Возвращение колдуна

Рыжеватые отсветы трепещущего в камине огня отражаются в окне, за которым темнел погруженный в ночной мрак лес. Средних лет мужчина склонился над шуршашим листом желтоватой бересты, усердно выводя пером буквы, подключая все свои каллиграфические навыки, и даже не вникая в смысл прочитанного. Под глазами летописца красовались темные пятна, он нередко засиживался допоздна, и не всегда по своей воле,да и на улице бывал предельно редко. На секунду взгляд его скользнул по стеклу. Он вздрогнул, знакомый, яростный взгляд безумца пал на него из отражения огня. Рука сама собой потянулась за бокалом вина, уже не первый год от рук сожженного колдуна погибали люди, неужели настал его черед?! Нет, не может быть... Ветер к нему благосклонен... Но что это? Окно распахнулось под порывом ветра, летописец отшатнулся, повалившись на пол. Впутываясь в мелкие кудряшки, ветер, казалось просочился в голову мужчины, яростно шепча ему о том, как близка горбатая старуха с косой. Глоток крепкого вина чуть приглушил до боли знакомый, жуткий голос. За ним последовал второй, третий, бокал опустел, за ним вся бутылка, и так, пока парень не свалился без сил. Это была не первая ночь, сопровождаемая невидимым спутником, явно не желающим добра. На следующую все повторилось. Взгляд, шепот, вино... Нет, что-то не так... Летописец вскрикнул. Из камина, опаясанный пламенем, появился он. Он! Безумец! Предатель! Сожженный заживо!... – какая встреча...) Озорной взгляд ярко-синих глаз скользнул по шатену, словно они виделись впервые, что естественно было не так. – уйди... Триклятый колдун! Безумец! – отчаянно завопил отступивший летописец, но пришедшего это не беспокоило – все пишешь?...) Что ж, писать ты теперь будешь про меня – он изменился на глазах, лёгкая, надменная улыбка превратилась в злобный, отвращенный оскал, брови сдвинулись к переносице, казалось, даже салатовые кудри на его голове зашевелились. Он медленно подошёл к служителю церкви схватив его за подбородок – я буду жить вечно! – воскликнул он, задрав голову – ты будешь мне служить... Вечно! – перейдя на устрашающий шепот, от которого по спине новоиспеченной жертвы пробежали мурашки. Отшвырнув приложившегося о шкаф летописца в сторону, шут расплылся в надменной ухмылке – ты не скроешься от ветра!