Неси огнетушитель

— Десятиминутная готовность! — кричит режиссер. Оператор настраивает камеру. Его помощники суетятся вокруг подъемного механизма. Группа парней из подтанцовки разбирают фиолетовые банданы. Две девушки-ассистентки в наушниках носятся с бутылками воды в обеих руках, подмышками и в зубах, от мембера к мемберу. Те, в свою очередь, только что завершили сотый прогон хореографии новой песни и, тяжело дыша, восстанавливали силы. Кто-то пьет, кто-то растягивается на прохладном полу, а кто-то критично осматривает свой прикид и громко, чтобы перекричать общий гомон, возмущается: — Чонгуки, тебе не кажется, что эта моя футболка слишком длинная для такого танца? — Чимин тянет за подол, доходящей до середины бедра, белой футболки. — Да нормальная вроде, — пожимает плечами макнэ и демонстрирует край своей, торчащей из-под спортивной куртки, — у меня такая же. — Мы же сейчас будем для АРМИ снимать, — встревает Тэхён, который развалился у ног Чонгука и поглаживает его колено, — а им всё нравится. Хоть ты в костюме, хоть в футболке, хоть без. — Ой, так сейчас что, записывать будем? Уже прям окончательный вариант? — Чимин округляет глаза. — Ага, — отзывается Шуга, сидящий прижавшись спиной к зеркалу. Его длинные волосы бессовестно красиво растрепались по лицу, но Мину это, кажется, совсем не мешает, — где ты летаешь? Не слышал чтоль, что режиссер сказал? — Он же вчера день рожденья отмечал с друзьями, — вступается Хосок, — не докапывайся. Шуга только фыркает в ответ: — Отмечал вчера, а рассеянный сегодня. Не умеешь пить, Чимини, не пей. — Так, я пойду переоденусь, — решительно заявляет тот. Направляется в гардеробный отсек. Вот засада. Одежды тут не густо. Помещение редко используется в последнее время и все свои пожитки парни растащили по домам. А всё что осталось.ну такое, не впечатляет. — Возьми мою черную водолазку, — предлагает Намджун, подходя сзади, — тебе она будет в обтяг, думаю половина АРМИ с ума сойдут. — Юнги хён в черном сегодня, — качает головой Чимин, — не хочу повторяться. Да и опять начнут писать, что мы-пара и одеваемся одинаково. — Так вы-пара, — по-доброму хихикает лидер. — Дык это ж не официальная информация, — возмущается младший, — и нам велено ничем ее не подтверждать. — Ладно, — отмахнулся Намджун, — тогда вот, белый сетчатый свитер, вниз майку надень и порядок. — Слишком откровенно, — Чимин прикладывает наряд к себе и переживает о сердцах фанатов, — не хочу, чтоб вместо хорео, все смотрели только на меня. — Вот, — раздается хрипловатый голос. Намджун моментально ретируется. Юнги входит в гардеробную и вытаскивает из самого крайнего отсека, какую-то серую хламиду. Воротник узкий, как у водолазки, пройма рукава занижена до середины всей длины, по низу кофты некрасивая растянутая кромка. Шуга протягивает плечики с этим чудом прошловековой текстильной промышленности и настойчиво сует в руки Паку. — Издеваешься? — смеется тот, — даже моя бабушка такое не станет носить. — Надень, говорю, — велит Мин и коварно улыбается. Чимин прищуривается и ехидно сверлит парня взглядом пока стягивает с себя нагретую футболку. Потом просовывает руки в удобно подставленную Шугой вещь. Голова еле пролазит в узкий ворот. Одёжка ни длинная-ни короткая, прикрывает срез карманов на джинсах и вяло висит по бокам. — Ну и? — недовольный Пак хмурится на Юнги. Пора начинать, а он тут в этом безобразии. — А ты попрыгай, вспомни основные движения хорео, — предлагает любимому Мин. Тот послушно выполняет указания перед высоким зеркалом и загорается ослепительной улыбкой. " Ох, если бы не похмелье, то вообще всё было бы прекрасно"-думает он про себя. — Ого, как ты узнал, что оно так пружинить будет? — спрашивает Пак, резко крутанувшись перед зеркалом, от чего кофта взметнулась вверх, на миг оголяя его пресс. — Вспомнил, — отвечает Юнги, — я купил это тебе, когда мы еще и вместе то не были. Тогда ты вечно скакал, демонстрируя свою новую татуировку. А потом дела какие- то навалились, я ее сюда повесил и забыл. — Так это моё? — удивился Чимин. — Ага. Носи на здоровье. — Отблагодарю тебя за подарок позже, ладно? — кокетливо вильнув попой, предлагает Пак и быстро чмокает любимого в подставленные губы. — Погоди, а может получится улучшить твой наряд? — Юнги скептически осматривает Чимина в области талии, — а то висит тут… — дергает боковушки, ненароком (ну-ну) касаясь гладкой кожи над поясом джинс. — Что ты задумал? — подозрительно прищуривается младший. — Девчонки-и! — громко кричит Шуга куда-то за спину, на миг оглушив Чимина. Две бойкие помощницы разом вбегают в помещение. У одной на плече толстовка Хоби, у другой на голове красная бейсболка Тэхёна-видимо те двое тоже решили в последний момент несколько сменить образ. — Тащите ножницы, — велит им Шуга. — И огнетушитель, — добавляет Джин, заглядывая в гардеробную поверх голов девушек. — Хён, ну как? что думаешь? — игриво вертясь, спрашивает Чимин. — Думаю АРМИ не заслужили такого бессердечного отношения, Чимини, — посмеиваясь говорит Джин. Одна из девушек вбегает, суёт огромные портняжные ножницы (и где только раздобыла?) в руки Юнги и убегает на зов режиссера. — А ну-ка, милый, замри, — кряхтит он, наклоняясь к нижнему краю кофты. Ровно соединяет переднюю половинку с задней и одним сильным движением делает мощный надрез. Кромка отвисает как широкая бретелька. Потом проделывает то же самое с другого бока. — Ох, вашу ж мать, — не выдерживает Джин, — учтите, если кто-то из АРМИ подаст на вас в суд за остановку сердца или там, за преждевременные роды, я буду выступать на стороне обвинения! — Ваще, кайф, — заключает Юнги, осмотрев свою работу сквозь нависающую челку. — А знаешь что еще будет в кайф? — хихикает Чимин и порывшись в карманах джинс, выуживает резинку для волос. Велит Мину: — иди ко мне поближе. Тот приближается. Джин настораживается, не готовый созерцать что-то интимное за минуту до записи. Чимин натягивает резинку на запястье, потом аккуратно зачесывает пальцами волосы Шуги по бокам и собирает их в небольшой хвостик на затылке. Часть волос остались свободно ложиться на шею. — Вот теперь точно, — довольно кивает он, осматривая потрясающе красивое открытое лицо Юнги. — Что, точно? — не понимает тот. На что Пак мило жмурится, прикусывая губу: — Как и сказал Джин-хён: несите огнетушитель.