5d feelings

      У Минхо ранний рейс, и потому Джисон уже в пять утра пьёт вторую кружку кофе за баснословные деньги в аэропорту. Он никогда бы не подумал, что будет рад находиться где-либо вне своей кровати в это время суток. Но улыбка на его лице, отказывающаяся слезать, и бодрость в глазах, которые видели сны всего два часа, говорят сами за себя.       Телефон вибрирует на столе — будильник. Он собирает себя в кучу, сделав последний глоток крепкого эспрессо (больше вариантов не было), и бредёт в нужную ему зону. Коленки подкашиваются, но волнение приятное, долгожданное.       Яркий фиолетовый чемодан Джисон замечает раньше, чем его обладателя, но этого хватает, чтобы сорваться вперёд.       Минхо визжит ему на ухо, прижимает к себе ближе в объятиях, цепляясь за лопатки. Он здесь, он — не иллюзия и не голограмма. Его Минхо.       — Привет, — Джисон находит в себе силы заговорить, выдыхает, прикрывает глаза.       — Привет. Люблю тебя.       У обоих глаза на мокром месте, потому что говорить такое по телефонному звонку или текстом — совсем другое.       — Люблю тебя.       Джисон невзначай проезжается щекой по плечу Минхо. Нет, он не вытирает слёзы.       Отношения на расстоянии — сложно. И на этом могла бы закончиться их история. Это ощущалось как битва двух крошечных людей против всего мира, но главное, что они были вместе, с нужными словами в тяжёлые периоды сомнений и желанием бороться. За себя, за своё счастье.       Экрана — недостаточно. Фотографий всегда мало. Он же не с плоским героем аниме встречается, а с Ли Минхо. Его хотелось видеть, слышать, чувствовать как можно ближе — в 5D.       Каждый вдох и выдох парня отпечатывается на груди Джисона, он чувствует пальцы на своих плечах, лёгкое прикосновение губ к своей шее. Этого так не хватало.       Целый год в рамках «смотри, но не трогай», как будто им вынесли приговор.       Облегчало ситуацию только то, что Минхо точно знал, что вернётся в Корею. Это был его последний курс в университете, а документы о прохождении обучения в Америке на тот год были подписаны ещё задолго до знакомства с Джисоном.       Минхо смотрит ему в глаза, его рот приоткрывается, а губы подрагивают от очередного судорожного вздоха, и Джисон не пытается найти никакого другого способа его успокоить, ведь есть единственный правильный — поцеловать.       Минхо отвечает мягко и нежно, перехватывая джисонову нижнюю губу. Носы сталкиваются, потому что непривычно, но у них будет всё время мира, чтобы приноровиться.       — К тебе или в отель? — Минхо потерянно улыбается, его можно понять — десятичасовой рейс.       Джисон всё равно смотрит на него как на идиота.       — Милый, ты задаёшь глупые вопросы. Ещё бы я пустил тебя в отель.       У него дома Минхо даже не принимает душ, сразу падая в кровать, и Джисон едва ли успевает заставить его переодеться перед тем, как тот засыпает, завернувшись в одеяло с головой.       Джисон сидит рядом несколько минут, зависнув. Настоящий Минхо в паре сантиметров от него. Пожалуйста, пусть это не окажется глупым сном. Или Джисон отказывается просыпаться.       Больше по рабочей привычке, Джисон на ногах ещё в семь утра, хоть он и выбил себе два выходных, портить из-за них режим не хочется.       Минхо встаёт только к обеду, когда Джисон уже успел сбегать в магазин и приготовить еды на следующие пару дней.       — Хани, — он падает лицом в ладони, положив их на кухонный стол, продолжая говорить приглушённым, неразборчивым голосом: — Я правда с тобой?       — Да, дорогой. Ты дома.

🫂

      Весь день как в тумане. В основном — в постели, в объятиях, целуясь. Пытаясь наверстать все упущенные фразы, предназначенные для живого зрительного контакта.       До тех пор, пока к вечеру Минхо не привыкает к смене часовых поясов и не лезет к нему в штаны.       — Давай потрахаемся, м?       Джисон стонет и с такой прямолинейности, и с формулировки.       — Я знаю только как заниматься любовью.       — Джисон. Я пиздец как люблю тебя. И хочу тоже, — не получая отпора, он улыбается, целует парня в уголок губы и:       — У меня для тебя подарок, — Минхо почти соскальзывает с кровати, подбегая к своему чемодану.       — Ты и есть мой подарок.       Джисон видит, как парень корчится от такой фразы, и усмехается, приподнимаясь на локте.       — Слишком слащаво?       — У меня аж жопа слиплась.       — С этим разберёмся.       Минхо снова в отвращении морщит нос, пока Джисон пытается сдержать в себе смех.       Так приятно наблюдать за своим парнем в жизни. Все его повадки, привычки, которые у Джисона давно впитались в подкорку мозга, видеть воочию, иметь возможность коснуться любимой родинки на носу — настолько необычно для него, что чувства не собрать в слова. И если бы кто-нибудь сейчас попросил Джисона рассказать об испытываемых эмоциях, он бы молчал. Каждую секунду в голове роились тысячи мыслей, но в тот же момент он немел от этих чувств.       Джисон видит, что Минхо достаёт пачку презервативов и смазки, отставляет всё на полку в прихожей. Он продолжает рыться в чемодане, шурша пакетами и звеня собачкой молнии.       — О чёрт, я забыл, что у меня их нет. Спасибо.       — Не готовился к моему приезду? — он наконец почти вытаскивает нужную вещь из чемодана, но одёргивает себя. — Закрой глаза.       Джисон послушно следует приказу. Он даже не пытается подглядывать. Только слышит, как Минхо переступает с ноги на ногу и потом быстро добирается обратно до кровати.       — Не открывай, — чуть тише, почти у уха.       Пружины жалостливо скрипят под ними, когда Минхо встаёт на колени. А потом садится на джисоновы бёдра.       Минхо отводит одну из рук, закрывающих глаза Джисона, приближая к своей ноге. Он просовывает чужие пальцы под тугую резинку чулок, и в тот же момент Джисон уставляется на него так, будто видит впервые.       — Надеюсь, эти порвёшь мне ты, — Минхо улыбается, приближаясь, чтобы поцеловать.       Прошлые его миленькие белые чулочки оказались в затяжках и пошли по швам уже через двадцать минут носки, хотя он не приложил к этому ни малейшего усилия. Джисон сказал, они не выдержали ахуенности его бёдер.       — Можно уже сейчас? — Джисон откидывает голову на изголовье кровати, чтобы подышать. Он не уверен, что когда-нибудь в скором времени такая возможность предоставится вновь.       — Только если зубами.       Условия Джисона устраивают, так что он переворачивает их, не видя нужды в том, чтобы тянуть время. Но сначала он снимает с себя шорты, становится тесно.       Дрочить друг с другом по фейстайму — тоже, конечно, совсем не то, чего хотелось. Экрана, блять, недостаточно. И как бы красиво Минхо ни крутил задницей в кадре, сжимая бёдра венистыми ладонями, делать это с ним своими руками куда приятнее. Видеть всю отдачу на его лице, чувствовать пальцы в волосах… Это другое.       И Джисон бы никогда не подумал, что Минхо девственник. Но так оно и было.       Минхо сказал это сразу, как только их отношения стали выходить на «взрослый» уровень. Себя из-за этого он плохо не чувствовал и был готов на любые авантюры, не задавая вопросов, когда Джисон просил его фотографировать руки после спортзала, лишь отправляя следующим сообщением к фотографии с набухшими венами «приятного аппетита».       На самом деле казалось, что его виртуозно обводит вокруг пальца чемпион мира по сексу. Ни капли стеснительности, страха, стыда — только горячее желание понравиться, сделать всё правильно, научиться.       Учитывая процесс его «обучения», Джисон не имеет никаких представлений о том, что собирается с ним сделать Минхо сегодня, когда наконец доберётся до него в 5D. Услышит по-настоящему, почувствует своим телом, вдохнёт неуловимый природный запах кожи.       В его постели, в сбившихся льняных простынях, будто всегда не хватало только его — Минхо. Он удобно падает на спину, опираясь на локти, чтобы хорошо рассмотреть каждое движение своего бойфренда. Джисон медленно гладит внутреннюю сторону бёдер обеими руками, целует прикрытую тонкой скользкой тканью коленку.       Они берут себе немного времени, чтобы изучить друг друга глазами, поэтому никуда не торопятся. Джисон трётся о ту же коленку щекой. Минхо слегка приподнимается и проводит ладонью по другой щеке, немного прижимая лицо Хана ближе.       — Ты правда можешь это сделать, — почти шепчет Минхо, припоминая их последние фразы.       Никаких возражений.       Джисон тянет ноги парня вниз, чтобы положить их на плоскость кровати. Он пальцами щекочет место, где от тугих чулок уже образовались покрасневшие линии, немного приспускает резинку, подув на ранее прикрытую кожу.       Минхо спиной опускается на матрас, чувствуя, как устают плечи. Джисон удачно пользуется тем, что на него сейчас не смотрят, и ведёт языком по бедру вверх. Он слышит потяжелевшее дыхание в ответ, и этого достаточно.       Джисон зубами захватывает нежную кожу вместе с тканью, оттягивая в сторону до треска. Он оглядывает образовавшиеся затяжки и возвращается к другой ноге, чтобы повторить действие ещё несколько раз. Минхо шипит и тихо стонет, ведь укусы на коже становятся крепче и глубже. У него дыхание замирает, когда Джисон пытается оставить засосы на внутренней части бедра через ткань чулок.       — Поцелуй меня, — Минхо чуть сгибает ноги в коленях и разводит их в стороны, чтобы Хан мог добраться до его губ.       — Всё, что ты захочешь.       Это первый раз Минхо, и Джисон обязан сделать его занеженной и избалованной принцессой подушек.       — Тогда, — он притягивает его в свои объятия, закидывая на поясницу искусанные ноги, — я хочу, чтобы ты растянул меня языком.       В этом весь Минхо — сказать самую грязную вещь на свете, а после нежно поцеловать, поглаживая пальцами зардевшиеся уши.       Джисон улыбается, отрываясь от любимых губ, чтобы расцеловать всё его лицо, вызывая мягкий робкий смех.       — Давай, — Минхо обхватывает ладонями его лицо, чуть сжимая щёки. — Ниже, — его выражение лица почти не меняется, оставаясь тем же олицетворением невинности, как и всегда, но тон голоса садится. И тёмный взгляд говорит сам за себя.       Джисон душит в себе желание закричать. Это слишком. В свой первый раз он и думать не мог о том, чтобы позволить себе быть настолько смелым. Но он не возражает. У Минхо есть все его «да» для такого поведения.       Ладони сами тянутся к подолу футболки Минхо. Парень любезно помогает снять её с себя, сам указывает на свои короткие блядские шорты и бельё под ними. Джисон покорно раздевает его, проводит кончиком пальца по головке, чтобы хоть на секунду сбить уверенность с лица Минхо. Он и правда немного усмиряется. Немного приоткрывает порозовевшие губы и собирает пальцы обеих рук в кулаки.       Джисон касается открытой кожи крепкой груди, наслаждаясь ощущениями, пока его бойфренд немного отвлечён, приходя в себя.       — Хани, я же сказал, — договорить ему не даёт касание к чувствительным соскам.       Это забавно. Хан пару раз обводит ареолы ногтем, слушая тихие выдохи Минхо и встречаясь с ним глазами.       Дальше, не желая перечить желаниям парня, Джисон опускается мокрой дорожкой поцелуев и засосов от шеи к члену, лишь слегка взяв его в рот на пару секунд. Его ведь об этом не просили.       Джисон разводит колени Минхо в стороны, вспоминая про чулки и снова оставляя пару укусов на мягких бёдрах.       — Смазка, милый?       Минхо отворачивается, чтобы взять подушку и подложить её под поясницу.       — На полу у кровати.       — Съедобная?       Джисон осознаёт себя загнанным зверьком, на которого давно готовилось нападение. Минхо всё спланировал.       — Я думал о твоём языке примерно каждый, м, вечер.       Они снова немного прерываются на глубокий поцелуй, потому что ещё не успели ими насытиться.       — О чём ещё ты думал?       Джисон всё прекрасно знает. Каждую свою фантазию Минхо кокетливо и бесстыдно шептал ему в ночных голосовых.       — М-м. Ты мог бы лечь, чтобы я немного попрыгал на тебе. А потом, когда я устану, ты бы посадил меня на себя, прижав очень близко, и толкался бы в меня, пока я впиваюсь ногтями в твою спину.       — Ты хочешь, чтобы я говорил тебе что-нибудь грязное?       — Нет. Грязное — это моя работа, — он слегка затих, когда увидел в руках Джисона согревающуюся смазку. — Ты скажешь мне, какой я милый. И, — он снова теряет возможность говорить на пару секунд, когда пальцы касаются его дырочки. — Скажи мне, что я твой.       Хан переводит взгляд на Минхо: его глаза прикрыты, и длинные ресницы трепещут, губы разомкнулись и высохли, поэтому он смачивает их языком. Такой милый. Джисон уже вводит в него два пальца.       Он ложится грудью на постель, свободной рукой оттягивая бедро Минхо за резинку чулка в сторону и оставляя ладонь там же.       Язык едва ли успевает коснуться сфинктера, как его останавливают. Он даже не успел услышать первого стона.       — Подожди, — Минхо садится на колени, руками проводя по плечам Джисона. — Можно ты сделаешь это, пока я буду сидеть на твоём лице?       Вопрос для него звучит таким бессмысленным. Всё, что пожелает Минхо — в его приоритете.       Джисон удобно устраивается на кровати, между этим успев полностью раздеться. Он подтягивает парня так, чтобы он сначала встал по обе стороны от его головы, а после развернулся и опустился на его рот.       Минхо боится сделать ему больно, поэтому держит часть веса на себе, и это чувствуется. Джисон хватается за мягкие бёдра и с силой прижимает его к себе, в то же мгновение засунув горячий язык в едва ли растянутую дырку.       Ладони Минхо вскоре оказываются на его собственных, безмолвно прося сжать крепче. Он убирает их, когда Джисон подчиняется просьбе, и тянется руками к твёрдому члену перед собой. Минхо дрочит ему медленно, издевательски, наслаждаясь тем, как влияют на него самого стоны Хана.       То, как его растягивают три пальца, совсем ускользает из внимания. Джисон похлопывает его по ягодице, призывая приподняться.       — Всё ещё хочешь сидеть на моём члене и прыгать, пока я буду отдыхать?       Минхо чертовски улыбается, слезая с его тела.       — Закрой глаза, пожалуйста. Я стесняюсь, — звучит до абсурда смешно.       Джисон хмурится, поглаживая парня по колену.       — Правда. Не хочу, чтобы ты смотрел, если у меня не получится, — и только это снова напоминает ему, что он имеет дело с девственником.       — Ничего страшного, если не получится, детка. Но я хочу видеть всё, что ты чувствуешь, не только хорошее.       Минхо целует его в кончик носа и уголок губы, тихо и неохотно соглашаясь. Он проводит руками по телу под собой, успокаиваясь, отыскивает смазку.       — Прости, милый. Открой, пожалуйста, презерватив, — и Хан уже тянется к упаковке, но продолжение фразы его останавливает, — а то у меня руки немного трясутся.       Минхо, кажется, видит его обеспокоенный взгляд, и спешит расслабить его тёплой улыбкой.       — Всё хорошо, я просто слишком долго ждал.       Джисон сам раскатывает презерватив на себе, пока Минхо смотрит на него, будто впервые видит голого мужчину.       Минхо привстаёт и вводит в себя головку, замирая, когда чувствует слабое давление. Ему хватает нескольких минут, чтобы до конца опуститься. Может быть, чуть больше, но время между ними будто остановилось.       — Ты такой милый, детка, — Джисон лишь слегка подмахивает бёдрами вверх, направляя. — Такой умничка, самый хорошенький мальчик.       Минхо поскуливает, опираясь на грудь Хана и начиная двигаться.       — Так подходишь мне, создан для меня, да?       — Джисон-а, — он глубоко дышит, наклоняясь ближе к лицу парня, — ты меня любишь?       — Люблю, — Джисон сам приподнимается, закрепляя слова мокрым поцелуем. — Такой милый, и весь мой.       Минхо жмурит глаза, ускоряясь в своём темпе. Может быть, он неосознанно хочет устать побыстрее, чтобы оказаться в объятиях Джисона и вцепиться ему в спину, помечая.       — Садись, — стонет, — к стене.       Джисон слушается, двигаясь к спинке кровати. Он укрывает вспотевшее тело бойфренда в своих руках, прерываясь на тысячу и один поцелуй в шею. Минхо из последних сил двигается на его члене, чтобы привлечь к действиям.       Джисон снова слушается.       — Я так хорошо тебя чувствую, — выдыхает Минхо, царапая его бицепс, — если я втяну живот, то и ты сможешь себя почувствовать.       Толчки становятся всё быстрее, стоны всё ближе и ближе, друг другу на ухо. Минхо шепчет с приказом кончить — Джисон послушно выполняет то, что долго оттягивал ради их удовольствия.       Чулки, что до сих пор плотно обтягивают бёдра, манят к себе, и Джисон лижет места, где образовались дырки. Он натягивает тугую резинку повыше, чтобы увидеть, как сверху мышцы растекаются и выглядят больше, вкуснее.       Он обхватывает член Минхо тёплой ладонью, одновременно кусая его голень, которую поднял на своё плечо, и сперма брызгает ему в кулак.       — Щекотно, сука, — выдыхает Минхо, опуская ногу. Он поглаживает стопой пресс Джисона, улыбаясь и прикрывая глаза. — Я на завтра запланировал нам экскурсию в музей современного искусства, сейчас расскажу, там такие экспозиции!