Развод

Рождество наступило, как и всегда для меня, внезапно. Погрузившись в рабочие дела, я забыла и про поиски брата, и про праздники, и про ремонт. Шкафы в кабинет так и не привезли вовремя, а потому я не торопилась покидать гостеприимный дом Калленов. Да и, откровенно говоря, покидать его мы решили вместе, в мою квартиру, когда она будет готова, и уже не расставаться. Мне все равно на предрассудки, мы будем жить вместе до свадьбы, которая состоится уже летом. Утром 24 декабря я проснулась с ощущением сказки. Эсме не только установила елку, но и украсила дом, а потому каждое утро я любовалась на гирлянды на окне, и еловые ветки на зеркале. В доме витала атмосфера праздника и сказки. Мое платье уже висело в шкафу, и я вытащила его, чтобы полюбоваться. Длинное, нежно-бирюзовое, с золотым узором, и перекрещивающимися на спине лямками. К нему Эсме одолжила мне нежно-бирюзовые лодочки. Подойдя к зеркалу, я заметила на комоде небольшую коробочку, которой не было там еще ночью. Ночью мы ночевали раздельно — когда Эммет вернулся домой, я видела уже десятый сон, и даже не проснулась от его поцелуя. Видно, он оставил свой подарок, когда заходил меня поцеловать. Открыв коробочку, я обнаружила там узкий золотой браслет, украшенный бриллиантами. Он идеально подходил к его предыдущим подаркам — кольцу и серьгам с бриллиантами. Такое ощущение, что мой мужчина решил завалить меня дорогими подарками. Натянув на себя теплое платье, я спустилась вниз. Эсме уже суетилась на кухне, и, забрав у нее украшения, я принялась накрывать стол для ужина. В этом году Эсме превзошла сама себя — она купила новую посуду, и даже новые бокалы, с тонкой золотой каемкой по краю. Я раскладывала салфетки, когда со второго этажа спустился мой будущий любимый муж. — Карлайл, займись индейкой, — закричала Эсме из кухни. Эммет чмокнул меня в затылок и побрел на кухню. После легкого обеда, когда дом был готов, я поторопилась в свою спальню, чтобы освободить немного места. Уже через час приедут Эдвард и Белла, и я готовилась передать свою спальню им на пару дней. Поскольку в этом году Рождество выпадало на воскресенье, правительство дало нам дополнительный выходной в понедельник. А значит, мы проведем вместе несколько чудесных дней. Пока Эсме и Карлайл уединились в своей спальне, а Эммет принимал душ, я проскользнула к елке, чтобы убрать под нее последние коробки и пакеты. Дом был готов. мы были готовы. Белла и Эдвард приехали около четырех, когда Эсме дремала в своей спальне, а Карлайл с кем-то тихо говорил по телефону. И только когда подруга влетела в комнату, роняя на ходу пакеты и коробки с подарками, я поняла, как я по ней скучала. Подруга кардинально изменилась — она обрезала длинные локоны, которые ей так шли, и перешла на аккуратные платья вместо привычных джинсов и бесформенных свитеров. Короткая стрижка придавала ее лицу задорное выражение лица. Колечко блестело на пальце, и я улыбнулась. Носит, значит решение приняла. Эдвард, зашедший вслед за ней, нес какую-то большую коробку. Я так поняла, что это был какой-то особый подарок для Эсме и Карлайла, которые заменили ему семью. Я толком и не знала, почему именно Карлайл и Эсме забрали его после гибели его родителей, знала только, что было это много лет назад. Я крепко обняла подругу, с наслаждением вдыхая аромат ее горьковатых духов. Белла уткнулась носом мне в плечо. — Ты так ничего и не выяснила? — спросила она, укладывая подарки под огромную искусственную ель, которую мы украшали весь прошлый вечер. Я провела пятерней по локонам, растрепав идеальную укладку. — Да я толком и не искала, времени особо нет. Кроме того, как искать, если я не знаю даже названия школы. Я должна обзванивать все школы Нью-Джерси? — Эдвард обернулся, услышав наш разговор. — Белла, с частной школой заключается договор, и одна копия должна оставаться у родителей. Так что вполне вероятно, что твоя мать хранила этот документ, надо лишь перебрать ее бумаги, — я закусила губу. Ведь собиралась же перебрать весь архив матери, хранившийся в сейфе, но так и не успела! Да, заработалась я. Снова уложив волосы, я натянула на себя платье и пошла будить любимого мужчину. — Какая ты красивая, — Эммет потянулся меня поцеловать, но я ловко увернулась. — Так, подъем! И перестань ко мне лезть, укладка! — я со смехом отбивалась от рук Эммета. Нехотя, он все же вылез из кровати, и пошел одеваться. Чудесный ужин, друзья рядом, родные люди, подарки, вкусная еда. От Эммета я получила огромную коробку, набитую прекрасными мелочами — небольшой сумкой, прекрасным набором украшений, любимой косметикой, плюшевой игрушкой и ободком ручной работы. Ему я подарила такую же коробку — это стало уже нашей традицией. Эсме куталась в палантин, который ей заказала я. Карлайл довольно рассматривал «набор курильщика» и шоколадные сигары а-ля Гавана. Я с ногами забралась на диван, наблюдая за тем, как дорогие мне люди радуются приятным мелочам. Той ночью, когда Эммет потянулся за презервативами, я задержала его руку. — Я не хочу, — просто сказала я, прижимая ближе любимого мужчину. — Мы еще не назначили ни дату свадьбы, ничего, — растерянно проговорил он. — И ладно, — прошептала я, отдаваясь любимому мужчине. В тот момент мне было все равно, я хотела жить дальше, так, как хотела сама, а не так, как диктовала мне мать. Мать не хотела чтобы я рожала, но мне внезапно захотелось иметь малыша. Когда все разъехались, я поехала на свою квартиру. Большую часть вещей матери я сгрузила в еще не готовый кабинет, и сейчас в этих коробках мне предстояло найти самое главное — контракт со школой, где учился Джаспер. Ненужные бумаги летели обратно в коробки, время шло, но ничего, намекающего на контракт со школой, оплату школы, и вообще каких-то намеков на то, что у нее был еще 1 ребенок. В основном бумаги матери были о ее работе. Оставалась еще 1 коробка, когда мне позвонил Эммет. — Ну что малышка? — он знал, что я поехала на квартиру разбирать бумаги матери. — Ничего. Тут много ее рабочих проектов, куча бумаг именно о работе, но ни слова о брате, вот просто никак. Такое ощущение, что был кто-то третий во всей этой истории. — А если Мария опять врет? Ведь она уже дважды нам врала, почему бы ей не соврать и третий? — было слышно, что Эммет что-то наливает себе. Вангую, что виски. — Не знаю, не думаю. Да и зачем ей это? — пожала я плечами. — Белла подумай, ведь если Джаспер не знает, кто его родная мать, он знает только, кто его растил, а это Мария. — Да, но… — А если он айтишник? Хирург? Госслужащий? Если он зарабатывает такие деньги, и помогает Марии, и ей невыгодно выдавать его настоящее место и контакты? Вдруг она боится того, что она лишится денег, и боится вполне легально, вдруг Джаспер согласен был ей помогать только до того момента, как найдется его настоящая мать? — Эммет, это твою мать, Санта-Барбара какая-то! Ну ладно, что ты предлагаешь? — Мы тут по работе встретили частного детектива, Реми. Он классный мужик, может сможет помочь, — предложил Эммет. — Помочь в чем, перерыть всех Джасперов Хейлов? — скептически спросила я, открывая последнюю коробку. И тут только рабочие проекты, ничего нового. — Нет. Он может последить за Марией, проверить ее контакты, в конце концов. Если Мария скрывает твоего брата, только детектив выйдет на него. — Но за ней ходят, охрана Чарли, — Эммет сделал еще глоток. — Ходят, конечно, но не проверяют. Рози, малыш, это последний шанс. — Нет, не последний. Я беру отпуск, — решительно сказала я, закрывая последнюю коробку, и делая в мозгу зарубку — выкинуть этот хлам. — Зачем это? — уточнил Эммет. Я услышала стук стакана о столешницу. — Надо, — просто ответила я. Но отпуск мне удалось оформить не сразу. Навалилась работа, и я полностью погрузилась в любимую рабочую рутину. Эммета снова вызвали в командировку, а моя квартира была в финальной стадии ремонта, но уезжать из гостеприимного дома Эсме так не хотелось. Но Эсме часто просила меня заехать домой, чтобы обсудить финальные стадии отделки гостиной и кабинета. Кабинет я сделала светлым. Вельветовый диван стал главным элементом. От большого стола я отказалась в пользу уютного столика и довольно большого офисного комода, в дополнение к парочке небольших узких шкафов. Около дивана я поставила еще кресло, чтобы было где сидеть. Но окончательно квартира была готова только через месяц, когда в моей спальне установили ночники — Эсме ждала их из Мексики. Почему уж оттуда мне было непонятно — но Эсме было виднее. Неделей позже я раскладывала вещи, когда раздался звонок в дверь. Как была, в тонкой майке и длинных пижамных брюках, я отправилась открывать дверь, думая, кому, собственно, понадобилось меня искать так поздно. Джесс. И Карлайл. Неудачное сочетание людей, я вообще не думала, что они знакомы. И только через секунду до меня дошло. — Эммет…? — попыталась сказать я, но из горла вырвался хрип, а потом дверь прыгнула на меня.