Две двойные жизни (в процессе редактуры)

— Босс! У меня новости! — Алекс торопливо вошёл в палату, даже не заметив сначала, что Тэхён лежал на кровати Чонгука. — Тихо! — прошипел мужчина. Он аккуратно приподнял голову спящего Чонгука со своей груди и переложил на подушку. Медленно поднялся, чтобы не разбудить мужа. — Прости, я не подумал… — произнёс виновато Алекс, когда Тэхён подошёл к нему. — Ну, что там? Шумиха и паника? — Да! У всех! — Прекрасно! Это даёт нам время. Я думаю, у нас есть месяца полтора. Сейчас все будут шерстить свои Семьи. Никто ничего не будет делать. Слишком опасно. — Как Чонгук? — Нормально. У него было сотрясение, но врач сказал, что уже через неделю будет легче. А к выпускному он будет здоров. Кстати, ты тоже на выпускной приходи, для него это важно. — Спасибо за приглашение, приду, — Алекс довольно улыбнулся. — А после выпускного я отправлю Чонгука куда-нибудь. В путешествие. Спрячу его, и тогда завершим всё. Нужно разобраться уже со всей этой… какофонией. Дже сказал, что у него есть какой-то план, как он может втереться в доверие к комиссару. — Босс… ты ему доверяешь? — Да. У меня нет причин не доверять. Он спас не только жизнь Чонгуку, но и мою. Алекс вздохнул. — У меня ещё есть кое-что к тебе, — Тэхён серьёзно посмотрел на Алекса. — После всего я хочу уйти. Ещё не решил, официально или нет. Но это решение уже принято и оно не обсуждается. И на моём месте я вижу только тебя. Примешь Семью? — Босс… Я… Чёрт! Спасибо! — Алекс пожал руку Тэхёна. — Это тебе спасибо, что принимаешь моё предложение. Тогда можешь потихоньку всё подготавливать. Но пока никому не говори. Чимину тоже. Гук тоже пока не знает об этом. Не хочу ему обещать, хочу поставить перед фактом, — улыбнулся Тэхён. — Он однажды сказал, что его самая большая мечта, это чтобы в нашей жизни не было никакой мафии и этого всего мира. Сказал, что хотел бы простую и скучную жизнь. — Вам повезло друг с другом… — Не больше, чем тебе с женой! — улыбнулся Тэхён. Алекс улыбнулся в ответ. — Это всё потому, что ты помог тогда! Спасибо! — Тэээ… — сквозь сон бормотал Чонгук. — Всё, Алекс, давай потом обсудим всё остальное. *** С первыми секундами пробуждения в голове Гука зазвучало глухое эхо сна, но вскоре реальность стала ясной: сегодня выпускной. Под одеялом было уютно. Он улыбнулся, вспомнив, как Тэхён вчера перед сном тихо шептал ему на ухо о том, как гордится им, и обещал прийти на церемонию вручения диплома, несмотря на сегодняшнюю важную встречу. С этой улыбкой Чонгук решил встать. Сперва он заскочил на кухню, приготовил себе ароматный кофе и завтрак. Пока он лениво жевал ягоды, включил телевизор для фона. Там была какая-то детективная история. Периодически он отрывал взгляд от экрана и смотрел на часы: ему никогда не нравилось опаздывать. Одеваясь, он выбрал строгий черный костюм, белую рубашку и тёмные туфли. Галстук, который он завязал, был тёмно-синим — цвета университета. Отражение в зеркале показало уверенного, солидного, но в то же время молодого и полного энтузиазма мужчину. Последний взгляд на часы — время бежало быстрее, чем казалось. Закончив с укладкой и проверкой документов, Чонгук взял ключи, кошелёк и вышел из дома. На улице был свежий, чуть прохладный воздух. Солнце светило ярко. Чонгук знал, что это будет особенный и волнительный день. Как только он подъехал к университету, то увидел перед главным входом большое количество машин. А студенты бегали туда-сюда в ожидании родственников и друзей. Когда он слез с байка, его встретил взволнованный и смеющийся от радости Хосок — его однокурсник. — Ты выглядишь потрясающе! — воскликнул тот, приветствуя Чонгука. — Спасибо, ты тоже, — ответил он с улыбкой. Вместе они направились к однокурсникам. Было приятно видеть всех в таком воодушевлении, обмениваясь комплиментами и делая последние селфи перед началом церемонии. Вскоре их однокурсница и староста группы Мина подошла к ним с пачкой мантий и шапочек. — Пора одеваться, ребята! — объявила она. Те взяли мантии, стали помогать друг другу их надеть. Чонгук подошёл к зеркалу, усадил свою квадратную шапочку так, чтобы она идеально смотрелась. В зеркале отражалась группа молодых юристов в одинаковых нарядах — момент был настолько торжественным, что Чонгук даже немного вздрогнул от осознания важности происходящего. Как только все были готовы, Хосок сделал групповое фото на память. После они направились к главному залу, где уже собрались все остальные выпускники с параллельных потоков и их родные. За дверью зала наступила тишина, каждый из студентов почувствовал, что находится на пороге новой главы в жизни. Зал, в котором проходила церемония, поражал своей масштабностью и величественностью. Высокие потолки, украшенные изысканными люстрами, отбрасывали мягкий свет по всему помещению. Высокие окна в пол позволяли солнцу осветить интерьер, создавая ощущение теплоты и уюта, несмотря на его размеры. Сцена была украшена цветами и драпировками, а перед ней — ряды стульев для выпускников и гостей. В зал вошёл Тэхён. Его появление мгновенно привлекло все взгляды. Каждая мельчайшая деталь его образа говорила о безупречном вкусе: чёрный костюм, созданный именно для него, подчёркивал стройное телосложение с широкими плечами, а рубашка идеального белого оттенка гармонировала с золотистым оттенком кожи. Волосы идеально уложены, а в глазах блестело предвкушение этого особенного момента. В руках Тэхёна красовался букет из самых красивых и ярких роз, которые будто соревновались с его харизмой. Он направился к месту, зарезервированному для него, и, несмотря на множество взглядов, следящих за каждым его шагом, Тэхён был полностью поглощен поиском Чонгука среди студентов, которые уже заняли свои места в первых рядах. Когда их взгляды встретились, Чонгук улыбнулся, а Тэхён кивнул в ответ, демонстрируя свою поддержку и гордость. С торжественным маршем на сцену вышли основатели университета, за ними следом — директора программ выпускников. Каждый из них произнёс речь, пропитанную искренностью и гордостью за своих студентов. Слова о будущем, благодарности за усердие и преданность учёбе, пожелания успеха и счастья звучали от каждого выступающего. Зал аплодировал, когда выпускники начали подниматься на сцену за своими дипломами. Эмоции и гордость ощущались в каждом уголке зала. Именно в этот момент, когда атмосфера насыщена радостью и ожиданием, в зале появился Алекс. В его руках был еще один роскошный букет. Он двигался уверенно, найдя своё место рядом с Тэхёном. Тот повернул голову, увидев своего верного консильери и друга. — Прости, Босс, я задержался, но, кажется, не опоздал, — прошептал Алекс, садясь рядом. Тэхён улыбнулся в ответ. — Да, сейчас уже будет Гук. Я рад, что ты успел. Спасибо! Для него это важно. Именно в этот момент прозвучало имя Чонгука со сцены. Тот уверенно и грациозно прошёл к месту, где его ждали диплом и поздравления. Как только он получил свой диплом, к сцене направились Тэхён и Алекс. Они, словно магниты, притягивали к себе внимание всех присутствующих. Энергия, исходящая от этих двух мужчин, была столь мощной, что даже в этот особенный момент все взгляды были прикованы к ним, а не к выпускникам. Чонгук, переполненный гордостью и радостью, обнял обоих, пока Тэхён шептал ему поздравления на ухо, а Алекс тепло похлопывал его по спине. После вручения дипломов был организован уютный фуршет. Столы изящно украшены, с разнообразными закусками и напитками. Гости весело беседовали, обсуждая достижения выпускников, и составляя планы на будущее. Тэхён, Алекс и Чонгук отделились от толпы, стоя около одного из окон, и весело обсуждали какие-то моменты. В их разговоре чувствовались лёгкость и радость. После короткого общения Тэхён посмотрел на часы и обратился к Чонгуку: — Малыш, нам в 17:00 нужно быть в другом месте, поэтому нам пора ехать. Взгляд Чонгука был полон удивления. — Куда мы едем? — спросил он, ещё более удивленный, когда Алекс объявил о своем уходе, пожал руки обоим и ускользнул. Тэхён улыбнулся, глядя на недоумевающее лицо Чонгука. — Я хочу подарить тебе что-то особенное в честь окончания университета, — сказал он таинственно, с улыбкой. Глаза Чонгука загорелись. Он, конечно, радовался всему, что произошло сегодня, но не ожидал, что его день станет ещё ярче и интереснее благодаря неожиданному подарку от Тэхёна. — Тэ, куда мы едем? — не унимался Чонгук, пытаясь разгадать, куда они направляются. Тэхён продолжал улыбаться, не давая никаких подсказок. Когда машина подъехала к автосалону и на вывеске сверкнуло название Lamborghini, Чонгук не мог поверить своим глазам. Они остановились перед главным входом, Тэхён выключил двигатель. — Что мы здесь делаем? — Чонгук глазел на роскошные спортивные автомобили, которые виднелись через стеклянные стены салона. Улыбка не сползала с лица. — Ты всегда говорил, что хочешь что-то дерзкое и быстрое, — начал Тэхён, — Думаю, Lamborghini Aventador идеально подойдёт твоему характеру. Но, если ты хочешь что-то другое, то смело говори. Это же твой подарок, поэтому выбирай сам. Я подумал, что раз байк у тебя уже есть и права на машину тоже… а машины нет, это надо исправить. Чонгук был в шоке. Он медленно вышел из машины, не веря в происходящее. Он завороженный подошел к ярко-синему Aventador, который стоял на подиуме. Его дизайн, аэродинамика и мощь завораживали. — Это… это для меня? — прошептал Чонгук, еле держась на ногах от восторга. Мужчина кивнул, радуясь реакции парня. — С дипломом, малыш. Теперь у тебя есть всё, чтобы мчаться вперёд. Но, пожалуйста, будь осторожен на дороге, — добавил он с нежностью и заботой в голосе. Чонгук обнял Тэхёна, прижавшись к нему всем телом, благодаря за щедрый и неожиданный подарок. — Малыш, ты меня душишь. — Ой, я… прости, просто… Это… — у Чонгука восторг, который он не мог обернуть в слова. — Господин Ким, господин Чон, — обратился сотрудник салона, — прошу прощения, всё готово. Нужно всего лишь несколько ваших подписей. Чонгук прошёл за менеджером, поставил все необходимые подписи и вернулся к Тэхёну в зал. — Это не всё, малыш, — улыбнулся Тэхён. — Тэ, может хватит? Я, конечно, понимаю, что ты меня любишь, но может остановимся на этом? Тэхён засмеялся. — Как скажешь, но я в любом случае тебя накормлю праздничным ужином. Ты не против? К 18:30, к зарезервированному времени, они подъехали к уютному ресторану. С первого взгляда он напоминал типичное бельгийское заведение. Вдоль здания были установлены латунные уличные фонари, придающие месту романтический и исторический вид. Название ресторана было выгравировано золотыми буквами на тёмной деревянной двери: La Petite Belgique. Пройдя внутрь, Чонгук и Тэхён оказались в атмосфере старинной европейской таверны. Потолки с деревянными балками, каменные стены с историческими рисунками и картинными рамами, в которых изображены типичные бельгийские улицы и пейзажи. Пол был выложен мозаикой из тёмного и светлого дерева, создавая интересный геометрический узор. За круглыми деревянными столиками с тонкими коваными ножками расположились уютные кресла и скамьи, обитые кожей тёплого шоколадного оттенка. В углу комнаты горел камин, создавая теплую и уютную атмосферу, а воздух был наполнен ароматом свежеиспечённого хлеба и бельгийских вафель. На стенах висели старинные часы и кованые светильники, которые излучали мягкий, приглушённый свет. В глубине ресторана был небольшой бар, где можно было увидеть широкий ассортимент бельгийского пива и других напитков. — Ты хотел оказаться в Бельгии снова, — улыбнулся Тэхён, — Я решил привести тебя сюда, чтобы ты мог ощутить её вкус, атмосферу и тепло, пусть и на короткое время. Но я тебе обещаю, что на нашу годовщину свадьбы мы обязательно полетим в Бельгию. — Тэ! Так это совсем скоро! Мы опять полетим в путешествие?! Тэхён кивнул. — Тэ! Ты самый лучший! Я тебя обожаю! Чонгук счастлив. У него даже слёзы на глазах проступили от эмоций. Перед десертом позвонил Алекс и сказал, что ему нужно срочно встретиться и обсудить очень важный момент с Тэхёном. Проблема в Семье. Кто-то крал товар и этого «кто-то» обнаружили. Но Тэхён обещал Гуку, что сегодня он будет только с ним. Поэтому убрал трубку от уха и обратился к мужу: — Малыш, ты не против, если приедет Алекс? Ему нужно что-то сказать мне очень срочное и очень важное. Чонгук закатил глаза. — Конечно, я не против. А потом и в правду по-доброму добавил: — Пусть приезжает. Я не против, если он в нашей компании съест бельгийский десерт и выпьет кофе. У меня сегодня прекрасное настроение! Тэхён слегка улыбнулся, удивившись лёгкости, с которой Чонгук согласился на внезапное вторжение в их романтичный вечер. «Малыш всегда такой понимающий», — подумал Тэхён. Через двадцать минут Алекс вошёл в ресторан. Его внешний вид, по сравнению с тем, как он выглядел на церемонии, изменился. Взгляд был напряжённым, даже нервным. А походка выдавала некую усталость. Тэхён подозвал его к столику. — Прошу прощения за свою внезапность, — начал Алекс, пока официант принимал его заказ на кофе. — Я знаю, что сегодня твой день, Гук. И я действительно бы не пришёл, если бы это не было настолько важно. Чонгук кивнул, показывая, что он понимает. И тут же ответил: — Мне Тэ машину подарил! Алекс улыбнулся. — Знаю. Понравилась? — Что за вопрос! Конечно! Как может такая детка не понравиться? Тэхён улыбнулся, но мгновенно стал серьёзным. — Так с чем приехал? Алекс рассказал о проблеме, которая возникла в Семье. Он делал это кратко, стараясь не затягивать время. Тэхён слушал, задавал уточняющие вопросы и, кажется, уже строил план действий в голове. После обсуждения, когда десерты были почти закончены, и ароматные чашки кофе почти опустели, Тэхён посмотрел на Чонгука и произнёс: — Спасибо за понимание, малыш. В начале девятого вечера ужин подошёл к концу, и они начали собираться. — Тэ, давай домой десерты возьмём? — с детским взглядом спросил Гук. Такой счастливый, влюблённый, открытый и чистый взгляд вызвал в Тэхёне какие-то щемящие чувства. Он обнял его и поцеловал в макушку. Его родной Чонгук. — Конечно давай возьмём. Выбирай. Они забрали коробку с десертами. Когда они выходили из ресторана, у Чонгука зазвонил телефон. Он достал его из кармана. — Тэ, смотри, мне Майк написал, поздравляет с выпускным! Воздух прорезали выстрелы. Первый. Второй. Совершенно непонятно, откуда они вообще. Коробка с любимыми десертами упала на асфальт и разбилась. Десерты превратились в месиво. В глазах ужас, паника и шок. У всех троих. В ушах звон. Чувство, что весь мир в замедленной съёмке. А точнее, на паузе. Секунда… вторая… Тэхён бросился к Чонгуку, подхватил его, не дав упасть на бетонные ступени ресторана. Стреляли в Чонгука. Двойное огнестрельное ранение. Кровь расплылась пятнами моментально. Его белоснежная праздничная рубашка стала красной и следом — тёмно-бордовой. Алекс набрал скорую. Быстро рассказал о случившемся. Выбежали сотрудники. Тэ попросил скатерть или ещё что-нибудь, чтобы прижать к ранениям. Пока он зажимал их руками. Он уже был весь в крови Чонгука. Все звуки были приглушёнными, будто через слой воды. Всё происходящее для него было чем-то нереальным, какая-то симуляция самого сильного и большого страха его жизни. Но это никак не могло быть правдой. — Малыш, не закрывай глаза! Слышишь меня! Гук! У тебя не серьёзные ранения, всё будет хорошо, малыш! Только не засыпай! Смотри на меня, Гук! Гук! Малыш! Смотри на меня, смотри в глаза! Чонгук почувствовал, как веки стали невыносимо тяжёлыми. Просто не было сил сопротивляться их тяжести. И не было сил сопротивляться этому огненному ощущению, что жгло тело изнутри. Ему невыносимо сильно хотелось провалиться в состояние сна, чтобы этого не чувствовать. Чонгук мелко хватал воздух губами, пытаясь что-то сказать. После выстрелов прошло уже две минуты, но он уже побледнел. Как Юнги тогда. Большая часть скатерти уже в крови. Собрав оставшиеся последние силы, Чонгук начал слабо шептать: — Прости… что… первый… Тэ, я… тебя… люб… Веки его закрылись. Прошло ещё несколько минут, прежде чем приехала скорая. Повезло — больница была недалеко. Улица резко осветилась яркими вспышками синего света, когда появилась машина скорой помощи. Звук сирены заглушил все другие звуки, и только биение сердца Тэхёна звучало громче всего в его ушах. Машина быстро подъехала к ступенькам ресторана и остановилась с небольшим скрежетом тормозов. Врачи мгновенно открыли задние двери и выпрыгнули наружу с медицинским инвентарем. Они быстро и профессионально оценили ситуацию. Алекс, осознав, что Тэхён находился в состоянии шока и не мог отпустить Чонгука, подошёл к нему, обхватил за плечи и пытался оттащить в сторону. — Босс, ты должен отойти, дай им работать! — громко и твёрдо, но с сочувствием сказал он. Тэхён посмотрел на Алекса, его глаза были полны отчаяния и страха. Он слегка дрожал, и его взгляд неотрывно был прикован к Чонгуку. Его дыхание было учащённым, он тяжело глотал, пытаясь взять себя в руки. В то время, как один врач накладывал давящую повязку на раны Чонгука и проверял его пульс, другой настраивал кислородную маску. Их движения были скоординированы, они работали как одна команда, где каждый знал свою роль. Свет от маячков на машине скорой помощи отбрасывал цветные тени на лица всех присутствующих, делая сцену ещё более драматичной. Голоса звучали приглушенно из-за громкой сирены, которая снова начала завывать, когда Чонгука погрузили в машину и готовились увезти в больницу. В машину Тэ не пустили — места были заняты врачами. У Тэхёна голова кружилась, он едва чувствовал землю под ногами. Каждый шум, каждое слово проносилось мимо него как непонятный, отдалённый шёпот. Его сердце бешено колотилось, а дыхание по-прежнему было неровным и прерывистым. Алекс, понимая, что Тэхён в глубоком шоке, взял его за плечо и направил к своей машине, припаркованной неподалеку. — Надо уезжать, — сказал Алекс с нотками строгости в голосе, однако его взгляд выражал искреннее беспокойство. Тэхён едва осознал, что происходит, но под влиянием уверенных движений Алекса позволил себя усадить на переднее сиденье машины. Алекс бросил последний взгляд в сторону машины скорой помощи, которая почти скрылась из виду. Завёл двигатель и помчался в больницу. До больницы было совсем близко. Случайное удачное стечение обстоятельств. Тэхён был погружён в свои мысли. Все его чувства казались притуплёнными, и лишь глубокая боль медленно проходила через пелену шока. Несмотря на то, что Алекс пытался его успокоить, каждая клетка его тела кричала в тревоге за Чонгука. Алекс ехал быстро, нарушая все правила. Всё быстро мелькало перед глазами, и каждый поворот, каждый метр приближал их к больнице. — Босс, с Чонгуком должно и будет всё в порядке, выкарабкается, молодой! — Алекс пытался подбодрить, но его голос выдавал озабоченность. — Я знаю, Алекс… просто… — Тэхён замолчал, не находя слов. Его глаза, кажется, всё ещё смотрели на тот момент, когда Чонгук падал на асфальт. Алекс быстро заехал во двор больницы, они остановились у главного входа. — Босс, иди за мной, — прошептал Алекс, стараясь держаться прямо и собрано. Тэхён был весь в крови и полностью разбит. Они быстро пошли в направлении приёмной, и через несколько минут их провели к операционной, где Чонгука уже готовили к операции. Тэхён чувствовал, как каждая минута растягивалась в бесконечность, ожидание становилось невыносимым. Они с Алексом сидели у операционной, каждый в своих мыслях. Лампы мерцали над головами, а пустые коридоры создавали неуютную, тягостную атмосферу. Звуки шагов и разговоров мелькали мимо, но всё это казалось каким-то приглушённым, далёким. Часы растянулись в бесконечность, но двери операционной медленно открылись… Врач в хирургической маске и форме вышел, поднял глаза на Тэхёна. — Господин Ким, — начал врач с тяжёлым вздохом, снимая маску. Его глаза были уставшими, глубокие морщины на его лице стали как будто ещё глубже, после тяжёлого вздоха, который он сделал. Тэхён встал, чувствуя, как его сердце замирает в ожидании. Он вглядывался в глаза врача, пытаясь прочитать хоть какие-то новости там. — Мне очень жаль, господин Ким, — продолжил врач, его голос дрожал, — мы делали всё возможное… Но ранения были слишком серьезными. Мы потеряли его. Ноги подкосились, они перестали быть опорой. Слова врача пронзили сердце насквозь. Всё, что Тэхён мог увидеть и ощутить — это глухая боль, которая охватывала его полностью, всё тело сразу. Тэхён сполз по стенке на пол, опустил голову, обхватил её руками и начал плакать. Это даже не был плач, это был самый настоящий вой. Сейчас Тэхён стал эпицентром всей боли мира. Он стал причиной всей боли мира. Он теперь физически чувствовал, как его сердце разрывалось на ошмётки. Он чувствовал, как артерии и вены рвались и лопались. И к самому важному и необходимому органу больше не поступала жизненная энергия и кровь. Потому что его источника жизни больше не было. Тэхён умирал. Изнутри. Внутри него всё трескалось, крошилось и рушилось. Он мотал головой из стороны в сторону. — Нет, нет, нет, нет, нет. Этого не может быть… Нет, нет, нет… Малыш… Слёзы, слюни, сопли, боль, отчаяние, отрицание — всё перемешивалось. Желание умереть тоже — тоже. Не важно, где быть, главное, чтобы вместе. Алекс сосредоточенно слушал врача, пытаясь понять из его слов хоть какую-то часть информации. — …эмболия, — продолжал врач, говоря о том, с чем столкнулись в ходе операции. Слова врача превратились в бесформенное жужжание на фоне для Тэхёна. Он, сидя на полу рядом, погружался в свою собственную реальность, где звуки и слова казались не нужными и уже не важными. — Я понимаю, что это мало что меняет, но мы действительно делали всё, что могли, — говорил врач с искренней болью в глазах. — Если у вас будут какие-либо вопросы позже, вот моя визитка. Алекс взял визитку и кивнул врачу, выражая благодарность за его усилия. Но его взгляд всё равно был направлен на Тэхёна. Врач ушёл. Алекс не знал, что делать. И он сел просто рядом на пол. Они так просидели минут пятнадцать. Рядом и молча. Тэхён как будто немного успокоился. Но волна душащих слёз снова подкатила. В лёгких уже не осталось воздуха для всхлипа. — Я хочу его видеть, — бормотал Тэхён Алексу, поднимаясь с пола, вытирая непрекращающиеся слезы. — Мне нужно его увидеть! Тэхён сделал попытку пройти в операционную. — Я хочу снова увидеть врача! Его путь перегородил Алекс, который твёрдо взял его за плечи. — Тэхён, сядь, — тихо сказал друг и направил его к жёлтому пластиковому креслу, стоящему недалеко. — Мне нужно понять, что произошло! — заявил тот напряженным голосом. — Понимаю. Сейчас найду врача. Останься здесь. Тэхён рухнул в кресло, его руки безжизненно свисали с подлокотников. Спустя десять минут Алекс вернулся, ведя за собой того же врача. Врач посмотрел на Тэхёна с состраданием, но и с профессиональной уверенностью. — Господин Ким, я готов рассказать вам детали. Я понимаю, что это может быть тяжело, но вы хотели узнать, — начал врач. — Помимо ранений, у Чонгука образовалась эмболия. Это кровяной сгусток, который блокировал одну из его главных артерий. И, несмотря на все наши усилия, устранить её это не удалось. Тэхён смотрел на врача, пытаясь понять каждое слово, хотя каждое из них ножом вонзалось в его сердце. Но он должен был знать. Он должен был понять. Тэхён, оглушённый и утративший равновесие от всего услышанного, тяжело дышал. Его глаза наполнились слезами, он смотрел на врача с бездонным отчаянием и болью. — Я хочу его увидеть, — попросил он слабым голосом. Врач вздохнул. — Вы можете увидеть его, но только после оформления в морге. Прошу понять, у нас определенные правила. Но Тэхён больше не был в состоянии слушать про правила и процедуры. Быстро и решительно он схватил врача за воротник и впечатал его в стену. — Я хочу увидеть его сейчас же! — в его голосе звучало отчаяние, он практически кричал. — Немедленно отведите меня к нему! Врач, шокированный таким всплеском эмоций, кивнул, пытаясь освободиться из хватки Тэхёна. Алекс быстро подошёл к ним и постарался осторожно оттащить друга от врача. — Тэхён, успокойся! — говорил он умоляюще. Но тот продолжал рычать: — Отведите меня к Чонгуку. Прямо сейчас! Врач, напуганный, но в то же время понимающий глубину боли Тэхёна, сделал знак медсестре, стоящей неподалеку, чтобы та проводила его. — Хорошо, — произнёс он. — Но, пожалуйста… Тэхён все ещё в шоке кивнул, и они направились в сторону морга. Морг был тихим и холодным, что создавало мрачную атмосферу. В центре комнаты на столе под белой простыней лежало тело. Тэхён медленно, как будто на автопилоте, подошёл к столу, пытаясь подготовиться к тому, что увидит. Осторожно, почти боясь проникнуть под эту простыню, он отодвинул её с лица Чонгука. Его лицо выглядело мирно, словно он просто спал. Губы были слегка приоткрыты, длинные и тёмные ресницы отбрасывали тень на бледные щёки. Тэхён, глубоко вздохнув, провёл пальцами по щеке, которая оказалась удивительно холодной. Сжавшись от внутренней боли, он взял руку Чонгука, её холод проник ему под кожу, вызывая ощущение онемения. Нежно, будто боясь повредить или разбудить его, Тэхён прикоснулся губами к холодным пальцам, словно пытаясь передать ему часть своего тепла и любви. В помещении стояла глубокая тишина, лишь слышны были тихие рыдания Тэхёна. Алекс аккуратно открыл дверь морга, заметив Тэхёна, который всё ещё сидел рядом с телом Чонгука, рука в руке. В его глазах отражалась не только боль, но и глубокая усталость. Словно он на протяжении этого часа прошёл путь в несколько жизней. — Босс, пора, — сказал Алекс тихо, едва слышно. Он боялся нарушить атмосферу грусти и тоски, которая завладела этим местом. Тот медленно повернул голову в сторону Алекса, их взгляды встретились. Глаза Тэхёна казались бесконечно уставшими, отражая всю тяжесть его душевного состояния. — Пойдём, — проговорил Алекс, подойдя к Тэхёну, приобняв его за плечи. Тэхён медленно встал, не отпуская руку Чонгука до последнего момента. Его движения казались автоматическими, как будто он действовал по инерции. Он больше не чувствовал своё тело, его душа казалась оторванной от реальности. Алекс вёл его по длинным коридорам больницы. Они не обменивались ни словом. Тэхён шёл рядом, погружённый в свои мысли. Лицо было бледным, глаза — отсутствующими. Только слегка дрожащие руки выдавали внутреннюю бурю. Выходя из больницы, Алекс помог Тэхёну сесть в машину. Тот просто опустился на сиденье, не проявляя интереса к окружающему миру. Дорога домой прошла в полном молчании. Слова уже не могли выразить всех чувств. Только уже подъезжая к дому, Тэхён сказал: — Алекс, найди мне того, кто это сделал. Я с него кожу живьем буду сдирать. — Найду, Босс. Обещаю. — Алекс постоянно смахивал наворачивающиеся слёзы. *** На следующий день Тэхён, подчиняясь внутреннему импульсу, взял себя в руки на несколько часов и начал заниматься организацией похорон. Первым делом он посетил похоронное бюро, где оформил заказ на гроб. Выбор пал на тёмное дерево с бронзовыми узорами. Гроб напоминал о совершенстве и глубине души Чонгука. Затем Тэхён отправился на кладбище. Пройдя между рядами памятников, он выбрал участок на холме, откуда открывался вид на город. Здесь был заказан каменный памятник, на котором должно было быть выгравировано: «Чонгук — любовь и душа моей жизни». Далее Тэхён долго выбирал костюм для тела, стараясь найти тот, который бы идеально подошёл и выглядел с достоинством. Наконец, его выбор остановился на классическом чёрном костюме, который акцентировал линии тела Чонгука. Когда всё было готово, Тэхён вернулся домой. Стены дома, наполненные воспоминаниями о Чонгуке, словно обрушились на него, погружая в глубины горести. Это короткое время, когда он смог собраться с силами, было лишь небольшим островком в океане его боли. Теперь, когда его обязанности были выполнены, болезненная реальность вновь охватила его, и он отдался ей на растерзание. День похорон пришёлся на пятый день после смерти. Воздух был прохладным и влажным, словно природа сопереживала горести Тэхёна. Небо покрыло равномерное серое одеяло из облаков, не пропуская лучей солнца. На кладбище стояла глухая тишина, нарушаемая лишь пением птиц. Только две фигуры шли к могиле Чонгука — Тэхён и Алекс. Оба были одеты в тёмные костюмы, их лица выражали глубокую боль и скорбь. Тэхён хотел провести это мрачное торжество в узком кругу, чтобы сохранить свою уязвимую душу от избытка чужих взглядов и слов. Он не мог представить себя, принимая сотни соболезнований, слушая бесконечные слова утешения. Это было бы слишком тяжело. Его просьбу к Семье — оставить его наедине с его болью — все уважили. И это дало Тэхёну некоторое облегчение. Гроб с телом опустили в могилу. Тэхён смотрел, как последнее пристанище его возлюбленного уходило под землю. После завершения церемонии он положил на гроб белую розу — символ их чистой и настоящей любви. Алекс, чувствуя обострившуюся боль своего друга, крепко обнял Тэхёна, поддерживая в этот трудный момент. Он вздохнул, огляделся и тихо произнёс: — Тэхён… Ким медленно повернул голову, взгляд был уставший. — Перед тем как… — начал Алекс, казалось, ему трудно было подобрать слова, — Чонгук оставил это для тебя. Алекс протянул Тэхёну конверт. Тот бережно взял письмо, глаза его непроизвольно наполнились слезами. Он прикоснулся к конверту, как к чему-то святому, увидев знакомый почерк Чонгука. — Он… он как будто предчувствовал, — прошептал Алекс. Тэхён бережно положил конверт во внутренний карман пиджака. — Отвези меня домой. *** Тэхён медленно шёл в спальню, сжимая в руке конверт с письмом Чонгука. Он подошёл к кровати, взгляд скользнул по простыням со стороны, где спал любимый. Тэхён опустился на его половину, прижимаясь щекой к подушке. Запах Чонгука ещё хранился на ней, и этот родной аромат немного успокаивал. Дрожащими руками он разорвал конверт и достал из него лист бумаги с ровными строчками, написанными Чонгуком. Он начал читать. Каждое слово, написанное рукой его мужа, проникало глубоко в душу. Письмо было наполнено любовью, заботой, искренностью. Чонгук писал о своих чувствах, о том, как ценил каждое мгновение, проведённое вместе с Тэхёном, и о своей надежде, что тот сможет найти силы жить дальше, несмотря на всю боль потери. Слёзы начали стекать по лицу, падая на лист бумаги, но Тэхён продолжал читать, погружаясь в мир, где Чонгук всё ещё рядом. «Привет, мой Любимый Тэ! Если ты читаешь это письмо, значит меня больше нет рядом с тобой. Прости меня за это. Но я верю, что я всё равно рядом с тобой. Пожалуйста, я тебя очень прошу, не страдай долго. Я не хочу быть причиной твоей боли и страданий. Переживи это, ладно? Ты сильный! Ты сможешь, я уверен в этом. На момент, когда я пишу это письмо, мы ещё не успели съездить в Бельгию вместе, и ты не попробовал мои любимые конфеты! Сделай это в память обо мне, пожалуйста. И ещё… Тэ… я очень надеюсь, что ты носишь моё кольцо, как я просил тебя…» Тэхён взял в пальцы кольцо, которое висело на цепочке и поднёс его к губам, легонько целуя. «Я люблю тебя, родной. Даже здесь. Навечно, и даже после смерти твой Гук. П.С. Тэ, прости меня за это, правда… Мне очень жаль, что так всё вышло… И да, ты был прав, то, что между нами… Это больше и сильнее, чем Любовь. Спасибо тебе за это! Спасибо, что показал, как может и должно быть. Я был каждую секунду счастлив с тобой! Твой малыш». Любовь, которую Тэхён чувствовал, читая строки, была такой мощной, что ему казалось, будто сердце не в силах выдержать такую нагрузку. Эта любовь была глубока и необъятна, как вселенная, и она смешивалась с острой болью потери, создавая вихрь чувств, от которого Тэхёну становилось тяжело дышать. Он задыхался. Он прижимал письмо к груди, словно пытаясь через него еще раз почувствовать тепло рук Чонгука, его присутствие. Каждая строка, каждое слово было как что-то сверх-драгоценное, вечное напоминание о том, что было, о том, что больше не вернётся, но останется в его сердце навсегда. Тэхён взял телефон и позвонил Алексу. После первого гудка тот поднял трубку. — Да, Босс! Тэхён глубоко вздохнул, его голос звучал сломленно. — Мне нужно уехать. Нужен билет в Бельгию, и гостиницу там… на пару дней для начала. На другом конце провода была тишина. Алекс понимал, что Тэхёну сейчас не до лишних вопросов. — Брюссель? — Да. — Постараюсь на ближайшие дни. Как закажу — отзвонюсь. — Спасибо, — голос Тэхёна едва слышен от усталости и горя. Они завершили разговор. Тэхён снова остался один со своими мыслями и болью утраты. Пока он ждал звонка Алекса, лёг на половину Чонгука, крепко сжимая его подушку, вдыхая аромат, который ещё оставался от него. Тэхёна в реальность выдёргивал телефон. — Босс, вылет через день в восемь утра. — Это какое число? — Шестнадцатое. — Шестнадцатое?.. — Не подходит день? — Это была бы наша годовщина свадьбы… — Тогда другой день? — Нет, пусть будет шестнадцатое. *** Утро вылета На прикроватной тумбочке стоял стакан с водой и пустой блистер от снотворного. Тэхён сел на кровати медленно, как будто каждое движение требовало от него огромных усилий. Его глаза казались навсегда утонувшими в глубокой тоске, а кожа на лице стала бледной и тусклой. По телевизору шли новости, но звук был выключен. Тэхён даже не пытался их смотреть, его внимание было поглощено внутренним миром, где тоска не утихала ни на секунду. Подойдя к окну, он посмотрел на улицу. Город будто замер в ожидании чего-то великого, но для Тэхёна мир уже никогда не будет прежним, он больше никогда не обретёт краски и жизнь. Слёзы, которые он старался сдержать, снова стекали по щекам. Они были горячими и горькими от безысходности. По комнате разнёсся звонок мобильного телефона. Это было напоминание о предстоящем вылете. Тэхён начал собирать свои вещи, пытаясь не думать о том, что эта поездка в Бельгию может стать его спасением… или окончательной гибелью. Полёт прошёл хорошо. Тэхён в тайне надеялся, что самолёт разобьётся, и он с ним, чтобы оказаться с Чонгуком снова вместе. Уже после того, как автомобиль остановился перед входом в гостиницу и Тэхён вышел, он увидел витрины небольшого магазинчика напротив. Как ножом в сердце. Ему вспомнилось, как Чонгук говорил о своих любимых конфетах из этого места. Это те конфеты, которые привезли для Гука тогда в бар. У Тэхёна перед глазами всплыл как мираж весь тогдашний вечер: как Чонгук угадывал, что в коробке, как открыл и был так рад сладостям, с каким удовольствием закидывал одну конфету за другой, как целовал шоколадными губами и как они впервые занимались любовью. С каких пор конфеты приносят столько боли?.. В глазах Тэхёна снова собрались слёзы, но он быстро вытер их рукавом и перешёл дорогу к магазину. Внутри приятный аромат сладостей был оглушающим. Он просмотрел витрину и взял разнообразные пакетики с конфетами, которые Чонгук так любил. Каждый вид сладостей возвращал в воспоминания. После покупки он направился в гостиницу. Здание было старым, с прекрасным фасадом и широким вестибюлем. После процедуры чек-ина Тэхён поднялся на лифте до своего номера. Коридоры гостиницы были тихими, освещение приглушённое. У него был уютный номер. Тэхён положил свою дорожную сумку у входа и вставил карточку в специальный слот у двери, зажигая в комнате свет. Он вздохнул, на мгновение закрыв глаза, пытаясь собраться с мыслями перед тем, как распаковать вещи. В этот момент он услышал за спиной: — Перед тем, как ты начнёшь меня убивать, дай мне моё кольцо, пожалуйста. А то, я без него как будто голый всё время был. Тэхён повернулся медленно, уверенный в том, что у него галлюцинации на фоне утраты любимого человека. В принципе, это было нормально. Он это понимал и принимал. И даже не пугался. Но, чёрт побери, так реалистично… — Я знаю, что ты думаешь, что я глюк на фоне стресса. Но, я… живой… — Чонгук робко улыбнулся. — Привет, любимый… Несколько секунд Тэхён смотрел на свой «глюк», а потом сорвался с места и бросился к Чонгуку, обнял его до хруста костей, не мог поверить. Слёзы лились градом, воздуха не хватало. Тэхён взял лицо Чонгука в ладони, глаза бешено бегали по лицу, сердце колотилось. Чонгук тоже плакал. Оба были счастливы, что рядом. Тэхён не мог поверить в то, что происходило сейчас. — Тэ, швы, мне больно, — пожаловался Чонгук. Тэхён в миг отпустил его. Парень поднял майку и указал пальцем на два небольших шва от ранения. — Ты живой?! Как?! Почему?! Я же видел… Я тебя похоронил! Малыш… я тебя похоронил! Чонгук кивнул, утирая слёзы. — Я знаю. И… вот такой подарочек! С годовщиной, любимый! — он сам потянулся к Тэхёну и нежно, аккуратно прижался к мужу, вдыхая родной аромат кожи. — Я тебе сейчас всё расскажу. Только подожди минутку, дай надышаться тобой. Тэхён не верил, продолжал плакать от радости. Чувство, что все эти эмоции он не сможет вынести. Но умирать уже не хотелось. Сердце снова начало биться.