какими мы были?

Колсон немного пьян после полета, поскольку выпил бокальчик вина, чтобы успокоить шалящие нервишки. Ну.. или несколько бокальчиков.. Он точно не в слюни пьян, но рассудок достаточно помутнён, чтобы не обратить внимание на то, что его сумку, минуя аэропорт, такси и лифт, они закидывают, вроде как в номер Пита, а не отдельный. Да и одна кинг-сайз кровать его не смущает, пока он сидит на ней, раскуривая косяк на двоих, попутно выслушивая жалобы уставшего комика на папарацци, от которых им пришлось здесь спрятаться. И придётся прятаться ещё какое-то время, иначе их прогулка точно будет сорвана. Эти стервятники будут караулить их у отеля ещё пару часов точно. Колсон делает затяжку, садясь в позу лотоса и поворачиваясь в сторону большого окна, больше думая о каких-то глупостях, чем слушая Пита, хотя иногда поддакивает ему из вежливости. Или рефлекторно. В его голове крутится "очень" важный вопрос о том, насколько затонированно это стекло и видно ли их с улицы. Так же ему интересно насколько крепкое это окно и выдержит ли оно удар с разбегу? А что насчёт тех надоедливых вуайеристов с камерами? Они будут пытаться сфотографировать их в окне, если подойти к нему ближе? Но жизненно важные проблемы моментально улетучиваются, когда Бэйкер, протягивая самокрутку Питеру, наконец обращает внимание на его болтовню. Точнее на её отсутствие, потому что кареглазый блондин замолчал, как-то странно рассматривая Бэйкера, что тот невольно думает, что с его лицом что-то произошло. Колсон открывает рот, чтобы спросить в чем дело, но Пит перебивает его на первом же звуке. — Так почему ты здесь? — интузиазм из голоса комика на фоне прошлых красочных рассказов улетучился, а вместе с ним и равнодушие репера, который успевает растеряться. А ведь серьёзно, почему? Почему ты здесь, Колсон Бэйкер? Он облизывает пересохшие губы, возвращая сигарету к губам, но Дэвидсон, в привычной манере, вырывает её прямо из рук Колсона, делая глубокую затяжку, будучи готовым ждать ответа столько, сколько потребуется. — Соскучился по Нью-Йорку. — Колсон знает как глупо это звучит, поэтому не пытается сдерживать слабой улыбки, слыша смешок Пита. — Только по Нью-Йорку? — Ехидная улыбка освещает его лицо. Колсон вновь молчит, с той же слабой улыбкой смотря на то, как его мужчина покачивает ногами, лёжа на животе, точно школьница, болтающая по телефону. — Сожжёшь простынь, — голубоглазый увиливает от ответа, придвигая пепельницу поближе к Питу. — Главное чтобы не твои любимые чулки, — В ответ на игнорирование Пит бросает маленькую колкость, заставляя щеки Колсона покрыться румянцем, когда он смотрит на свои лодыжки, понимая, что на нём, вместо носок, всё ещё сияют теплые жёлтые чулки с мелкими рисунками, как Бэйкер предполагает, каких-то вишен или вроде того. А ещё он предполагает, что Питер очень хорошо знает всё содержимое его гардероба, в том числе тех коробок.. Колсон устало вздыхает, ложась на спину и направляя взгляд в потолок. Пит снова ждёт столько, сколько нужно, не смея больше давить на мужа. Знает, подлец, что тот обязательно ответит. — Надо с чего-то начинать. Судя по рассказам начать надо отсюда, — Бэйкер и отвечает, но затем горько усмехается, беря косяк из рук Пита и затягиваясь, — Но мне больше не кажется, что я разберусь самостоятельно. Колсон прямо таки нутром чувствует как второй блондин реагирует на эти слова, поэтому поворачивается к нему, стараясь рассыпать мысли по баночкам, тяжело вздыхая и стряхивая пепел. Ему нужен светящийся проводник во всем этом мраке, иначе Колсон грозится впасть в ещё более глубокую депрессию, чем ту, в которой находился до этого. Он прокручивает слова своего психолога снова и снова. Конечно, кому не нужен мозгоправ после такого количества пережитого стресса? — Я очень хочу, чтобы ты помог мне, Пит, — репер видит как на лице комика сменяются несколько десятков различных эмоций. Если он немного напряжётся, то сможет отличить каждую из них. — Почему? — Кажется кареглазый сейчас думает, что это побочный эффект от травки, хотя с такого количества так вставлять не должно. Не до таких красочных галлюцинаций. — Потому что ты лучше всех расскажешь правду. То, что я ненавижу себя - не значит, что я не доверяю себе. — Колсон слабо улыбается, видя как Пит прикусывает губу. Да и его собственное дыхание учащается от волнения. Но Пит всегда считал Колсона смелым. Гораздо более смелым, чем он сам. — Что-то в тебе точно есть.. как минимум потому, что ты перевоспитал такого упёртого мудака, как я. Почти дважды, — Колсон наконец слышит чужой смех и расслабляется. Кажется, у него (быть того не может) получилось сделать всё правильно. Он чувствует лёгкую гордыню, но не спешит пресекать её в себе. Заслужил. Как ни крути, а это был достаточно большой шаг. — Ты говорил, что хотел посмотреть город, — комик придвигается ближе, смотря на мужа безумно теплым взглядом, — Я могу показать те места, где мы обычно бывали вместе.. Может ты вспомнишь что-нибудь?.. — Он предполагает, уже придумывая тысячу вариантов, куда поведёт Колсона. Но всё равно будто спрашивает разрешения на свои действия. — Я весь твой, — Колсон одобрительно кивает, не задумываясь о пошлом звучании этой фразы. Прямо сейчас он действительно готов последовать за этим парнем куда угодно на край света.