиком. Проработано было всё и в мельчайших деталях: изящные руки с тонкими длинными пальцами, линия подбородка и чуть розоватые губы, блестящие, словно льдинки, багрово-алые глаза, ореол пушистых ресниц и волосы, словно солома, с двумя свисающими по бокам прядками. Майкрофт был поражён такой искусной работой и даже засомневался, не помогли ли кто его брату или не магия ли это вовсе? Но никаких посторонних на их частную территорию не пустили бы, а в чудеса старший Холмс перестал верить уже давно.       Другим удивлением было то, что Шерлок взял его новую шляпу. Не смог сделать сам или просто хотел насолить — сейчас это уже не имело значения. Важно только то, что когда Майкрофт узнал об этой пропаже и попытался забрать своё себе, Шерлока словно подменили. Сначала он состроил ужасную гримасу, будто у него отнимают самое дорогое в жизни, потом слёзно умолял не делать этого, а в конце концов стал говорить про какие-то волшебные свойства обычного шёлка и спорить.       Третьим удивлением стало то, что Шерлок пошёл на уроки этикета без долгих уговоров, и даже не пошёл, а побежал вприпрыжку. И старательно отсидел положенные два часа, за которые Майкрофт всё же отдал ему злополучную шляпу и рукавицы впридачу. Кажется, его младший брат собирается провести всё Рождество на улице, поэтому они должны ему пригодится. И по крайней мере это лучше, чем бы он опять заперся в своей комнате и сидел один в полной темноте. ***       Шерлок бежал. Нужно скорее встретиться снова, водрузить шёлковую шляпку на соломенную голову. Сердце чувствовало, что нельзя упустить ни единой секунды.       Сегодня утром он, скучающе, решил создать себе подобие друга из снега. Простой снеговик из больших и маленьких шаров показался ему слишком простым — не по великому мастеру работка казалась. И как итог спустя час работы появилось кривоватое и непонятное «нечто», гордо именуемое Шерлоком как «Мой первый снежный лучший друг Лиам». Но чего-то не хватало, и это что-то обнаружилось в прихожей их дома, куда Шерли пришёл в поисках вдохновения.       Шляпа. Она самая. Кажется, Майкрофт купил её дня два-три назад. Шерлоку было откровенно всё равно на то чья она. Хотелось проверить теорию о том, что она должно быть отлично дополнит образ его творения. И вот, лёгким движением руки надев её на снежную голову, он никак не ждал появления снежной дымки и чуть смущающегося мальчика его возраста, когда дымка спала.       Он был идеален. Шерлок даже в мечтах не представлял себе такого человека, но увидев сейчас понял, что лучше уже никогда не встретит. Снежный Лиам всё же оставался снежным — только на щеках появился лёгкий румянец, глаза приобрели кровавый цвет, а волосы окрасились будто бы в лучи весеннего солнца. Ни следа не осталось от его нелепых попыток воссоздать что-то отдалённо напоминающее человека. Только идеал, вершина искусства, созданная кем-то другим, кому Шерлок был очень благодарен. — Привет?..- первым заговорил Лиам, рдея ещё больше от этого пристально-изучающего взгляда, — может потанцуем? Только вот я не знаю как это… Забавно, правда?       Шерлок глубоко вздохнул. Шестерёнкам в его голове не хватало скорости на обработку такой большой информации и это предложения сбило ещё больше. Вспоминая этот момент позже он поймёт, что его «снеговику» просто передалась его самая навязчивая мысль в тот день. А о чём ещё думать, когда со всех сторон льются счастливые мотивы праздничных песен, а в пабе напротив лихо отплясывают первые посетители. Но тогда он просто отбросил в сторону ненужные мысли и отдался моменту. — Да, и впрямь забавно… Я могу научить тебя, хочешь? — и в протянутую руку ложится ледяная ладонь — холод ощущается даже через перчатку — и кончики светлых волос мило сотрясаются при кивке.       Они говорили и танцевали много. Лиам был очень интересным. Казалось, он знает столько всего — от больших литературных произведений и биографий авторов, их написавших, до способа решения сложных теорем и длинных уравнений. Но при этом он не понимал многих людских вещей, особенно связанных с чувствами. И Шерлоку доставляло огромное удовольствие рассказывать обо всём этом. Лиам смеялся много и звонко, Лиам любил кружится и падать на руки Шерлоку, когда в очередной раз запутался в ногах исполняя сложное па, Лиам за несколько часов действительно стал сам лучшим другом.       А потом Шерлок на пару минут отошёл за новой игрой, которую хотел показать. Вернулся он к застывшему неподвижно Лиаму и Майкрофту, который отряхивал снятую со снеговика волшебную шляпу. Внешний вид остался прежний, но не было того искрящегося блеска в глазах и задорного румянца. Без волшебства это была просто красивая, но хрупкая кучка снега, а не лучший друг. И поэтому Шерлок на всё был готов ради того, чтобы услышать звонкий, как рождественские колокольчики, смех. ***       Остаток дня до самого рождества Шерлок действительно провёл на улице. С замиранием сердца он вновь водружал шляпу на снежные волосы своего друга. И конечно же он не смог подавить облегчённый вздох, когда Лиам заговорил.       Им было хорошо вместе. Говорить и понимать друг друга с полуслова, танцевать и ловить вместе один ритм, не походивший ни на одну музыку. А потом Лиам, после того как он в очередной раз зачем-то отвернулся на пару минут, предложил сыграть в игру. — Поймай меня, если сможешь, — весело сказал он, почти не касаясь нежно проведя по щеке Шерли. А затем со всей своей игривостью побежал в сторону улицы.       Забег по праздничному Лондону прошёл замечательно. Лиам никогда не пропадал из виду, но и никогда не позволял Шерлоку поймать себя, всегда ловко ускользая от своей «погони». Остановился он только после того как какой-то полисмен встал у него на пути с твёрдым намереньем узнать, кто он такой. И странно, что никто не сделал этого раньше — всё же внешность у снежного Лиама была своеобразная. — Простите, но нам уже нужно идти, — Шерлок ловко уводит застывшего в задумчивости Лиама от вопросов полиции. Они продолжают бежать по лондонским подворотням уже вместе и Холмс останавливается только тогда, когда полностью убеждается в их безопасности, — перед такими людьми нельзя стоять столбом, Лиам. И кстати, я ведь поймал тебя! Я выиграл в этой твоей безумной игре! — Да…- Лиам выглядит каким-то уж слишком задумчивым и отвечает не сразу. Лишь часто-часто моргает и отчего-то прячет руки за спиной. Когда часы начинают бить полночь, он вздрагивает и смотрит на Шерлока со страхом и волнением, — Я… Я обязательно вернусь, ты слышишь? Рождественский снег, он особенный и всё такое… Не волнуйся, пожалуйста, Шерли…- и вдруг подавшись всем телом впивается в чужие губы на какую-то секунду. Потом не отстраняется до конца, а берёт чужое ничего не понимающее лицо в свои почему-то совсем не ледяные руки и шепчет, шепчет, шепчет, — ты говорил, что так люди показывают свою привязанность… Я не хочу уходить, Шерли… Рождественский снег, он…       Часы ударяют последний, двенадцатый раз и не дают закончить фразу. Снег мягко опадает на землю и следом за ним растерявшая всё своё волшебство шляпа. И шерлок не может понять, от чего на лице так много влаги? Там смешались и его слёзы, и мягкие тёплые капельки с пальцев Лиама. Вот же чёрт, его друг медленно таял всё это время, а он ничего не заметил! Тихая злость сменяется пустотой, а пустота слабой надеждой. Лиам же не мог обмануть, правда? Снег не умеет врать. ***       К следующему Рождеству Шерлок написал горы писем к «тупому ублюдку Санте» с одним единственным желанием. Но сколько бы он не слепил снеговиков в сочельник и сколько бы раз не водружал на них эту идиотскую шёлковую шляпу — всё бестолку. Он полностью разочаровался в себе, волшебстве и честности белого снега. И когда в дверь их лондонского дома раздаётся неловкий стук, а на пороге оказывается вполне живой и «человечный» Лиам он не сразу понял, что это не галлюцинации на нервной почве.       Как расскажет потом сам Лиам, Санта долго не хотел отпускать его к Шерлоку как раз из-за частых оскорблений, начавшихся после пятидесятого безответного письма, и своей игривой натуры, требующей творить волшебство торжественно в самый последний момент.       Но Шерлок готов простить был все эти мелочи, едва услышав то, что Лиам останется с ним навсегда. Кажется, теперь он больше не получит ни единого подарка на Рождество, ведь самый главный уже сидит, завернувшись в плед, рядом с ним и пытается согреть свои всё ещё вечно холодный пальцы о чашку с какао. Но всё это тоже ненужные мелочи, как и чуть выбивающаяся в солнечных прядках белоснежная седина… Волшебство действительно возможно, а чудо ходит со всем близко, выжидая наилучший момент для появления, в этом Шерлок точно убедился.

А на своё восемнадцатое Рождество он всё-таки получает свой последний-последний подарок, а именно два парных, блестящих и прозрачных, словно лёд на солнце, кольца. Да, Санта тот ещё шутник, в этом Шерлок тоже убедился.

На своё двадцать четвёртое рождество он вместо письма отправит Санте ту самую шляпу, с которой всё и началось десять лет назад. Ответ рождественским утром будет лежать на пустой тарелке из-под приготовленного печенья. Это была записка от самого главного морозного волшебника о том, что он давно хотел себе такую, и что он очень рад, что Шерлок наконец додумался отправить ему её.

Лиам только смеётся на эти шуточные перепалки и обнимает Шерлока крепче. Свой подарок он тоже давно получил. Даже рождественский снег имеет право на счастье, а люди тем более. Просто стоит немного подождать.