All mу tears

Она зарывается в волосы руками — не говорит, не плачет, — кричит.       — Дедушка… — всхлип за всхлипом, все выпавется наружу, — Зачем? Что я сделала? Вернись! Мне так плохо, трудно, я тебя так люблю… Она царапает руками землю, грязь под ногти, всегда такие аккуратные. Плевать… Для посетителей она — жизнерадостная, весёлая мисс Ху, хоть и со странностями. Сегодня, сейчас у могилы дедушки она разрывает себя до мозга костей, убивая собственную душу и вопрошая Бога — за что?! Могила ее бедного дедушки… Тао топает ногами, кричит, бьет ладонями камень. В душе одна эмоция: разрушить, убить, пусть не существует, пусть поплатится за ее боль. Все, что мне остаётся — бежать, бежать дальше от дома. И она бежит, плача и крича. Дальше, дольше, не так близко от этого города. Как же все мерзко, как же все бесит. Ненавижу. Что-то ложится ей на руку. Она оглядывается — нет, ничего, листочек. Она в лесу. Тут только туман и духи ее предков. Дорожки от слез уже высыхают. Глаза все ещё красные — еще хоть что-то, и она снова заплачет.       — Дедушка? — тихо зовет она. Но никто не отзывается. И никогда больше не отзовется. Она идет по лесу, ежась от холода. Ей и страшно, и больно, и грустно… Неподалёку бегают детишки. Кто-то напевает веселую считалочку. Не сейчас. Все жто хорошо, но мне нужно быть одной. Она снова идет, уже в другую сторону. Вокруг деревья. Она уже начинает тихонько всхлипывать. Опять потерялась. Кто-то зовёт ее за собой.       — Дедушка! — кричит она, не веря глазам… Кидается в долгожданные обьятия. Хватает за руки, говорит что-то, и дедушка обнимает в ответ. Ху Тао поднимает голову. И никого нет… Туман сгущается все сильней. Лес. Потерянность. И дедушки нет. И слезы кончились.