томо, прости меня.

нет, парню не было как-то хорошо и радостно в последние два месяца. Все только ужаснее, и ужаснее, с каждым днем его солнечная улыбка, прекрасные как рубин глаза становились всё тускнее и темнее, улыбка совсем пропала с лица Каэдехары. Его парень скончался при порядке, что кинулся защищать его в драке с мужчиной, где Томо проиграл. Сколько истерик, слез было пролито на пол от обладателя алых глаз, никто не мог с этим ничего сделать. Томо был единственным смыслом его жизни, который как появился, так и след его простыл . Даже на самих похоронах возлюбленного, он просто отключился. **** тёплый майский день, парень идет держа за руку возлюбленного с которым должно быть еще один счастливый день их совместной жизни, ничего бы и не помешало этим двоим, если бы кадзуха не потянулся поцеловать возлюбленного. До них решил докопатся мужчина зрелых лет, старше 35 лет. Его Претензией было так называемая пропаганда, и что они подают младшему поколению, хотя в том месте единственные что видели это все, это окна. У Каэдехары очень длинный язык, он наязвил мужчине, после чего получил огромный удар в нос. Томо сразу ринулся защищать любимого, давая мужику сильный удар ногой по животу, от чего тот немного улетел, но драку продолжил. Казуха рвался помочь Томодаки, но сам же его защитник, постарался увести кадзуху подальше. **** обладатель рубиновых глаз, из которых вновь текли слезы поглащая все лицо парня. Решение принял уже давно, но в этом принять никак не мог. Телефонный звонок. «Фейерверчик». –Ало.. Ëимия, чего хотела.. – дрожащим голосом отвечал на звонок подруги Каэдэхара. –Кадзуха, ты снова плакал? жди меня, я через двадцать минут приду. – подруга залновалась за друга, и сбросив вызов начала собиратся к нему, в то время как кадзуха принял самое важное решение в его жизни, а точнее крайние меры. *** –Кадзушаа, солнце поднимайся.– ласковым голосом пропел Томо, перед тем как подарить любимому лёгкий поцелуй в щеку. Каэдехара ворочился, не желая подниматся с тёплой кроватки. Тогда Томодаки решил пойти на крайние меры, как назвывал это кадзуха. Фиолетовоглазый начал щекотать того, на что самурай залился смехом. –понял, понял встаю светлячок! – чмокнув в щеку томо, зевая оттягивая речь кадзуха. ***" таких моментов поистине много, каждый из них больно складывался на кадзухе, любое напоминание о томо складывало его тело в дрож. Каэдехара не псих, и не что-то в таком роде, но без него он действительно задавался таким вопросом. –а стоит ли мне вобщее продолжать мучатся без него.– прошептал себе под нос кадзуха. Зайдя на кухню, выпив стакан воды, его глаза упали на большой кухонный нож, который нужен был что-бы резать курицу. Затем на маленький, который кадзуха взял в руки. Проводя большим пальцем по лезвию, вспоминая Томо алло-глазый снова начал реветь. До этого он конечно и резался, но Ëимия старалась поддерживать его в любой ситуации. Бросать девушку было очень жаль, но кадзуха не мог так дальше продолжать жить. Крепко сжал нож из-за чего из рук полилась алая жидкость парень не убирая нож с рук прошёл в комнату. Взяв А4 лист, начав писать. «Привет Ëими. Сразу хочу извинится за то, что сделал с собой. Я понимаю, что поступил ужасно глупо и плохо, могу ранить остальных близких людей, но без Него моя жизнь будто стала ничтожной, даже прогулки с тобой или аякой не помогали мне восстанавливаться, все разговоры с психологом тоже ни капли не помогли. Если было бы можно, то я бы хотел не идти в тот день гулять, не идти по той улице никогда. Мне все напоминает о нём, я не могу каждую ночь захлебыватся в слезах думая о Томо. Мне лучше уйти к нему, чем мучать остальных своей бедой и давить таким образом на жалость. Я давно принял решение, надеюсь вы с аякой будете счастливы без меня, и найдешь себе хорошего друга, а не такого никчемного как я. от кадзухи. » руки молодого парня потянулись к ножу, держа перед своим животом тот медленно подносит его к нему, в конечном итоге пырнув полностью. Чуть вскрикнув от боли тот продолжал бить себя этим ножом по животу, наконец радуясь что увидит возлюбленного, и одновременно печаль, что бросит других людей. несколько раз он пырнул себя, затем полностью отключившись, закрыв глаза навеки. Еимия через минут пять открыла входную дверь, не найдя на кухне и в зале кадзуху, зайдя в его комнату застыла в ступоре. Слезы невольно потекли из ее лица. Увидя бумажку на столе, та прочитала об всем, что там было написано. –Кадзуха...– девушка не сдерживала слезы, обняв мертвого друга ревя ему в плечо. Которые он к сожалению никогда не увидит.