Между Мирами

— Пойдём со мной, — мягко просит она, уводя генерала за руку на улицу. У клуба снуют люди, вышедшие покурить, и все ещё обсуждают происшествие. Обсуждают так легко и с долей юмора, даже не представляя себе, что случилось на самом деле. — Я говорила с ним именно сейчас, — Фло сделала ударение на последнем слове. — Потому что он — полицейский. Местный страж порядка типа. А я… Вдох, выдох. — Я ведь не говорила тебе, как и почему оказалась в Равке. Дело в том, что на меня напал один человек, и я, отбиваясь.. Ну, в общем, я… — Блэкфайер постоянно запиналась. — Убила я его короче. Случайно. Перенервничала, вот и перенеслась к вам. Так вот Блейн — действительно, мой бывший жених, но здесь важно не это, а то, что он, как детектив, занимается этим убийством. Я должна была поговорить с ним сама, лично, чтобы просто не сесть в тюрьму, понимаешь? Флоренс говорит с ним спокойно, рассказывает свою историю. Генерал пожимает плечами — ну убила и что? Его волновало совершенно другое. — Хорошо, я, кажется, понимаю, — наконец выдаёт он, — В твоей стране не так, как в Равке. Ты не солдат, чтобы убивать без наказания властей, так? Хорошо, я понял. На самом деле генерал ничего не понял, но сделал вид, что его удовлетворил этот ответ. Флоренс поднимает руки, касаясь лица Киригана. Берет его в свои ладони, поглаживая пальцами скулы вдоль щетины. — Послушай, я рассталась с ним, потому что он сделал мне предложение. Я не хотела выходить замуж за нелюбимого человека и поняла это в самый последний момент. А ты… Я люблю тебя. Тебя. И уже говорила, что мне больше никто не нужен. В глубине души, в самом потаённом местечке, ей отчасти даже было приятно получить подтверждение чувств генерала в виде обесточивания целой улицы. И тут ей приходит приходит в голову, пожалуй, самый тупой ход из всех. Фло не знала, как это делается в Равке, но теперь, усмехнувшись, она опустилась на одно колено перед мужчиной, держа его руки в своих. — Вот за тебя бы я вышла замуж. Если согласишься. Какие-то ребята, что курили рядом, заметили происходящее и пьяно ободряюще засвистели. — Соглашайся, мужик, — рассмеялся кто-то из них. С губ Киригана срывается смех. Он не ожидал этого и сам бы не предложил, однако… Почему нет? Ведь он уже думал над тем, что у них будут очень талантливые дети. Теперь уж точно. — Встань, — он потянул ее за руку и заставил подняться. — Моя жена не должна стоять на коленях. Вот так. Все просто. Вообще-то, Флоренс, как и всегда в своей жизни, сначала сделала и потом только подумала. Ей просто стало ужасно больно от того, что она сделала больно Киригану, и.. Что «и»? Ей хотелось его утешить, дать понять, что она его, действительно, любит. Она думала, что просто пошутила, и что мужчина поймёт эту шутку и расслабится. Но генерал воспринял все всерьёз. Он зовёт ее своей женой, и Блэкфайер вздрагивает. Звучало одновременно и так, словно ее окончательно посадили на цепь, но в то же время.. В то же время она понимала, что в глубине души ей стало приятно от этого прозвища. Особенно, когда он ее, ошеломлённую собственным шагом, поцеловал. Снова, снова и снова. Она растворялась в его руках. Таяла, как зефир над огнём. Хотя, может, так все и должно быть? Ведь хотела ли Флоренс представлять свою жизнь без него? Явно нет. Но ещё сегодня она пыталась сбежать и думала над тем, как вернуть Киригана в Равку, а самой остаться здесь. Это бы разбило ей сердце, но могло бы быть здравым решением. Ведь кем она была? Уроженка Нью-Йорка, феминистка, либералка и плюс ко всему — чайлдфри. Ей нравилась свободная жизнь. Она могла бы прожить и с двумя долларами в кармане, колеся автостопом по Штатам, потому что именно так Флоренс чувствовала жизнь. Она всегда считала, что ее дом — дорога, и что для любви это не место. Кириган же.. Нужно будет рассказать ей всю правду о семье и Каньоне. Если они поженятся, то ей уже точно не сбежать никуда, особенно если у них действительно будут дети. Его дети. Потомки Чёрного Еретика. — Пойдём выпьем за нашу будущую семью. Ему понравился коктейль с огнём. — Ага, — слегка иронично пробормотала Флоренс в ответ. — За новую ячейку общества. «Будущую семью». Это же он не о детях, да?.. Ей нужно напиться. Когда они вернулись в клуб, шоу было уже в самом разгаре. На сцене выступал Никки — один из друзей Флоренс и, по совместительству, блестящий драг-квин артист. Зрители расселись по столикам, но кто-то оставался на танцполе, чтобы снимать шоу. Все кричали, срывая горло, свистели и смеялись. Блэкфайер же пребывала в слегка шоковом состоянии, потому сразу потянула Киригана к освободившейся барной стойке. Да и все равно все столики были заняты. Шоты — это, конечно, хорошо. Но есть кое-что ещё лучше. — Пит, — позвала она своего знакомого бармена. — Плесни-ка мне абсента. Пит был открытым геем и дружил с Флоренс уже не один год, точно зная, что, когда девушка просит абсент, то с ней лучше не спорить. И, пока Кириган, кажется, отвлёкся на шоу, старый друг шепнул блондинке: — Эй, детка, все в порядке? Фло смазано кивнула и, решившись, произнесла вслух: — Я замуж выхожу. И пока Пит глазел на неё, хлопая накладными ресницами, она уже прикончила свою порцию крепкого зелёного напитка, сразу попросив ещё. Ещё. Ещё. И ещё. Когда артисты взяли антракт, обстановка вернулась в прежнее тусовочное русло. К тому моменту Фло была уже, что называется, почти в говно — сидела рядом с генералом и, икая, затирала ему за различие между комиксами Марвел и ДиСи. И вряд ли делала это внятно. На самом деле он никогда не думал над тем, чтобы жениться. Все помыслы его были заняты войной, политикой, борьбой за власть. Брак не входит в этот список. Однако предложение Флоренс было как нельзя кстати. Во-первых, генерал мечтал владеть ей. Целиком и полностью. Во-вторых, брак предполагал детей, а дети могли ещё больше усилить власть Киригана. И в третьих — ему просто хотелось семью. Его отношения с матерью были не тем, что можно было таковым назвать. Уже не один век. И… Сидя на бархатном диванчике, наблюдая за тем, как Флоренс пьёт, Дарклинг вдруг поймал себя на мысли о том, что его будущая жена умрет. И возможно очень скоро. Нет-нет, он не пророчил ей смерть. Флоренс могла умереть хоть в 90, но все равно это было бы ничтожно мало по отношению к тем годам, что прожил и проживет сам Дарклинг. Да, были усилители. Да, она могла развивать способности гриша. Но сколько ей было бы лет? Сто? Может быть двести или триста? Это ничто. Но говорить об этом сейчас Дарклинг не хотел. Ему нравилось наблюдать за тем, как Флоренс пьёт, хотя отчего-то чувствовал, что в ее порыве нет ничего счастливого. Может быть она уже жалеет? Но он вряд ли возьмёт свои слова назад. Потому мужчина с улыбкой попивал свой коктейль и смотрел как на сцене танцует мужчина в ярком наряде. Это его не шокировало. В Равке были свободные взгляды, в том числе на однополую любовь. Потому генерал мог оценить талант танцора по достоинству, не смущая себя ложной скромностью. Вдруг к Флоренс подбежала Бритни, что тоже была навеселе, благодаря успешно прошедшему шоу, и схватила Фло за руку. — Пошли! — Куда? — она вновь икнула. — Ты же обещала! Помнишь? Флоренс непонимающе уставилась на подругу. — Ну, когда я все организовывала месяц назад, ты обещала! И только тут до тугой готовы блондинки дошло — речь о безудержных танцах, которые они с подругой придумывали и даже репетировали от скуки. Фло и раньше приходилось плясать на барных стойках в клубах, а сейчас она поняла, что ей это тем более необходимо. Отвести душу, представить, что она все ещё свободный человек без обязательств перед кем-либо. Вот только… — Не убивай меня, ладно? — хохотнула она, обращаясь к Киригану, и вскочила, убегая вслед за подругой в сторону сцены. Что самое интересное, Бритни попала в ебаное яблочко, подобрав саундтрек от Лесли Гор, где буквально пелось о женской независимости и нежелании делать то, что ей говорят. Растворившись в комичности момента, Флоренс начала свой танец, когда на неё перевели свет софитов. Она покачивалась на своих каблуках из стороны в сторону, подпевая, сделала несколько оборотов вокруг своей оси, когда, наконец, сделала то, что сделала. В такт песне она плавно стала стягивать своё шелковое платье, оставаясь в чёрном кружеве белья. Генерал было напрягся, но потом… Не так то просто бросать все и менять жизнь. Вот и Флоренс не просто. Почему бы не оставить ее в покое? И Кириган оставил. Безучастно смотрел на то, как его будущая жена раздевается на сцене. Как изгибается ее тело. Она была очень красива, да и танец хорош, с той только разницей, что будил в нем противоположные чувства. Ее многочисленные друзья, собравшиеся сегодня в «Виктроле», свистели в поддержку. Кто-то даже выкрикнул: — Вот она — старая, добрая Флоренс! Недолго вам, ребята, осталось лицезреть такую свободную и раскрепощенную мисс Блэкфайер. Она плавно кружила вокруг шеста, опираясь на него рукой, и к концу песни у неё уже закружилось и голова. — Всем спасибо! — пафосно вскинув руку, выкрикнула она со сцены. — И прощайте, друзья мои! Подняв своё платье с пола, Фло еле доковыляла до столика, за которым сидел генерал, и рухнула рядом с ним на диван. Финиш. — Надеюсь, что перед царем ты так танцевать не будешь? — улыбнулся генерал, смотря на отключившуюся девушку, и подозвал к себе Пита, который, кокетливо поведя длинными ресницами, подошёл. — Я вас слушаю?.. — Извините, я иностранец. Мне нужно вызвать такси и уехать с моей невестой к ней домой. Вы же знаете ее адрес? — Так точно, шалун. Все устрою. И вот уже он едут по ночному Нью-Йорку, и голова Флоренс лежит на его плече. Кириган на руках вынес девушку из машины, поднялся с ней на ее этаж. Ключи лежали в сумочке. — Тебе не стоит столько пить на голодный желудок, — попенял ей Дарклинг укладывая девушку в постель. Флоренс очень смазано помнила, как оказалась дома. Нет, точно — был танец, было такси, потом… Потом она уже лежала в своей кровати, пока Кириган заботливо едва ли не подтыкал ей одеяло. Нет-нет-нет, она не хочет спать! Да, он был, определенно, прав, когда говорил, что не стоит пить на голодный желудок. Между прочим, она его так и не познакомила с типичной американской едой. Бургеры, картошка фри и молочные коктейли. Представив генерала с хот-догом в руках, пьяная Фло вдруг рассмеялась. Раз уж она уже приняла свой новый статус и даже блестящим образом его отметила… Теперь ей просто хотелось прижиматься к тому, кого может называть будущим мужем. Ей хотелось прилипнуть к нему вдыхать его запах, запах березы, эвкалипта и истинной тьмы, который не перебил даже ее сладкий гель для душа. Девушка излюбленно потянула Киригана на себя за шею, мешая ему и самому раздеваться, и удобненько устроилась рядом с ним клубочком, утыкаясь носом в шею. Запах алкоголя, взрывы смеха, объятия из которых было сложно выбраться. Флоренс была очаровательно пьяна. Ему хотелось быть нежным с ней, пусть даже она и вела себя сегодня скверно. Но так уж скверно? Она ведь сделала ему предложение, а до этого пыталась развлекать. Даже причина ситуации, из-за которой возникла вспышка ревности Киригана, в итоге привела к тому, что он опробовал… Кстати, о… Он провёл ладонью по ее спине и встал на ноги. Обогнул кровать и открыл балконную дверь. Ветер растрепал его волосы, прошёлся по щеке слепым поцелуем. Перед ним простирался город тысячи огней. Прекрасный город. Тот, которым Дарклинг хотел завладеть. Он вытянул вперёд руки и развёл их в стороны. И тут же огни начали таять, а потом и вовсе потухли. И так, это была не ошибка. Он действительно мог властвовать над этими огнями. Это было прекрасно. Открывались перспективы. А пока…. Он снова зажег огни, оставив во тьме лишь их улицу, и закрыл дверь. Флоренс уже давно спала. Ее пушистые волосы разметались по подушке. С пару минут Дарклинг смотрел на неё, а потом снял оставшиеся вещи и лег рядом.

***

С утра, на этот раз, Фло проснулась первой и, на удивление, чувствовала себя замечательно — никакого ужасного похмелья! Ещё минут десять она просто лежала и любовалась спящим мужчиной, но потом просто не выдержала — слишком он милый, чтобы не сжать его в своих тисках. Именно это она и сделала. Налетела на генерала знойной бурей, забираясь на него сверху, и принялась обрушивать на все его лицо шквал поцелуев. — Встава-а-ай, — протянула она с радостной улыбкой. — Я закажу нам завтрак. И будь готовь собираться. — К чему такая спешка? Дарклинг, удивительно, но порядком устал за эти часы. Обычно он таким не был — мог работать ночи напролёт, а тут. — Энергия накоплена, сударь. Думаю, нас уже заждались в Равке. С ума сойти, она сама, добровольно, предлагает вернуться обратно. Могла бы ведь и соврать, заставит Киригана задержаться здесь ещё на несколько дней, но.. Она понимала, что ему сейчас важно находиться там, а у неё самой все равно не было никаких дел в Нью-Йорке на данный момент. Так что — что поделать? Тем более, что теперь они могут свободно скакать между странами хоть через день. — А… Равка, — Дарклинг прикрыл ладонью глаза. — Нужно опять руководить армией, терпеть царя и все такое прочее, да? Я так соскучился, ты себе не представляешь. Может, действительно, остаться здесь? Но это было смешно — никаких перспектив. В то время, как в Равке он намерен практически стать царем. Если все будет удачно. Кстати, теперь, поскольку Флоренс его невеста, придётся открыть ей много… А вдруг она не готова? Дарклинг взглянул на девушку и поймал себя на мысли, что не хочет говорить будущей жене всю правду. Пока достаточно лишь немного. Флоренс рассмеялась. Они, что, местами поменялись? Потому что она даже соскучилась по Равке, о чем и поспешила уведомить будущего мужа. — А я хочу во дворец, — довольно сказала она, а затем решила немного поиздеваться. — Ах, да, точно. Ты же там ещё и работаешь. Это она, помимо не таких уж и изнуряющих тренировок, в основном, развлекалась общением с Женей и попытками разобраться в их письменности. — Вот именно — я там работаю. Хотя главное, безусловно, мои гриши. Неизвестно, что будет с ними, если меня долго не будет, — сказал генерал. Он всю жизнь потратил на то, чтобы гриши жили так, как того заслуживают. Если из-за его слабости с ними что-то случится — он никогда себе не простит. Генерал был чудовищем, ибо только чудовище способно быть беспринципным хранителем сокровищ. А он и вправду хранил сокровища в виде тысячи людей, которые были способны изменить мир. Теперь ещё он хранил Флоренс, которая была особенной, избранной — не только потому, что она была его будущей женой, но и потому, что она владела редкой силой. Силой, способной изменить мир. Дарклинг встал с кровати, пошёл в ванную, где поспешно принял душ. Она была права — это было прекрасно. Фло принялась одеваться, отдав сегодня предпочтение милому белому платью в цветочек, а затем она скользнула в гостиную и включила телевизор. Она привыкла, чтобы тот болтал на фоне, пока она занимается своими делами. А их сейчас было много — нужно собрать в чемодан все, что казалось необходимым. В первую очередь — как можно больше своей одежды и обуви. Равкианцы одевались красиво, но Блэкфайер не собиралась изменять собственному стилю из принципа. Скоро как раз должен был приехать курьер с едой, как вдруг, запихивая в чемодан пару любимых «конверсов», Флоренс отвлеклась на обрывки фраз из телевизора. Миловидная дама вещала следующее: — …И к другим новостям: отключение электричества в целом квартале Манхэттена… Чего? —…Йорквилл был обесточен всего несколько минут, но пока так и не ясна причина… Йорквилл? Это ведь и был тот самый район, в котором она жила! Кажется, вчера уже происходило подобное. «Виктролла» и вся улица погрузились во тьму всего на мгновение, и это было совсем в ином районе. Если ее догадка верна.. — Дорогой, — Фло специально обратилась к Киригану именно так, подчеркивая их новый статус. Мужчина как раз вышел из спальни, и блондинка обернулась к нему с притворно строгим видом. Даже подбочилась. — Ничего не хочешь мне сказать? Но в итоге она не выдержала спектакля — прыснула со смеху, решив, что генерал, наверное, просто нашёл себе здесь такого рода.. развлечение? Ладно уж, она и сама вчера много накосячила. — Что? — когда генерал входит в комнату, Флоренс смотрит на него со смешливой укоризной, — Это был всего лишь опыт. Только и всего. Удивительно, но Дарклинг не лгал в эту минуту. Он засмеялся и потянулся к ней за объятием и поцелуем. И вновь мысль о том, что Флоренс не бессмертна, больно резанула по сердцу. — Мне нужно тебе кое-что сказать… Звонок в дверь. Курьер. — Будь готов познакомиться с «KFC». И Фло отправилась открывать дверь. Не зря ли она оставила произошедшее без внимания и ничего не заподозрила? — Я хотел тебе сказать, — вернулся он к разговору, держа слишком острое куриное крылышко. — Меня действительно зовут Александр. И я из рода Морозовых. Тех самых, откуда Илья и Чёрный Еретик. Раз ты будешь моей женой, то должна знать это. И много чего ещё, но не сейчас. Ему и так было тяжело говорить это все, как ей вчера — об убийстве. Флоренс внимательно слушала, открывая картонную упаковку «боксмастера». Но, наконец дослушав до конца, она остановилась и посмотрела на жениха исподлобья. — И когда ты собирался мне сказать? — изогнув одну бровь, спросила Фло. — Или, если бы не свадьба, то я так бы и не узнала твоего настоящего имени? Часть про Чёрного Еретика блондинка как-то пропустила мимо ушей. Вернее, она уже знала эту легенду, но не акцентировала сейчас внимание на том, кем были предки Киригана. Думает, что ее должно это как-то напугать или оттолкнуть? У неё, вон, дед соседа зарезал, и ничего. Ладно. Негодование рассеялось так же быстро, как и образовалось. — Александр, — Блэкфайер словно попробовала настоящее имя возлюбленного на вкус. — Что ж, хорошо. Ей не захотелось давать ему никаких сокращений, делая его звучание похожим на американское. Ее мужчина — чужестранец, и в этом нет ровным счетом ничего отталкивающего или смущающего. Как его звали в его культуре, так его будет звать и Флоренс. Что-что, а это она уважала. Тем более, что пафосное обращение полным именем ему очень шло. — Вот сейчас и сказал. Просто к слову не приходилось. Тем более, я рассказывал тебе о Чёрном Еретике, просто без упоминания имён. Ей бы уже пора привыкнуть к его лжи. Хотя нет — полуправде. Он ведь не из тех, кто врет.