october october october october october

Эрен собирался убрать челку со лба привычным движением, но волосы оказались слишком длинными. Он будто очнулся от беспробудного сна, смотря на сизый песок под ногами. Где-то вдалеке свет путей Имир озарял все здесь тусклым холодным светом, и Эрену казалось, что он забыл ощущение тепла. Он не знал, где выход к жизни, чтобы мгновенно умереть, и бродил здесь веками, смотря, как его руки становятся сморщенными, тело увядает, а волосы становятся седыми. Он едва бредет, видя водные глади воспоминаний, вероятней, где мог бы оказаться, и каждая из них грозится затянуть вернуть его туда, но проход будто односторонний, и Эрен лишь касается зеркала. Все, что у него есть — воспоминания сотен этих жизней, и он веками разглядывает их: где он боится прижать Леви к себе, потому что Леви принадлежит другому. Где он принадлежит другим, а пользуется Леви, чтобы спасти их всех, хотя все, чего он хотел — быть с ним. Не такая уж большая плата за спасение всех остальных, не так ли? Где его тело украшено сотней бриллиантов, но жадный взгляд Леви на нем ценнее в сотни тысяч раз. Где в руках Эрена весь мир и вся власть, а все, чего он хочет — руку Леви в своей на долгие-долгие годы, и это так очевидно — то, что они будут вместе, что становится больно. Где Эрен опускается на колени, предлагая Леви кольцо, и, должно быть, в этом было что-то забавное — в том, что кольцо ненастоящее и Эрен сделал его из обертки какой-то конфеты минутами ранее. Где Эрен притягивает его, целует, просит быть рядом, прижимает ближе, просит не уходить, кусает и заставляет покрываться мурашками, просит не уходить. Где водная гладь встречает его, как своего хозяина, и где ему не нужен больше кислород, а Леви просит его остаться. На берегу. Где эта мелкая девчонка, Габи, дразнит Эрена и убегает, но не потому, что тот свернет ей шею, а только для того, чтобы прыгнуть Леви на руки, и Эрен заключит их обоих в объятья, как самое ценное, что было в его той самой жизни. Эрен встречает смерть там. Зеркало становится водной гладью, и он тонет в ней, а затем оказывается в той реальности. Он опускается на лавочку, смотря, как на побережье он сам играет с Габи в догонялки, а Леви все так же боится испачкаться и набрать полные кроксы песка. Тот Эрен встречает губы Леви в поцелуе. А этот Эрен встречает смерть с блаженным выдохом и становится космической пылью.