Прохладный лесной ветер и грозное копье пустыни

      Сайно не выносил слез. Никогда и ничьих. Слезы - признак слабости у взрослых, у детей - испуг. Иной случий - слезы Венти. Они вызывали внутри генерала неприятные ощущения в груди. Каждый раз, когда его любимый бог заливался слезами, махаматра старался либо незаметно скрыться, что редко, но происходило, либо утешить его. Только вот генерал махаматра и утешения - вещи малосовместимые, потому он чувствовал себя беспомощным. Поэтому, когда Сайно вернулся из магазина и увидел, что Венти сидит за столом и заливается слезами, то испытал двойственное чувство: хотелось либо провалиться под землю в Каэнрию, либо убить того, кто посмел обидеть его бельчонка. Других путей матра не видел - слезы Барбатоса смываются только кровью.       - Что случилось? - осторожно спросил Сайно и подошел ближе, положив руку на хрупкое плечико барда. Венти издал душераздирающий всхлип, тыкнул пальцем в раскрытую книгу. Пробежавшись взглядом по строчкам, генерал понял, что это какая-то глупая милодрамма с несчастливым концом. Там какая-то парочка прощалась друг с другом, плавая в воде. В этом ничего особенного Сайно не увидел. Он вообще не был романтиком.       - И? - пока махаматра не совсем понимал, что именно растрогало барда. Сайно обнял Венти со спины и поцеловал в висок.       - Да несправедливо это! - выдохнул Барбатос, - Он хотел жить, но решил погибнуть ради нее - спасает ей жизнь ценой своей!       - Обычный троп в таких книжках, - пожал плечами глава матр ичуть отодвинулся от барда, чтобы взглянуть ему в глаза, - Сам же знаешь. Ну, чего ты раскис?       Венти молча на него глянул и всхлипнул носом недовольно.       - Я бы ради тебя... - начал он, но его заткнули требовательным поцелуем.       - Да фигня это - умереть во имя любви, - глубокомысленно изрек Сайно, - Вот я ради тебя живу, тебе не кажется, что это важнее?       Барбатос смотрел на него, пару раз моргнув.       - А потом? - спросил бард.       - А потом - суп с котом, - фыркнул генерал, - Я там твои любимые пирожные купил. Сейчас чайник поставлю. Будешь чай?       Бард помолчал немного, а после кивнул и стер слезы кончиком косички, - Буду!