Сенджу Джина

Сердце громко грохочет в груди, и Каварама опасается, что враги услышат или почувствуют его. От их отряда осталось только четыре соклановца, из которых только он принадлежит к старшей ветви. От него, несмотря на возраст, ждут убойных техник, а Каварама ощущает, что его большой резерв две трети пуст. В отличие от них ему надо гораздо больше времени, чтобы восстановиться. Кавараме хочется плакать от бессилия и страха. За четыре месяца непрекращающихся битв он устал от трупов и крови: убитые Сенджу были точно такими же, как их враги. Хаширама, об этом ты говорил, утверждая, что все мы одинаковые? Старший братец, как бы я хотел еще раз увидеть тебя с Итамой и Торью! Мы бы вновь дурачились в каком-нибудь лесу и пытались натренировать малышку Джину. Она так смешно дуется, когда опрокидываешь ее в спарринге. А как интересно наблюдать за ее осторожными взглядами на братца Итаму. Увижу ли я когда-нибудь их снова? Жизнь шиноби тяжела и безжалостна. Мы можем отступить, но тогда враги могут отобрать наши заказы, а это означает голод для Сенджу. Отступить? Я посмотрел на уставшие лица старших товарищей. В них не было сомнений, они знают, что умрут. А я? Я готов умереть в десять лет за призрачный шанс удержать врагов? Нет. Но за свою семью я готов и буду стоять до самого конца. За мечты Хаширамы. Наношу удар кунаем, рассекая сонную артерию. За гения Тобираму, который наверняка придумал бы лучший способ. Противник проваливается в яму, и я осекаю голову катаной. За Итаму, моего непонятного и любимого братишку. Отталкиваю соклановца от чужого удара. И за тебя, малышка Джина. За твою наивность и честность. Чистоту и заботу. Из последних сил кидаю сюрикены во врагов. Все, я пуст. Хагоромо Кен недолго оставался победителем. Мощный взрывной фуин подорвал место, где находился труп Каварамы Сенджу, третьего сына Буцумы.