Судьбы разрезанная нить

Гадалка Сая Раз сидела по утру на любимом месте, Поджидая дураков на своём насесте. Вижу, парочка идёт странная такая, Чую, будет у меня выручка двойная. Погадаю на руке, разложу все карты – Повеление небес крепче алебарды. Всю им правду расскажу до последней капли, Чтобы знали наперёд, где зарыты грабли. Деточка, как ты юна, не гляди сердито – Пред тобою сто дорог и путей открыто. Важно только не свернуть где-то ненароком, И не дать увлечь себя рвущимся потоком. Три короны вижу я над твоей главою, Будут править сыновья не одной страною, Злато потечёт рекой к царственным палатам, И считаться станет то скромным результатом. Что же мне сказать тебе, витязь мой суровый? Чести путь ведёт вперёд – под венец лавровый. Славу гордую легко разнесёт по свету, Оседлаешь невзначай ты судьбы комету. Станешь правою рукой властного султана И карающим мечом праведного сана, Пронесёшь во все концы слово и порядок, Соберёшь к себе в гарем чудных азиаток. Нет сомнения в пути – карты не обманут, Но оступитесь хоть раз – все цветы завянут. И останутся взамен нищета и горе, Не уехать далеко на одном задоре. Дерия Мы сегодня добралИсь до конечной цели, Приближаясь ко дворцу, всё сильней мрачнели. Вспоминали ту звезду, что нам нагадала, Жить в разлуке вопреки счастью наказала. Я же помню миг любви на пустой поляне, Где присели мы с тобой в призрачном прощанье. Протянула я тогда на руке дрожащей Мне подаренный пирог женщиной ворчащей. Угостить тебя взялась, словно на прощанье, И почувствовать твое нежное касанье. Ты тогда порозовел, подмигнул игриво, Наклонившись, откусил и смотрел пытливо. Я боялась говорить и разбить то чудо, Что возникло, вдруг придя, так... из неоткуда. Ты же продолжал смотреть и ловить глазами, Все эмоции души, что возникли сами. Прикоснулся языком к пальцам моим сладким, Наслаждаясь неспеша мигом этим кратким. Как печально, что тогда мы остановились И, влюбившись, навсегда на куски разбились. Ты привел меня, Гаяр, словно на погибель, Отдал гордо так, любя, словно бы родитель. Мой жених, приняв трофей, хищно улыбнулся: - Здравствуй, брат мой – прохиндей, наконец вернулся! Гаяр И снова он. Опять, опять, опять! Как долго буду я в тени его блуждать? Всё оттого, что я рождён рабой, А он законной титульной женой. Хоть братья мы, но как же не равны: Один вознёсся выше облачной горы, Другой в долине тяжкий крест несёт, Тропой бесславной путь его идёт. Я не ропщу – Аллах вершит судьбу, Свою дорогу с гордостью приму. Но как понять бесчестную толпу, Которую и кровь не учит ничему? Кому на улицах рукоплескали вы? Тиранам, деспотам, диктаторам, увы. Их игры застили величие небес, Разменной мелочью вы стали на развес. Мой брат балован слишком с детских лет, Всё для него – парча иль самоцвет. Любая прихоть исполнялась в тот же миг, Жестокость странную тогда же он постиг. Ломал игрушки, убивал зверей, Собак и кошек резал без затей. Затем, когда подрос, пришла пора Служанок-смертниц юных череда. Он насыщался быстро, но порой Бедняжек долго мучил страшною игрой. Насилие жестокое и смерть Сливались в хоровода круговерть. Я сам не ангел, руки все в крови, Служил таким, как он, Аллах меня прости, Но всё же враз теряю я покой, Столкнувшись вновь с такой его игрой. О Дерия, ужель твоя судьба В руках того, кому она чужда? Неужто жизнь твоя сгорит дотла, И смерти тень меж нами пролегла? Я это не приму, почтенный брат! В день свадьбы ты едва ли будешь рад. Пусть город этот мне и не знаком – Как видно покорён недавно и тишком, Но он откроет тайны мне свои, Чтоб мог к тебе в покои я зайти. Дерия В театре глупости сегодня я стою. Мне отвели, не спрашивая, роль, Жестоко притянув в твою семью... Так, Боже, доиграть прошу, позволь! Позволь, достойно голову подняв, Решиться на последний робкий шаг, Отречься от судьбы больной забав, Всю волю стиснув в маленький кулак. От страха мне так хочется кричать И раствориться в мареве чужом, Сломать к чертям и выбросить печать, Отправиться домой одной... пешком. Меня, как куклу можете сломать, Заставив подчиняться в этот миг. Растеряна. Не смея совладать... Срывается душа в беззвучный крик. Молю тебя, Гаяр, не отпускай! Пойдём наперекор мы всем богам. Я подарю тебе любимый чудный рай И вознесу к далёким небесам. Ты только забери меня с собой, Не оставляй чужому королю... Уходишь ты, а я гляжу с тоской: - Прощай, Гаяр! Я так тебя люблю! Отныне я печальна и больна, Златые цепи давят мне на грудь, Не веселит смешливая толпа, Которой не важна болезни суть. Вокруг восточный жаркий колорит, Что разрушает души в новизне. Прислужников зовёт он и манит, Погрязнуть помогает в слабине. А суженный глядит на это всё И распаляет их азарт сильней, Он запускает судеб колесо, Меня ударив этим побольней. Но мне не страшен гнев его, поверь! Обречена на веки жить в тоске, И в сердце не откроется та дверь... Былое всё закрыто на замке. Гаяр Крадусь в тиши, как будто вор ночной, В ушах гремит прерывистый прибой. То сердца стук волнующий в груди, Прошу, всевышний, страх мой отведи. Боюсь настолько сильно в первый раз, Не за себя – иной бы вышел сказ. Я прежде не терзал тебя мольбой, Но в этот день нарушу твой покой. Прошу, молю, позволь сейчас успеть, Не дай Дерие нежной умереть! Вперёд ход потайной меня ведёт, И, чувствую, кого-то меч убьёт. Минуты тянутся длиной в года, Такого не было со мною никогда, Событий вереница замерла, И память ясность в мыслях обрела. Дерия – имя ветром унесло, Пять букв всего, а душу как прожгло, Я вспоминаю каждый день с тобой, Что кажется теперь простой мечтой. И каждый жест, движение бровей, Случайный взгляд становятся важней. Я не ценил того, чего имел, И не имел того, чего хотел. Последний вздох, и нишу отворил, Ворвался, словно демон Хабарил, А братец в этот миг спиной стоит И нечто взбудоражено бубнит. Не стал я напрягаться и вникать. К чему мне эзотерикой страдать? Ударил раз по темечку легко, За руки оттащил недалеко. Стою перед Дерией весь в огне, И жду, чем в жуткий час ответит мне. Возможно, я мечту её разбил, Но всё вернись, то также поступил. Дерия Он здесь, со мной, под отблеском светил, Что освещают путь всех беглецов, От брата злобного меня вдруг защитил, Со сцены сбросив лишних игроков. И снова мы бежим к своей судьбе, Отбросив страхи в сторону, долой! Я растворяюсь полностью в тебе, В любви огромной, прямо неземной! Я счастлива! Бывает, что боюсь... Боюсь того, что нас разоблачат, Ночами горькими слезами я давлюсь, И расцветаю, встанет лишь закат. Прошу лишь об одном , не пожалей, Что на дорогу чувств своих ты встал. Ведь участь одному быть пострашней, Как небольшой наш опыт показал. За городом горят в ночи костры, Кибитки будто свалены горой. Навстречу нам выходит из толпы, Цыганка старая, качая головой. Гаяра я покрепче обняла, И взгляд смущённый спрятала в груди Да! Я отныне свой путь избрала, Где много счастья, радости, любви! Гадалка Сая Читала часто линии судьбы По лицам, по одёжке, ты пойми, Не крылось в том ни капли ворожбы, Себя попробуй правдой прокорми! И всё же ошибалась редко я, Как не ошиблась, верю, в этот раз, Тебе же лучше было бы, дитя, Послушать мой тогда простой наказ. Наверное… не стану утверждать, Ты счастлива, мне это не понять. Ошиблась где – к чему теперь искать? Свою неточность я смогу признать. Конечно, вам иное расскажу: Любовь и верность в паре фраз сложу. Смысл слов недавних ловко подменю, Подав по новой старую стряпню. А ночью буду думать, как постичь, Случиться ведь смогла такая дичь – Связали же, сумели починить Самой судьбы разрезанную нить.