"Не бросай меня, никогда, пожалуйста"

      На кухне слабо горела лампочка, достаточно хорошо освещая только стол, который находился под ней. Небесного цвета шторы развевались от ветра, проникавшего в тесную кухню через открытое нараспашку окно. Из-за этого кончики пальцев замерзали в считанные минуты.       Около раскрытого окна, поджав к себе босые ноги и прикрыв лицо длинными рыжими волосами, сидел будущий основатель социальной сети «Вместе». А пока просто лучший студент МГУ на осенних каникулах. Сергей Разумовский.       На маленьком, круглом столе стоял прозрачный стакан, наполовину наполненный водой, рядом лежали таблетки. Кажется, успокоительное. Сергей держит в руках телефон и гипнотизирует голубым взглядом номер телефона Олега Волкова, единственного его близкого человека. Он уже два дня как не отвечает на звонки, не приходит домой. Парень заметно волнуется.       Неуверенно нажимает на «вызов» и прикладывает телефон к уху. Слышатся долгие, протяжные гудки, а после женский голос: «Номер не доступен».       Разумовский снова кусает нижнюю губу до крови, а в мыслях крутится одно: «Не отвечает. Что же с тобой, Волков? Дай знать, ты хотя бы жив?»       Тут, словно по щелчку пальцев, позвонили в дверь, и всю квартиру оглушило противное стрекотание звонка входной двери. Серёжа сорвался с места и, тихо топая ногами по паркету, направился к входной двери.       Разумовский заглядывает в глазок и видит. Видит его, Олега. Сердце пропустило удар. Рука тянется к ключу и повернув его, дергает ручку двери, открывает.       — Привет, — бархатный, немного хриплый голос Волкова. Тот стоит с виноватой улыбкой, не решаясь войти внутрь, смотрит в голубые глаза напротив.       — Привет? — губы задрожали, а на глазах выступили слёзы. — Ты пропал на двое суток. На звонки не отвечал. Я места себе не находил! — Разумовский подходит ближе к Олегу и собирается дать ему пощёчину. Но, не найдя в себе силы ударить единственного родного и любимого человека, просто прижимается к своему волче.       Сначала чувствует, как по щекам текут слёзы. Потом — как чужие тёплые руки сжимают его в объятиях.       — Прости, Солнце, — Олег целует Серёжу в макушку. — Мне надо было побыть в одиночестве, чтобы не срываться на всех подряд.       — Но все же виноват я, — голос дрожит, по щекам все текут и текут слёзы. — Если бы я не наговорил глупостей…       Но он не смог продолжить. Волков притянул Серёжу ближе к себе, наклоняется ближе к чужому лицу и целует, целует без напора, а руки перемещает на талию. Сухие губы Олега мягко перебирают и немного кусают и без того уже искусанные губы Разумовского.       — Олеж, не бросай меня, никогда, пожалуйста, — Серёжа шепчет в чужие губы.       — Никогда не брошу, — улыбается Олег, гладит рыжие волосы.