Keep your eyes open

Откровенный и прямолинейный характер Аль-Хайтама проявляется и в его действиях в спальне. Он одержим тем, как твои щеки покрываются розовой пудрой, когда он заставляет тебя сказать ему, где именно он тебе нужен, или тем, как твой голос затихает, а слова прерываются, когда он просит тебя описать, что ты испытываешь из-за него. Он не брезгует тем, чтобы давать тебе конкретные инструкции, и не уклоняется от того, чтобы точно сказать, что он сделает, если ты не подчинишься его приказам. Поэтому, когда ты оказываешься перед зеркалом на туалетном столике, плотно прижавшись задницей к твердому подрагивающему члену Аль-Хайтама, ты точно знаешь, что он планирует нечто подлое. Одна его рука скользит вниз по твоему обнаженному животу, в то время как другая обхватывает твое горло и челюсть, заставляя тебя смотреть на него только в отражении. Его губы касаются твоего уха, заставляя тебя внемлить его бархатному низкому голосу. — Не смей закрывать глаза, или я останавливаюсь, поняла? — у тебя нет выбора, кроме как кивнуть, насколько позволяет его хватка, и прошептать мягкое «да». Твои глаза пытаются сфокусироваться на его лице, потому что видеть такой развратный образ самой себя со стороны слишком смущает. Веки тяжелеют, щеки краснеют, а губы слегка приоткрываются, когда его опускающаяся по твоему телу рука наконец достигает твоей промежности. Кончики двух его пальцев едва проникают между твоих гладких складок, прежде чем скользнуть вверх, чтобы размазать твою влагу по клитору. Изумрудные глаза сосредоточены на твоем лице, когда он повторяет это действие снова и снова. Тебе приходится несколько раз моргнуть, чтобы не закрыть глаза полностью, и сквозь туман наблюдать, как его покрытые скользкой влагой пальцы входят в твою маленькую дырочку, медленно двигаясь внутрь и наружу. Твои глаза закрываются всего на секунду, наслаждаясь ощущением его длинных пальцев внутри твоих липких стенок, но тут же распахиваются, когда все движения внезапно прекращаются. Установив зрительный контакт через зеркало, Аль-Хайтам бросает на тебя пристальный взгляд. — Что я сказал? — ты скулишь в ответ, и твоя голова откидывается назад, чтобы устроиться у него на плече. Ты знаешь, что он ждет устный ответ, но так неловко говорить такие вещи вслух. — Да или нет, я задал тебе вопрос, — спокойно говорит Аль-Хайтам, когда его рука возвращает твое лицо в исходное положение. Смущение, которое отражается на твоем лице, не совсем говорит правду о том, что ты чувствуешь на самом деле, оказавшись в такой ситуации. Твои стенки сжимаются вокруг его неподвижных пальцев, заставляя тебя становиться все более непристойно влажной. Хотя, какими бы волнующими ни были обстоятельства, ты непреодолимо сильно хотела, чтобы Аль-Хайтам продолжил двигаться. — …Т-ты сказал, чтобы я не закрывала глаза, — тихо говоришь ты. — Или что? Чувство наполненности, которое ты ощущаешь от одних только его пальцев, слишком сводит с ума, и отсутствие трения заставляло тебя с трудом дышать полной грудью. — Или ты остановишься… — ты задыхаешься. — Ты хочешь, чтобы я остановился? Хм? Вот почему ты закрыла глаза? — его дразнящих слов достаточно, чтобы заставить тебя умолять. — Хайтам… П-пожалуйста… Я больше не буду этого делать, просто…! — ты впадаешь в панику, когда его пальцы полностью выходят из тебя. — П-подожди, нет, пожалуйста, Хайтам, я буду вести себя хорошо, обещаю! — Тш-ш, любовь моя, все в порядке. Он слегка смеется, спуская штаны ровно настолько, чтобы высвободить свой твердый член. Он успокаивает тебя нежными влажными поцелуями, спускающимися по твоей шее. — Ты ведь будешь послушной, верно? — говорит он, глядя на тебя в зеркало и собирая твою влагу головкой своего члена. — Ммм. Д-да, — ты спотыкаешься о слова, чувствуя, как кончик его увесистого члена касается твоего входа, прежде чем Аль-Хайтам погружается в твои внутренности до самого предела. Только когда он начнет наседать, ты сможешь понять невыносимость его маленького господства. Его глаза следят за твоими полузакрытыми, словно ястреб, когда он увеличивает темп, склоняя тебя над туалетным столиком и хватая большими ладонями за бедра. Твоя голова начинает опускаться, но прежде чем ты успеваешь опустить взгляд и потерять с ним напряженный зрительный контакт, Аль-Хайтам хватает тебя за волосы и оттягивает назад, чтобы твоя голова оставалась поднятой. — Глаза, — он рычит, когда его бедра начинают набирать бешеный темп. Все, что связано с этой ситуацией, заставляет тебя гореть изнутри. Его крепкая хватка на твоих бедрах и волосах, звук, с которым туалетный столик резко ударяется о стену, твое собственное, искаженное в вульгарном удовольствии, выражение лица, смотрящее на тебя из дрожащего зеркала, — все это вызывает тот раскаленный добела экстаз, готовый обрушиться на тебя, словно цунами, в любую секунду. Твой разум тает, единственное, что ты знаешь, — это ощущение того, как головка его члена давит на твою шейку матки. Сквозь затуманенное зрение ты наблюдаешь за его лицом и реакцией. Как его проницательные глаза прикованы к твоему лицу, впитывая каждую малейшую смену выражения и улавливая каждый звук, вырывающийся из твоего горла. Как крепко сжаты его челюсти, а грудь вздымается от прерывистого хриплого дыхания. И как его брови хмурятся, а взгляд теряет фокусировку всего на долю секунды, когда твои горячие стенки сжимаются вокруг его толстого члена. — Х-Хайтам, мг-х…! — ты пытаешься сформулировать слова, но они таят на кончике твоего языка. Но Аль-Хайтаму не нужны слова, он понимает, как близок твой оргазм по тому, как отчаянно ты сжимаешься вокруг его твердого органа. Он сильнее оттягивает твои волосы, заставляя еще немного приподнять голову, чтобы привлечь твое внимание. — Смотри, как ты кончаешь, — рычит Аль-Хайтам сквозь стиснутые зубы, напрягаясь, чтобы не достичь своего пика, просто чтобы посмотреть на то, как ты кончаешь первой. Единственное, что ты можешь сделать, это всхлипнуть и стараться кивать настолько, насколько тебе позволяет его хватка. Зрительного контакта, который ты устанавливаешь со своим обезумевшем от удовольствия «я» в сочетании с подавляющим присутствием Аль-Хайтама, достаточно, чтобы внизу твоего живота скрутился сладкий ком. Ты наблюдаешь затуманенными глазами, как твой электрический оргазм пронзил тебя насквозь и заставил Аль-Хайтама последовать за тобой. Притягивая тебя вплотную к себе так, чтобы головка его члена оказалась на одном уровне с твоей шейкой матки, он изливается глубоко внутрь с гортанным бархатным стоном. Ты трепещешь и спазмируешься вокруг него, почти болезненно выдавливая из его члена все до последней капли. Осторожно он выскальзывает из тебя. Теплые, липкие капли его спермы стекают по твоим бедрам и разбрызгиваются по деревянному полу под тобой. Ты медленно встаешь и прислоняешься к нему, уткнувшись головой в его горячую шею, пытаясь отдышаться. — Ты же не собираешься просить меня вылизать пол или что-то в этом духе, не так ли? Из груди Аль-Хайтама вырывается беззаботный смешок. — Хотя это хорошая идея на будущее, сегодня я, пожалуй, позволю тебе отдохнуть. Переместившись со своего места у него на шее, чтобы посмотреть на его отражение в зеркале, готовая возразить, ты теряешь дар речи от его полного любви взгляда, устремленного на тебя. — Может, нам стоит принять душ? — тихо предлагаешь ты, все еще не в силах отвести от него взгляд. Ты наблюдаешь за тем, как Аль-Хайтам закрывает глаза, крепко обхватив тебя руками за талию, купаясь в твоем тепле. — Через минуту.