Помощь

      — Мне нужна твоя помощь, — едва ли не женский голос произнес столь прекрасные слова в адрес Блэк Хэта.       — Неужели, мой маленький братец?       Закинув ноги на стол и докуривая сигарету, Блэк Хэт не без удовольствия смотрел, как Уайт Хэт мялся на месте, заламывая пальцы. Его родная кровь — белокожее создание, не имеющее никаких сходных черт с самим дьяволом в характере, само воплощение чистоты, одетое в бело-голубой костюм, самый младший из их рода пришел к нему за помощью. Они не часто могли так встретиться — вражда света и тьмы не позволяла вот так пересечься и поболтать.       Его братец был наивен (он часто называл его "братцем", таким образом указывая на место самого младшего и неопытного), порой на уровне маленького ребенка, верящего во все чудеса, которые только можно. Хотя судить его за это не стоит, он должен быть таким — восприимчивым и чувствительным ко всему и всем, сострадая каждому живому существу. Блэка от этого колбасило до невыносимой головной боли, когда брат тащил в своих руках ободранного котенка, порой желая заставить взглянуть тому в кристально нежные, полные любви, глаза, убив животное, которое он спас. Быть может он созерцал бы, как рухнет в его лице мирок, полный надежд и счастья, как ранимая душа разорвется на части. Но Блэк понимал, что это бессмысленно, ведь этот мир снова оживёт, падёт, и снова оживёт. Добро и зло идут рука об руку, где свет, там и тень — слова, которые порой раздражали его, но знал, что по-другому невозможно. Это единственное, что он принимал на свой счёт.       Под стать своему возрасту (а это почти два десятка тысяч лет) телосложение Уайта отличалось во многом от тела старшего. Не такие широкие плечи, из-за чего талия зрительно не выделялась, мускулатуры почти нет, бёдра были похожи на недоразвитые женские. Конечно, Уайту ещё расти и расти, чтобы приблизиться к такому телу, как у Блэка. Крепкое, прекрасно сложенное и чертовски привлекательное. Даже через красную рубашку можно было просмотреть линии грудных мышц, мышц пресса и спины. А самое главное — полностью развиты кости крыльев — результат его полного взросления. А у братца были только зачатки. Но юное тело растёт, скоро и он сможет цеплять своим телом всех желающих и не желающих его. Хотя не столько тело, сколько его душа располагала к нему человека. Добряк, души не чаявший ни в чем, да и ещё с красивым телом — ужасающая редкость.       — Ты хочешь, чтобы я помог тебе в твоем бизнесе по распространению добра? — усмехнулся он, затягиваясь и ждя, когда же тот наконец ответит ему, зачем пришел, прикусывая губу от выражения лица брата, полностью посиневшего от смущения.       — Нет, у меня к тебе… , — тот резко выдохнул и вдохнул полной грудью, — ... вопрос личного характера.       — Не понимаю.       — Ты всё понимаешь.       — Я не читаю мысли, — рассмеялся Блэк, — из тебя как из трупа слова вытягивать.       — Ты просто хочешь унизить меня, — уже нервно Уайт кусал губы, пытаясь не отвечать прямо.       — Братец, —вздохнул он, направляя облако сигаретного дыма тому в лицо, — я оказываю услуги, а чтобы их оказать, мне нужно знать, чего хочет мой клиент. Я снисходителен к тебе, так как ты моя родная кровь, а так я бы выгнал тебя отсюда. Не стесняйся, в этом кабинете звучало столько всего, что тебе и не снилось подобное, ты так невинен, — Блэк улыбнулся произнесенным собой же словам и снова затянулся, — твой вопрос подобен ребенку, просящему сладости. Я пытаюсь тебе намекнуть, чтобы ты ответил на мой вопрос.       Пара секунд прошла в молчании, тот курил, а Уайт уперся пальцами в белоснежных перчатках на край столешницы, за которым в развалку сидел дьявол. И тут как гром среди ясного неба прозвучал единственный вопрос.       — Ты ведь знаешь, как соблазнить человека? — Блэк замер с улыбкой на лице и сигаретой в зубах.       Кабинет пронзил громкий смех Блэк Хэта, чуть ли не задыхающегося от него. Боже, у его братца кто-то появился! А он уж думал, что тот навсегда останется демоном-одиночкой. Уайт тут же пожалел, что всё рассказал своему брату. Он чувствовал себя опозоренным. У того было много женщин и мужчин даже в младшем возрасте. А он только сейчас воспылал к человеку, причем к парню, что его мало волновало. Он всё хотел попытаться сблизиться с ним именно в понимании плотских ощущений, но не знал, как это сделать. Вот и обратился за помощью у брату, который чуть ли по полу не катался от смеха, всё ещё держа в зубах сигарету.       — Ты не шутишь? — тому, видимо, было мало смеха или он оглох, поэтому переспросил.       — Знаешь, как мне далось вот это всё сказать тебе, мой старший брат? — прямое обращение для Блэка было предупреждением, поэтому он успокоился и уселся в кресло, складывая руки на столе, показывая, что тот готов слушать. Брат потихоньку начал закипать от раздражения, и, если провоцировать и дальше, Блэк знал, что тот придет в ярость, которая по силе не уступает его собственной. Они оба страшны в гневе.       — Неужели мой братец возжелал кого-то? Я даже рад за тебя, — дьявол положил голову на руку и хитро улыбнулся, — это мужчина?       — Да, — коротко ответил Уайт, всё ещё синея от смущения и постепенно уходящей злости.       — Как удивительно, я тоже впервые занялся сексом с мужчиной, — он облизнулся, начиная ерзать в кресле, — и последним тоже остаётся мужчина.       — Тебе не стыдно возбуждаться, когда перед тобой брат, рассказывающий самое сокровенное? — явно скромность начала его покидать, и диалог принимал другой оборот.       — Ничего не могу с собой поделать. Когда у тебя тоже случится первый секс, ты тоже окажешься в таком же положении, как и я. К счастью, я могу себя сдерживать, поэтому говори, что конкретно ты хочешь от меня, пока я не сорвался с цепи.       — Можешь дать совет… как… ну, чтобы человек…       — Не ходи вокруг да около, братец, — почему-то сигареты заканчивались быстро.       — Ну, чтобы человек, когда увидел меня, он…       — Возбудился? — все-таки вытягивать слова из него не вариант, поэтому Блэк закончил предложение, и тот кивнул, уводя взгляд от брата.       — Ты сразу пошёл по прямой… Я думал у тебя будут ухаживания по типу прогулок в парке и подарков. Но этот вариант куда эффективнее. Только если бы у тебя было тело как у меня, — он расстегнул верхнюю пуговицу рубашки, Уайт возмущенно ударил ладонью по столу.       — И что ты мне предлагаешь? Ждать ещё четыре тысячи лет?       — Есть другой вариант.       — И какой же? — не в терпении тот спросил.       — А вот это уже и оказание твоей услуги, — дьявол шикнул на братца змеиным языком и поднялся с кресла, наклоняясь к тому и опираясь руками на стол, — и ты, как и любой клиент, должен оплатить его.       — Сколько? — на это Блэк посмеялся и приблизился к самому белоснежному лицу.       — Нет, с тебя я денег не возьму, — на грудь Уайта Блэк положил свою руку и нежно провёл ей до самого низа, — расплатись своим телом.       — Ты с ума сошёл! — крикнул тот, толкая брата обратно в кресло, — как ты себе это представляешь! Я тебе не кукла, которой можно воспользоваться!       — Ну что ты так разгорячился, братец мой? — Блэк ожидал такой исход, что можно ожидать от того, кто ни разу не вступал в половую связь? — разве не ты сам пришёл ко мне за помощью, понимая, что в качестве платы я могу взять не только деньги?       — И у тебя так со всеми клиентами?       — Я беру деньги с тех, кто мне не интересен. Намек понял, братец? Давай выпьем.       Тут же на столе появилась бутылка и два бокала. Блэк налил сначала себе, а потом и брату, хотя тот ой как отнекивался.       — То есть на твою помощь мне не расчитывать?       — Разве я отказываю тебе? Я всего лишь назвал свою цену, и согласно сделке ты должен заплатить. Ты можешь отказаться, тогда ты сейчас можешь развернуться и идти к себе домой, разочаровавшись в том, что не смог найти решение, как соблазнить своего партнера.       — Значит, я найду другой способ, — Уайт возразил.       — Значит, тебе придется найти настоящего ловеласа. Не уверен, что когда-то существовал человек, превосходящий в соблазнении даже меня. Ты его не найдешь, а я могу тебе рассказать всё, что знаю и умею. Твой старший брат готов протянуть тебе руку помощи, если ты согласишься конечно. Мне будет жаль твоего мужчину, если ты откажешься.       Уайт знал, что это тупик, у него нет другого выбора. Блэк намного опытней его, да к тому же это его родной брат. Пусть они и враждовали тысячи лет, порой они сходятся в своих убеждениях. Старший уже знал, что склоняет младшего на свою сторону, и ему не потребовалось сверхъестественных махинаций, чтобы убедить Уайта в том, что только он поможет ему с его проблемой.       — Ты до сих пор возбужден? — спросил Уайт, беря бокал со стола.       — Невероятно. И это очень больно — не получать удовлетворения, — Блэк выглядел так, словно выжил после передоза: расширенный зрачок на весь красный, налитый кровью, глаз, с нижней губы тянулась нить густой слюны.       — Только не говори, что это моя вина,что вы глядишь так, как будто тебе треснули по голове.       — Вся вина на тебе, братец, — у того уже дрожали ноги от напряжения в паху, — у меня колом стоит от мысли заняться с тобой чертовски приятным сексом. Уж прими больные фантазии своего брата.       Да Уайт не сомневался насчет его мыслей. Блэк — один большой порок, смесь всех грехов, и ему свойственно потакать себе в удовольствии. Уайта выгораживало из себя полное бесстыдство его брата, настолько, что он закипал от зависти того, что тот мог делать и говорить то, что он хочет, не боясь чужого мнения. Уайту этого не хватало, на его душе стало как-то погано. Блэк это заметил и ударил свой бокал о бокал другого, вырывая из раздумий.       — Ты погрустнел, братец? Я тебя обидел? — Блэк отпил из бокала.       — Напиток смерти? Специально выбрал мой любимый? — спросил он, раскачивая бокал и вдыхая пары хлора из него.       — Ты его просто обожаешь! Он срубает наповал, — так радостно дьявол произнёс это, словно уже его кинуло в дурман, — я помню, как ты выпил всю бутылку за раз, как тебя ещё на секс не потянуло? Меня сразу после первого бокала в оргию затянуло…       — Тебе на зачем сдерживать свои желания, у дьявола нет совести.       — И то верно, — почему-то эти слова так больно ударили в голову, но он решил проигнорировать это, направив свои мысли на то, чтобы Уайт расплатился за услугу тем, чем от так страстно хотел, — ты же не дурак, да?       — Что?       — Ты же знаешь, что представляет из себя секс? Знаешь и грезишь об этом очень долго? — Блэк, уже понимавший, что напиток ударил ему в голову, аккуратно подходил к брату и, оказавшись в шаге от него, поднял с его груди белоснежный галстук, просовывает палец в узел и развязывая его, — скажи, ты когда-нибудь мастурбировал, попутно представляя себя в сексе? Ты был бы сверху или снизу? Был бы твой партнёр с крепким или хрупким телосложением? Как бы он стонал: громко, тихо или молчал, или чередовал стоны со словами: "Ещё, Уайт", " Да, вот здесь", "Ты такой нежный"?       — Раз уж твой язык как помело, то мне утаивать нечего, поэтому я отвечу да, — Как Уайт был смущен последними словами, произнесенными Блэком пару секунд назад. Лицо посинело не в первый раз за их разговор.       — Прекрасно, а подумай, что твой мужчина мог бы говорить эти слова, — Блэк нагло стянул развязанный галстук и кинул его на пол, —подумай о его выражении лица, когда ты вставляешь в него свой член, он бы явно прикусил губы и свёл брови от наслаждения. Представь его лицо, когда он будет кончать не первый раз, какой в его глазах будет блеск, — рука расстегнула первую пуговицу, Уайт стоял в недоумении и допивал остатки из бокала, — подумай о ваших стонах, как вы будете ласкать друг друга как сумасшедшие, как ты будешь по-животному иметь своего возлюбленного во всех позах… Ах! Тут Блэк отшатнулся и схватился за край стола. Уайт увидел, как брат прикусил губу и свёл дрожащие ноги вместе, немного присев и выпячивая свой зад. Было видно, как брюки сильно намокли и натянулись, это было невозможно скрыть.       — Что с тобой? — спросил Уайт.       — Я так возбудился от своих же слов, что уже не могу терпеть. Неужели ты не видишь, как твой старший брат страдает?       — По-моему, тебе это приносит кайф — тереть бёдра друг о друга, чтобы получить удовольствие.       — И тебе тоже, твой член тоже хочет внимания, — дьявол усмехнулся и, выпустив коготь, задел молнию на белых брюках, поскрябывая по ней, — я продвинулся в своей цели убедить тебя переспать со мной.       — Ты так думаешь?       — Я это знаю, — Блэк залез на стол, сжав ноги вместе, и погладил себя по бёдрам, испуская дрожащий стон в потолок. Уайт Хэт терял терпение, вдыхая сладковатый аромат — феромоны его старшего брата.       — Ты возбудился от мыслей быть снизу? — спросил Уайт, подхода к столу и беря брата за голову, — я думал, что ты главенствуешь в сексе.       — Быть главным, конечно, приятно, но ещё лучше — лежать и стонать, пока тебя долбит кто-то другой.       — И тебе много это даёт?       — Не представляешь, как много, мой маленький, неопытный братец, — Блэк расположил свои ноги на талии брата несмотря на то, что между ног всё ныло до невозможности. С губ обоих стекала слюна, которую слизывали языки, находящиеся так близко друг от друга— у тебя очень красивые глазки. Как бы они выглядели в момент того, когда бы ты кончал в любимого человека?       — И зачем это всё? — тот, залезая под голубую рубашку и лапая не сформировавшуюся грудь, потянулся к уху другого и нежно шепнул.       — Чтобы ты понял, до какого состояния ты должен довести своего возлюбленного, чтобы у него так же стоял. Чтобы ты понял, на какие места надавить, чтобы человек возбудился лишь при одном взгляде в твою сторону.       — Как я понимаю, не выполнена только моя часть сделки?       — Порой твоя сообразительность меня заводит…       — Сэр, простите за внезапный визит… , — доктор Флег вбежал в кабинет и тут же замер. Начальник, опираясь на локоть и обжимая талию брата ногами, слизывал слюну с губ, извивался от возбуждения. Блэк заметил своего сотрудника и медленно повернул голову в его сторону, проклиная себя за то, что его прекрасная улыбка дрогнула, когда он увидел Флега, наблюдающего за тем, как начальник развлекается со своим братом, — я зайду позже…       — Что это было, Блэк?       — Ничего, сделай вид, что ничего не увидел, — Блэк полез расстегивать голубую рубашку, но его остановили.       — Ты тоже с ним спал?       — Сплю с ним до сих пор.       — Сколько?       — Почти два года.       — И не надоел?       — Нет, и не надоест.       Не желая больше терпеть, Блэк сорвал с себя брюки и простонал, когда воздух кабинета коснулся его мокрого члена, подергиваюшегося от удовольствия. Рука скользнула по органу и начала быстро двигаться, заставляя Блэка застонать снова и прогнуться в спине.       — Боже, Уайт, не медли! — его раздражала медлительность брата. Блэк в любую секунду кончит, а тот ещё брюки не снял.       — Да… , — всё, что он сказал и начал стягивать низ одежды. Из брюк выскочил большой, твёрдый член, больше, чем у самого Блэка. Гладкая, толстая головка, с которой стекает предъэякулят по такой же толстой длине члена, ребристый от распухших артерий и вен. Во рту Блэка внезапно пересохло, и он замкнул свой взгляд на большом половом органе, от чего его брат смутился.       — Почему ты никогда не говорил, что у тебя такой огромный член? Знаешь, как трудно на такой насадиться?       — Но тебе нравится то, что ты видишь. Или это самый большой член за всю твою жизнь? — язвил Уайт, наблюдая, как одна из рук его брата уползла между ног, ниже члена.       — Ты осмелел. Надеюсь, ты и дальше будет продолжать в том же духе, тогда я смогу вдоволь насладиться, — Блэк зажмурил свой видимый глаз, проталкивая пальцы внутрь себя — и насчёт члена ты пока что прав. Не думал, что у моего братца такой мощный елдак.       Блэк дал себе насладиться мастурбацией всего пару минут, потому что вид огромного стояка не давал ему покоя. Лишь фантазия о том, как в него проникнет член его младшего братца, возбуждала его, чуть ли не сразу доводя до оргазма. Пальцы четко надавливали на простату, от чего всё плыло в глазах. Он трахал себя рукой, пока братец лишь смотрел на это и поглаживал себя. Но ему нельзя кончать. Если он это сделает, то он не получит член внутрь, а это то, чего он добивался последний час — быть трахнутым на рабочем столе своим родным братом.       Когда ноги стали дрожать от удовольствия, он вытащил из себя пальцы, недовольно мыча. Перекатившись на колени и слегка отодвинувшись, чтобы голова была на нужном уровне, Блэк уперся лицом в пах брата, вдыхая восхитительный запах молодого тела, которое вот-вот познает все прелести секса. Аромат телесных жидкостей — пота, смазки и феромонов, отдававших душистым запахом, — приводил его в полный восторг. Когда-то он тоже так пах, но сейчас запах взрослого мужского тела сольется с с тонким ароматом его брата, даря потрясающее наслаждение. Нужно лишь только соединить их тела, и тогда… Ах, Блэк не хочет больше думать, он хочет действовать, здесь и сейчас!       — Тебе ведь никогда не делали минет, да? — голос старшего исказился от нахлынувшего возбуждения, голосовые связки словно набухли и отяжелели от густого, как мед, воздуха.       — Никогда…, — выдохнул Уайт, глотая слюну. Вид его старшего брата, снимающего рубашку с галстуком, будоражил его нервы, чего он никогда не испытывал. Это приятное, тянущее чувство в груди, сердце, между ног захватывало мозг, желая лишь одного — горячего, как лава, оргазма, что накроет с головой.       — Твой член уже на пределе, если я сейчас попытаюсь взять его в рот, то ты непременно кончишь слишком быстро. А я не хочу, чтобы веселье так быстро заканчивалось… , — Блэк взял Уайта за руку и подвёл её к себе между ног, — поэтому сейчас ты немного приласкаешь меня. Свой член ты знаешь, как гладить, но чужой — совсем другое дело.       Держать чужой половой орган в ладони для Уайта было странным. У него другая текстура кожи, более нежная, чуть ребристая головка. Младший застыл, как олень в свете фар: он не знает, что ему делать. Пока брат устраивается на коленях, уже почерневшие от долгого сидения на столе, он пытается что-то придумать, начать двигать рукой так, как он делает на своём члене. Тут его перехватил старший и положил свою руку на его. И медленно, с определённым ритмом, начал двигать ею.       — Всегда помни, что головка — самое чувствительное место. Ты можешь как ласкать, так и дразнить, — поднимаясь чуть выше рукой, Блэк оставил ладонь на кончике члена, — попробуй сделать мне приятно.       Слегка нерешительно тот принялся покачивать рукой. В ответ на это брат прижался своим потным лицом к его груди, прикусывая ткань рубашки. Видимо, он неплохо справляется, если Блэк со всей силы прижимал Уайта к себе, просовывая язык в дырки между пуговицами рубашки и облизывая белую кожу. Восхищению не было предела, младший стоял перед старшим, одной рукой скользя по члену, не зная, куда деть вторую. Это его сильно волновало, Блэк это заметил и, неохотно остановясь, взял того за свободную руку.       — Ты можешь трогать не только мой член, но и мой зад, братец. Дай себе волю насладиться властью в полной мере. Покажи мне, что ты можешь мною управлять, — задорно выдохнул Блэк, снимая с брата пальто и рубашку, — овладей мною, Уайт!       Вот оно что. Власть. То, чем упивается его брат. Контроль над его телом и разумом. Его настоящая страсть, от которой он сходит с ума. Светящийся алым глаз тому подтверждение, брат почти доведён до предела.       — Н-но я не могу… Я-я не знаю, что делать…       — Ты знаешь, но боишься! Давай, выпусти своего зверя, который лежит внутри каждого из нашего рода! И ты поймёшь, каково истинное наслаждение от секса! Ну же, давай, пусть и твой мужчина подчинится тебе, как и я!       Кончики пальцев похолодели, а тело Уайта прошибло сильной, сладкой дрожью, от которой плеснуло жаром по спине. Видя своего брата таким сумасшедшими, полным желания поглотить тонну удовольствия, младший положил свою свободную руку на горло другого и откинул голову максимально насколько это было возможным. Пальцы сами начали сжимать его, Блэк начал задыхаться. Приблизившись к лицу старшего, Уайт заглянул в его глаза, часто моргающие и в тоже время слезящиеся, но такие благодарные и покорные. Попытки стащить крепкую ладонь Уайта с горла даже и не зарождались в голове Блэка, он не посмеет лишить себя такого наслаждения, когда уже находится на грани.       — Я всё правильно делаю? — спросил Уайт, сжимая не только горло брата, но и его член, который на удивление стал ещё твёрже.       — Д-да… , — всё, что он смог прокряхтеть.       Глаза братьев светятся, как огни, от удовольствия. Блэк был заворожен синим свечением из глаза другого, будучи в восторге оттого, что Уайт пробудил в себе зверя, готового подчинять себе полностью. Борозды на горле останутся, как плата за услугу, а яркий оргазм — как самый лакомый ее кусок. Кусок, ради которого он извивается от жара на рабочем столе, прося сжать горло еще сильнее, а головку члена трогать пальцами грубее. А взгляд брата лишь и отвечал: "да, конечно, мой старший брат", топя его в безумстве. Блэк обнимает брата и, почти целуя, начинает равно стонать тому в рот, дрожа от наступающего пика.       — Ах, Уайт… ! — Блэк не выдерживает и кончает, вжимаясь в грудь младшего брата, чувствуя, как руки другого обняли за талию, а ладони спустились к ягодицам, кожей ощущая тряску после оргазма.       — Тебе понравилось? — спросил Уайт, но ему не ответили, старший был не в состоянии отойти от удовольствия, которое он испытал пару секунд назад. У него давно не было такого, чтобы он сошёл с ума оттого, что ему просто дрочат, попутно душив. Он конечно ожидал приятных ощущений, но не мог предугадать, что будет стонать на весь кабинет от ласк девственных пальцев братца. Видимо у них в роду все такие такие умельцы доставлять наслаждение, даже ни разу не занявшись сексом. Горло болит, но эта боль приятна, член, слегка опустившийся, ещё чувствителен, поэтому Блэк медленно раскачивается и трется о живот брата, ловя последние капли удовольствия.       — Чертовски понравилось, — все-таки отвечает он, укладывая свою голову на плечо брата, — это было лучше, чем секс с моим подчиненным. Ты меня свёл с ума этой безумной дрочкой. Никогда бы не подумал, что мой брат когда-нибудь доведет меня до такого восторга. Уайт, надеюсь ты запомнил, как должен стонать твой мужчина?       — Да… , — Уайт умирал от смущения. Блэк лежал на его груди, обнимая за спину. Весь потный, но такой довольный, почти что мурлычет, — мой старший брат хорошо сумел меня научить.       — Ты же не думаешь, что мы закончили? Ты удовлетворял меня, чтобы ты чуть-чуть забыл о своем стояке. Теперь я должен тебя приласкать.       Как ни в чем не бывало Блэк отцепился от брата и нагнулся. Член брата слегка опустился, а смазка высохла, но он всё ещё стоял, слегка подергиваясь. Головка органа была в нескольких миллиметрах от губ брата, что дало ему почувствовать тонкий пушок над верхней губой. Из уретры показалась маленькая капелька смазки, которая потекла на крупную головку, оставляя влажный след, и покатилась по низу члена. В паху Блэка опять всё сладко заныло, а сам он сплюнул себе на пальцы и вымазал губы в собственной слюне.       — Обычно я не смазываю свой рот, но твой орган довольно большой. Я хочу, чтобы я насадился на него безо всяких проблем, — Блэк прислонился губами к основанию члена и повел вверх, задерживаясь, чтобы нижней губой погладить тонкую уздечку, — а твоему малышу нравятся мои губы, он даже смазки для них не жалеет, лишь бы они гладили его.       Уайт закрыл тыльной стороной ладони своё посиневшее лицо, дабы ещё больше не смущаться. И откуда его брат набрался таких слов!       — Людей всегда заботит чужая жизнь, а особенно половая жизнь. Люди любят смотреть, как другие занимаются сексом, и это их возбуждает. А потом это начали снимать на камеру и назвали это — порно. Оно бывает разным: от нежной мастурбации утром до жестких оргий. Минет — один из способов доставить удовольствие. Но в порно это способ преподносят отвратительно. Ужасная техника, в которой приятно только главному мужчине. Мерзко видеть, как принимающий партнер против своей воли подавляет рвотный рефлекс, дабы засунуть член поглубже. Так что тот, кто говорит, что в порно видно только качественный минет — идиоты. Ты ведь интересовался порно хотя бы раз? — Уайт смущенно кивнул.       — Я хочу показать тебе, как должен выглядеть идеальный минет, который приносит удовольствие обоим партнёрам.       Блэк опять смазал свои губы слюной и провёл ими по мокрой головке. Она заметно дёрнулась от ласки, и Блэк не спеша обхватил её ртом и мягко сжал. Уже пульсирует, такая горячая и нуждающаяся, что брат начал двигать губами на ней, повторяя ее контуры и наслаждаясь её жаром. Белые бёдра дернулись вперёд, желая пропустить член глубже в рот, но старший всё так же ласкал только головку, хотя он видел, как Уайт изнывал от мучительно медленного темпа, от которого удовольствие пробивало всё тело насквозь, заставляя расплакаться. Это граничило с самой настоящей болью, когда хочется быстро кончить, но не получается. Конечно, дрочка не даст такого наслаждения, потому что человек сам контролирует себя, но порой остановиться невозможно, и пик накрывает слишком быстро. Когда Уайт простонал — Блэк отпустил орган, оставляя брата вопить от неудовлетворенности.       — Б-блэк, почему ты остановился? Я был так близок…       —Чш-ш-ш, тише, мой братец,— Блэк успокаивал младшего, гладя напряженный живот, — твой малыш так усердно хочет кончить, что мне пришлось остановиться. Но я не могу допустить, чтобы ты насладился моим ртом меньше пяти минут, — он опять посмотрел на большой половой орган, ещё сильнее подергивающийся, разбрызгивающий капли смазки с головки, — как бы я сейчас хотел опять начать сосать его и сжимать до посинения, но нужно подождать. Твой член просто прекрасен, он самый классный из всех, что я видел, и я не хочу, чтобы он кончил так быстро. Я хочу довести тебя до безумия, Уайт!       А младшему нечего было сказать. Ни сопротивляться, ни перечить он не хотел. Не в такой момент, когда хочется получить удовольствие по максимуму, пустить всё на самотёк и позволить другому делать всё, что тот пожелает. И сейчас, смотря в горящий алым глаз, он понимает: не нужно лишних слов, просто принимай ласку и получай кайф. Смотри, как брат делает тебе минет, и представляй своего возлюбленного.       — Порой ты такой глупенький, Уайт, — старший прикоснулся своей щекой ко всей длине члена и, чувствуя распухшие венки, прошёлся по каждой из них, языком надавливая только на основание, чтобы вдруг не спровоцировать новую порцию возбуждения, — а порой и понимаешь меня безо всяких слов.       — Мой член действительно лучше, чем у твоего верного подчинённого?       —... А сам ты как думаешь?       — Я не знаю, — Блэка передернуло от ответа, — тебе ведь есть, что сказать. Ты стесняешься?       Блэк оторвался от столь увлекательного процесса, чтобы посмотреть на Уайта. Легкая улыбка, не скрывающая превосходства, заставила старшего брата смутиться.       — Не думал, что будем поднимать эту тему. Скажу, чтобы ты отстал от меня: когда он подставляет свой член к моим губам, он каждый раз смотрит на меня своими нежными серыми глазками. И я не могу не удовлетворить его, ведь он это делает, зная, что я могу порой и отказать ему. Он хочет, когда хочу я.       — Он не безразличен тебе, — Уайт обнял лицо брата, — возможно, вы оба даже дышите друг к другу симпатией…       — Надеюсь, мой ответ тебя удовлетворил. Дай мне продолжить своё дело.       Сухой, полный пустоты, ответ. Но Уайт лишь улыбнулся. Значит, у его брата есть не только чувство страсти, но и привязанности. Мысли о том, что Блэк может просто любить, рождались и таяли в его голове, брат не позволял зайти в его раздумьях далеко. И снова жар, потому что Блэк начал ласкать его член. Заглатывать чуть дальше головки, тем самым давая коснуться ребристого неба внутри рта самым кончиком органа. Неровное, чуть грубоватое, оно дразнило ещё сильнее, и хлынула дрожь, которую заметил Блэк, и он обнял бедра с двух сторон. Старшему брату нравилось, что младший полностью расслабился и отдался в его руки. Сам он погрузили в это действие с головой, наслаждаясь тем, что отсасывает Уайту. Так медленно, нежно, чтобы растянуть наслаждение на как можно дольше. Губы начинают неметь, а челюсть побаливать, но эта боль несравнима с тем блаженством, которое приносит член брата в его глотке. Большой, твёрдый, так отчаянно желающий пройти глубже, до горла. Но ему пока не позволено. Чтобы немного помучать Уайта, Блэк отпускает орган, под недовольные стоны, ставит язык на головку, а губами снова сжимает орган. Техника довольно сложная, без опыта тут не обойтись, но удовольствие от сжатия губ и давления языка делают своё дело: братец поддается вперед, стискивая руки на столе и мыча что-то вроде "... Ещё!... ". Конечно, старший брат не позволит младшему остаться неудовлетворенным. Он сосёт, чтобы увидеть, как Уайт будет кричать от самого лучшего оргазма в своей жизни. Громко, не стесняясь своих стонов… Его подчиненный тоже так делает. Его учёный, его Кенни, к которому он так привязался. Только ему Блэк позволяет спускать сперму в рот. Только с ним секс всегда головокружительный, только его руки могут причинять нестерпимую боль и превращать в наслаждение. Его мальчик, который выглядит так молодо и такой раразвратный и нежный внутри. Только он может пренебречь своим желанием нежного секса и дать Блэку самого жесткого траха, который только существует. И когда он просит заняться сексом… нет, любовью, Блэк не в силах сказать нет, потому что желает его всегда.       Рот болит, язык онемел, а брат всё не кончает, только стонет. Это ему нравится, пора и взять в рот побольше. Ни с того ни с сего Блэк снова отодвигается от члена, чтобы заглотнуть воздуха.       — Блэк, прошу, я уже на пределе… , — Уайт всеми силами сдерживается, чтобы не схватиться рукой за член и начать дрочить.       — Заткнись, Уайт..., — взвизгнул старший, развалившись на столе и раздвинув ноги.       Он не выдержал. Ему стало плевать на то, что младший в недоумении глазел на него, он смочил два своих пальца и резко ввёл внутрь себя, выгибаясь. Блэку стало глубоко плевать, что он не довёл младшего до пика, сейчас его волновали мысли о Флеге, его учёном. О его руках, волосах, запахе, члене… Ах, как ему сразу становится так хорошо от ритма, который он выдерживал до последнего, когда Блэк выл и хныкал от удовольствия, крича: "...Умоляю, Кенни, быстрее!...". Как бы он хотел, чтобы Флег прибежал в кабинет и взял его прямо на рабочем столе! Он уже на пределе, пальцы внутри ласкали чувствительную точку, из раза в раз останавливаясь, когда он балансировал на самом пике наслаждения, тело трясет от удовольствия, которое проникает в каждую клеточку его существа. И только Уайт сможет удовлетворить его желание с помощью своего члена. Ноги поджимаются к груди, а сам он подползает чуть ближе к брату, чтобы взять его за руку.       — Смочи два пальца и вставь в меня, — всё, чего Блэк просил на этот момент. Тот опешил.       — А? Ты хочешь…       — Да, черт возьми, братец! Не тупи в такой момент, — Блэк прикусил губу от своих слов и добавил чуть мягкое, — прошу тебя…       Настроив себя на другой процесс, Уайт взял старшего за бедра, гладя их и впитывая жар кожи, опускался ниже. Блэк закинул ноги тому на плечи, слегка дергаясь от того, что уперся в мокрые пальцы брата, и взял того за ладонь.       — Аккуратно надави на это место, — белые пальцы проникли чуть внутрь, — и так же введи их в меня.       Уайт послушался, и пальцы протолкнулись дальше, до упора. Они встретились с жаром и узостью внутри, что было крайне необычным. Блэк глубоко выдохнул и развёл ноги чуть шире.       — Чувствуешь небольшой бугорок внутри? — Уайт кивнул, — согни свои пальцы… Нет, не так грубо, Уайт! Нежнее!... Да, вот так, плавно надавливай на это место, Ах! Теперь можешь двигать пальцами…Только аккуратно, братец…       Младший легонько выводил и вводил пальцы и каждый раз, когда вставлял в брата, видел, как тот хнычет, закрывая рот тыльной стороной руки, а голени сжимают его шею. Он боялся сделать больно старшему, поэтому медленно двигался, чтобы сделать Блэку только приятно. Внутри брата горячо и скользко, надавливать на бугорочек внутри было легко, но чуть сильнее надавишь — будет больно. Уайт понял, что Блэк кончает только от грубого обращения с собой, но сейчас он развалился на столе и, закидывая голову и зажмуриваясь, просто принимал ласку братца, хрипло умоляя стать хоть чуть грубее. Его член давно захотел внимания чужой руки, он истекал смазкой, которая оставляя пятна на сером животе, и подергивался, умоляя взять его в чью-то руку и начать дрочить. Уайт потянулся к органу и только задел указательным пальцем его головку, был встречен рукой брата, сжавшего ее.       — Нет, не трогай… Ах! Я не выдержу этого и кончу раньше времени! — вскрикнул Блэк, голова которого упала на стол, а бедра сдвинулись сильнее, сжимая голову брата.       — Но ты ведь хочешь…       — Мало ли что хочет мой член! А я хочу тебя и твоего малыша… ! Достаточно, — старший остановил того, — я не могу больше терпеть. Войди в меня, Уайт!       От таких сладких слов член Уайта напрягся, ведь совсем скоро он попадет туда, где горячо и приятно. Взяв орган в руку, он приставил его к дырочке брата, в которой ещё совсем недавно были его пальцы, и толкнулся, слишком резко. Блэк закричал от боли и ударил того по руке.       — Стой, дурак! Ты же не куклу собрался трахать! Вытащи его из меня! Уайт испугался.       — П-прости, я не хотел…       — Твой член огромный, а пользоваться ты им не умеешь. Запомни одно: никогда не вставляй его со всего размаха, если не хочешь крови. Дай я всё сам сделаю, сядь в кресло.       Оказавшись в нём, Уайт видел, как Блэк, чуть споткнувшись, подошёл к нему и, встав на кресло коленями, обхватил его шею и выпрямил туловище над членом брата. Взяв орган в руку, Блэк несколько раз покачал его в руке, чтобы выступила смазка, и медленно стал садиться на него. Крупная головка раздвинула его вход и просунулась дальше. И брат широко открыл рот, пытаясь вдохнуть воздуха, когда орган сразу же задел простату и прошёл ещё дальше.       — У-уайт, твой член просто бесподобен! — воскликнул он, обнимая брата, — он так глубоко вошел в меня, куда не входил еще ни один член! Пожалуйста, ты можешь меня поднять? —       Уайт подставил руки под копчик старшего и встал с кресла. Это движение заставило член толкнуться в него снова, и прямо в ухо младшего Блэк простонал, сжимая спину другого.       — Уложи меня обратно на стол, — мгновенное серая спина встретилась с чуть прохладным столом, — теперь медленно двигайся.       Уайт никогда не видел такого выражения лица у своего брата. Глаз сладко прикрыт под опущенной бровью, а на губах не то улыбка, не то волнение, выраженное в их подергивание. Сейчас перед ним не существо, способное покорить галактики по одному лишь своему желанию, а родной брат, распластавшийся на столе, погрузившийся в омуты своих удовольствий. Он не капризничает, не кричит и не шлёт Уайта на всех знакомых ему языках, он просто лежит безвольным телом, которое готово отдаться в руки другого ради достижения своих желаний. Блэк добровольно дал взять себя на рабочем столе, снял с себя ответственность за действия, честь и право называться "Лордом", ведь всё, что он хочет — получить свой заслуженный оргазм, которого он добивался почти час. Как низко и в тоже время прекрасно! Забыть о своем положении, статусе и принципах и пустить себя на волю своим желаниям — так поступает только истинный дьявол! Его брат тяжело дышит, как собака, впивает когти в руку Уайта, раздирает нижнюю губу до синяков, но покорно просит одним взглядом: "Хочу-хочу! Дай ещё!". А тому ничего и не нужно кроме как подчиниться старшему.       Глаза горят синим и красным. Внутри Блэка так хорошо, что отдаёт зажмуриванием и хочется ускориться в темпе. Приятное давление вокруг головки просто не поддается описанию: она так хорошо трется внутри тела его братца, так гладко и нежно проходит по бугорочку, отчего Блэк закидывает голову. Но он помнит, что сейчас нельзя, пока старший не позволит, поэтому он толкается медленно, выходя всего на пару сантиметров, чтобы снова плавно войти. Уайт опирается на локти, потому что сил держать руки вытянутыми нет, вслепую хватается за грудь брата и дышит тому в подставленную щеку. На его потной шее замком сцепляются руки Блэка, он выгибается так сильно, что плоский подтянутый живот соприкасается с животом Уайта, а бедра сжимают пояс брата до синяков на пепельной коже. Перед глазами — мешанина цветов, какие-то пятна, потому что они отказываются разглядывать картинку перед собой, они хотят закатиться кверху от наслаждения, в ушах — дыхание его и брата, а внизу — короткие толчки, тихие звуки смазки, хлюпающей между их телами. Трясущейся рукой Блэк взял младшего за подбородок и повернул к себе, смотря прямо в его глаза.       — Можешь ускориться…       После этих слов старший с грохотом упал на стол, закрыв свои глаза. Он полностью отключился от реальности, пребывая в своих фантазиях. Сейчас не Уайт имеет его на столе, а его ученый. Он прибавляет в темпе, дышит ему горло, давит на грудь. Не белоснежная рука дразнит его член, а ладонь, покрытая ожогами от химикатов, от многочисленных экспериментов. Блэк дергается так сильно, что сбивает локтем табличку со своим именем на пол, а из горла вылетает рваный крик. Он извивается, поднимается на столом, почти кусая брата за губы, и грохается на стол снова. В его фантазии Флег взял его за горло, начиная душить, а Блэк схватил ладонь младшего и перенёс себе на шею. Уайт понял просьбу и начал сжимать ладонь. Боль от борозд на коже только сильнее распаляет дьявола, он широко открывает рот и запрокидывает голову. Ему так хорошо от грубости его брата и так приятно от его члена, что не выдерживает и начинает царапать того за спину. Уайт сорвался. Он так быстро и грубо двигался, что стоны старшего брата обрывались. Блэк широко открыл глаза, из которых начали катиться слезы, и своими руками сжал ладонь брата на своей шее ещё сильнее. Блэк был на пике наслаждения, на губах было имя человека, который мог довести дьявола до экстаза. В последний раз он выгибается и прижимает голову Уайта к себе.       — Ф-флег… ! — мощнейшая дрожь поражает его тело, что аж звенит в ушах.       Яркий оргазм, подобный огню, вышибает сознание и оставляет только искры. Они колят всё тело, пока не доберутся до низа. Бедра сводит до боли, член, наконец-то получивший разрядку, слабо пульсирует, внутри растекается сперма его младшего брата.       Экстаз постепенно уходит, чувствуется холод от воздуха в кабинете. Блэк сонно моргает, Уайт падает в кресло и хрипло дышит. Спустя пару минут старший все-таки поднимается и садится на стол, жмурясь от боли внизу. Щелчок пальцев — и братья снова одеты, как ни в чем не бывало. Блэк, улыбнувшись, слез и, упершись руками по обе стороны кресла, наклонился к Уайту.       — Считай, что твоя оплата принята, братец, — он обвел указательным пальцем подбородок брата и поднял его голову, — надеюсь, это наш с тобой не последний договор.       — А я надеюсь, что ты поговоришь со своим учёным и объяснишь ему всю ситуацию, — Уайт улыбнулся, взяв брата за ладонь и поцеловал костяшки пальцев. И тут же он отхватил пощёчину от старшего брата.       — Подонок, — прошипел он.       Младший только покачал головой. Блэк снова стал ворчливым и вспыльчивым. И Уайт надеется, что Флег сможет укротить строптивый нрав его братца. У ученого есть свои козыри, как успокоить капризного дьявола, он в этом не сомневается.