october october october october october

Это свидание в хэллоуинскую ночь, и Эрен… нет. Он не нервничает. Но он… взволнован? Леви стоит у кинотеатра и выглядит так, будто ему вот-вот передадут пакетик с травкой, и он свалит, а Эрен… блять. Эрен в рубашке. Он даже погладил ее, ясно? Он не надел никакой идиотский костюм, потому что это свидание. Он думал-думал-думал о сегодняшнем дне, о том, как все произойдет, как он заберет Леви на машине, и Леви будет в той своей синей рубашке, что заставляет мозг Эрена кипеть, а Эрен откроет перед ним дверь, и будет самым очаровательным бойфрендом, а потом пригласит Леви домой и прокатит на своем члене. Это блять идеальный план. Был идеальным. Только вот у Леви были пары, и он освободился раньше и пришел к кинотеатру, и теперь они выглядели, как школьники, что не знают, обняться ли при встрече или пожать друг другу руки. — Как дела? — Эрен бросает рюкзак Леви в машину и берет его за руку. Мимо проносятся дети в костюмах, и Эрен позволяет им пройти. Из их мешков выпадают конфеты, и они перебегают дорогу на красный свет под сигналы водителей. Леви впивается взглядом в их ладони так, будто прикосновения Эрена ядовиты, а на лице застывает неподдельный ужас. — Отвратительно, — Леви мямлит, и Эрен смеется, потому что, блять, даже измотанный и совершенно злой Леви выглядит таким очаровательным. — Хочешь попкорн? — Эрен наклоняется к нему и заговорщически шепчет, улыбаясь. — Я хочу сдохнуть… — Леви выдыхает, подходя к кассе кафетерия. — И сэндвич с ветчиной, — он разглядывает меню, поднимаясь на цыпочки, и Эрен кладет ладонь ему на талию, когда проходящие мимо девушки проходятся по нему взглядом. — Блять, ладно, и клубничный попкорн. И вот те мармеладки-червячки, да. Эрен кивает и оплачивает их заказ, чувствуя себя слишком взволнованно, чтобы есть. — Ты не будешь? А, ну да, ты же качок, — Леви толкает его плечом, обнимая ведро попкорна, и Эрен вздергивает бровь. — Качок? — Эрен произносит это с неверящей улыбкой, и Леви выглядит так, будто знает то, чего не должен и очень этим доволен. — Ну да. Каждый раз, когда ты психуешь — ты идешь в спортзал. Когда хочешь трахаться — пробежка, когда злишься — на бокс с Жаном, — Леви пожимает плечами, а затем застывает, потому что… Эрен заметил. Заметил, что Леви знает его расписание до таких подробностей. Что Леви интересовался им. — Прекрати улыбаться, — Леви злится, краснея, и Эрен просто не может сдержать улыбки. Они находят места, и Леви осторожно открывает сэндвич и протягивает Эрену одну половинку. Эрен вздергивает бровь, и Леви сует сэндвич увереннее, так, что Эрену просто приходится взять его. — Блять, майонез? Серьезно? — Эрен кривится, и Леви закатывает глаза. — Боже, чувак, мы все равно все сдохнем, в чем проблема майонеза? — Леви вздыхает, и Эрен нехотя откусывает небольшой кусочек. Ладно. Это неплохо. С этим можно справиться. — Майонез… Что еще? — Леви откидывается на спинку, когда начинается реклама, и Эрен придвигается ближе. Им приходится убрать подлокотник, чтобы Леви устроился на плече Эрена, следя взглядом за девушкой, рекламирующей жвачку. — Что еще тебе не нравится? Эрен ухмыляется. Он интересен Леви. Как сильно тот бы не хотел это скрыть. — Спагетти. Сыр для бургеров. Вся еда из МакДональдса. Рыбные палочки. Сырая рыба. Веганские блюда, — Эрен кладет ладонь Леви на колено, и тот обнимает его руку. Господи, как у него получается быть таким уютным? Это заставляет сердце Эрена пропустить удар. — О господи. Проще спросить, что тебе нравится, да? — Леви поворачивается к нему резко, так, что их носы едва касаются друг друга, и в мгновение вся неловкость испаряется, оставляя за собой лишь тепло. Почти жар, но все еще тепло, согревающее их скулы. Заставляющее зрачки расширяться, а сердца — биться быстрее. — Ты. Мне нравишься ты, — Эрен наклоняется за поцелуем, и Леви густо краснеет, отврачивается и дышит так часто. — Я имел в виду… из того, что ты любишь… есть, — он произносит это куда-то в сторону, и Эрен улыбается. — Тоже ты, — Леви вспыхивает красным еще ярче, и Эрен не сдерживает смех.