Тайное логово лисьих зарисовок

I.

Драко с задумчивым видом шёл по коридору Министерства Тёмной магии, засунув руки в карманы брюк. Блестящие ботинки из драконьей кожи, совсем недавно заботливо вычищенные домашним эльфом, отбивали гулкий ритм по паркетному полу. Мрачные стены из тёмно-зелёного мрамора словно давили на него, и он почти задыхался, несмотря на постоянный приток свежего воздуха сквозь люки магической вентиляции. Внезапно, казалось бы, короткий путь до рабочего кабинета стал неимоверно долгим… Он только что покинул совещание, где Волан-чёрт-бы-его-побрал-де-Морт с важным видом вещал о том, что его режиму необходимы союзники — чтобы распространить Тёмную диктатуру и на другие страны. Масштабы его далеко идущих планов по порабощению всего мира поражали воображение, но у Драко они вызывали лишь отвращение. Его тошнило от того, во что превратился его привычный мир после победы Тёмного лорда. В кого превратился он сам? В жалкого Пожирателя смерти, помогающего поддерживать эту ужасную новую систему? Он был на хорошем счету у Волдеморта и работал своего рода дипломатом. Малфой ездил по разным европейским странам и встречался с влиятельными членами того или иного магического сообщества, чтобы заручиться их поддержкой. И как его только угораздило? Это всё отец — Люциус с самого начала Второй магической войны манипулировал им, убеждая, что служение Лорду — его долг как наследника одного из древнейших чистокровных родов. Сам Малфой-старший в настоящий момент занимал один из высших постов власти — он был первым советником Реддла. Драко никогда это не нравилось, но он не решился перечить отцу — просто плыл по течению… А много лет назад он даже надеялся, что Шрамоголовому удастся одержать победу, но увы… Избранный погиб, не успев завершить начатое. Кто бы мог подумать, что когда-нибудь ему будет жаль Поттера? Хорошо, что эти крамольные мысли принадлежали только ему… Он был искренне благодарен тётке Белле за уроки окклюменции — да, на занятиях родственницы-садистки ему пришлось испытать много боли, так как та любила наказывать его порцией полноценного Круциатуса за малейшие промахи, но результат превзошёл все ожидания. Он мастерски контролировал свои мысли и воспоминания, выстраивая в голове крепчайшие ментальные стены, разрушить которые было не под силу даже такому умелому легилименту, как Том Реддл. Что и говорить — даже сама Беллатриса больше не могла «подсмотреть» в его мысли, как часто делала во время обучения. «Как там говорят? Ученик превзошёл своего учителя…» — без ложной скромности подумал он. Скромности тут и правда не место, высокая предрасположенность к окклюменции и легилименции, скорее всего, передалась ему по материнской линии — род Блэков издавна славился этими умениями. И именно благодаря этому Нарциссе удалось скрыть от Тёмного Лорда свои настоящие мысли, наполненные отвращением к новому режиму, когда Реддл обосновался в их фамильном поместье во время войны. Драко так глубоко погрузился в размышления, что не заметил препятствия на своём пути. В его грудь вдруг врезалось чьё-то миниатюрное тело, нос уткнулся в пышные каштановые кудри, убранные в аккуратную причёску. В ноздри ударил ненавязчивый цветочно-лимонный аромат. Раздался испуганный вскрик и громкий звон металла. Этот звук принадлежал небольшому ведру — оно опрокинулось после удара, и по полу разлилась какая-то тёмная жидкая субстанция. Запах лимонов стал намного сильнее. Видимо, кто-то натирал паркет лимонной эссенцией для блеска. Странно, домашние эльфы делали это при помощи своей особой магии, а этот человек, кажется, работал вручную — по-магловски. Он что, сквиб? Чья-то явно женская фигура тёмной тенью отскочила в сторону. На него уставились широко распахнутые карие глаза… Гермионы Грейнджер?! Да, кажется, это она… Теперь понятно, почему у неё нет палочки. Девушка смотрела на него, как испуганная лань, заметившая охотника в лесу. Она тяжело дышала, судорожно сжимая в руке грязную тряпку. Он бегло осмотрел её с головы до ног. Сколько лет они не виделись?.. И что на ней надето? Какая-то несуразная жёлтая рубашка, наглухо застёгнутая на все пуговицы, кардиган и длинная юбка невзрачного серого цвета. Она выглядела, как… библиотекарь. Да! Так могла выглядеть скорее мадам Пинс, но никак не Гермиона Грейнджер. Что у неё под носом? Кровь?.. Странно, на пол она не падала, столкновение было не таким сильным… Её кто-то ударил?.. — Грейнджер? — тихо пробормотал он, не веря своим глазам. Она с горечью поджала губы и отвела взгляд, словно собиралась заплакать. Они всегда были по разные стороны баррикад… Поменялось лишь одно — Тёмный лорд победил, уничтожив Орден Феникса. Как же он мог забыть, что выжившие были вынуждены прислуживать режиму Волдеморта и его прихлебателей? Значит, Грейнджер работала здесь, в Министерстве… Перед его мысленным взором, однако, предстала другая картинка: юная гриффиндорка в шерстяном свитере своего факультета и магловских джинсах со слезами на глазах решительно смотрит… Нет, не на него, а на придурка Уизела. Кто же знал, что он станет невольным свидетелем той непонятной сцены?

II.

***

Это случилось на шестом курсе и он совсем недавно получил Тёмную метку, а ещё… задание убить Дамблдора. У него голова шла кругом от страха не выполнить то ужасное поручение, и он с недавнего времени полюбил прятаться от всех в небольшой оконной нише под Астрономической башней. Он сидел там часами, раздумывая о неизбежности своей судьбы. В какой-то момент он услышал чьи-то торопливые шаги, тихий плач и какой-то странный шелест. Драко в ту же секунду наложил на себя Дезиллюминационные чары, хотя тому человеку было явно не до него. Он осторожно встал и выглянул из-за ниши — на ступеньках сидела не кто иная, как Грейнджер. Она закрыла лицо ладонями, и её распущенные локоны мягко подрагивали в такт рыданиям. И тут он понял, что распространяло эти шелестящие звуки — над её головой летали маленькие жёлтые птицы. Откуда они тут взялись?.. Но додумать он не успел — в следующий момент в коридоре появились ещё два человека. Уизел и, кажется, тупоголовая Браун. Они что, вместе?.. Девчонка кокетливо спряталась за широкой спиной Уизли, обняв его за плечи. — Ой… — раздался тонкий противный голос. — Тут уже занято, пойдём в другое место, Бонбон? — предложила светловолосая девушка, буквально повиснув на крепкой руке рыжеволосого гриффиндорца. — Гермиона? — с каким-то глупым видом спросил Уизли. — А птички-то зачем? Казалось, ему было… стыдно за что-то. Это и понятно, ему, Малфою, тоже было бы стыдно появляться под руку с этой пластиковой куклой Браун… И тут Грейнджер утёрла слёзы и, схватив волшебную палочку, встала на ноги. Птицы над её головой зашумели ещё громче, будто почувствовав напряжение. На Драко даже под влиянием Дезиллюминационных чар повеяло мощной волной магии и гнева. Видимо, пернатые существа были ненастоящими. Трансфигурация? Ну да, Грейнджер была лучшей на их курсе по этому предмету, впрочем, как и в любой другой учебной дисциплине. При других обстоятельствах Драко даже похлопал бы её мастерству, ведь он уже давно принял тот факт, что все волшебники равны вне зависимости от чистоты их крови. Однако в данный момент это было невозможно, иначе он мог выдать себя. Поэтому Малфой продолжил наблюдать. В глазах Грейнджер читалась такая решимость и злость, что Драко стало как-то не по себе. Он был рад, что воинственная гриффиндорка испытывала эти эмоции не по отношению к нему. Интересно — что такого натворил этот Уизел? Она с угрожающим видом направила на своего (вроде бы…) лучшего друга древко палочки и произнесла: — Оппуньо! Жёлтые крылатые комочки вдруг выстроились в воздухе клином и через мгновение резко полетели в сторону Уизли и его спутницы. Браун истерично взвизгнула, и они убежали в неизвестном направлении, а рядом с Грейнджер на ступенях Астрономической башни неожиданно появился… Поттер. А он-то откуда тут взялся? Будто вырос из-под земли… Грейнджер вдруг сникла и расплакалась ещё сильнее, а потом прильнула к плечу Шрамоголового, и они вместе сели на ступени. Поттер неловко гладил её по руке, и какое-то странное щемящее чувство вдруг охватило Драко…

***

Никто так и не узнал, что он наблюдал за той странной сценой. Драко отчётливо помнил, как горели её глаза, полные ярости. Сегодня же взгляд Гермионы казался пустым и безжизненным. Неужели храбрая гриффиндорка сдалась? Стала рабыней? Да, Орден Феникса пал, но ведь не все его члены погибли? Может, кто-то сумеет его возродить?.. И перед его глазами как раз стояла подходящая кандидатура. Не зря же птица Феникс раз за разом восстаёт из пепла и вновь возрождается к жизни. Грейнджер наверняка слышала скрежет, который издавал мозг Малфоя — его голову заполонили судорожные мысли, отчего внутри черепной коробки будто закрутились многочисленные шестерёнки. А что если он во время своих командировок в Европу будет договариваться не о поддержке режима Реддла, а о его свержении?.. Целая подпольная сеть повстанцев… А потом, набравшись достаточно сил, они совершат неожиданный удар по ничего не подозревающим Пожирателям… В душе Драко Малфоя загорелась слабая надежда: — Грейнджер, у меня к тебе дело на миллион галлеонов. Но только давай сначала залечим твой нос… — сказал он, доставая из кармана брюк свою волшебную палочку…