Кровь и серебро

Когда Вэй Ин впервые слышит это прозвище, ему смешно. Из него такой же “основатель”, как из его покровителя — небожитель. Совершенно ничего общего — хотя про короля демонов Хуа Чэна и ходит множество слухов, далёких от правды. А теперь столь же много и бессмысленно болтают и про него самого. Как его только не называли и что не приписывали… “Кровавый демон”, “алый призрак” и ворох подобных глупостей, которые Вэй Ин даже не пытался запомнить. Впрочем, ещё никто не посмел высказать подобное ему в лицо. Это и веселило, и злило одновременно. Иногда Вэй Ин намеренно провоцирует окружающих, пытаясь вывести на желаемую реакцию. Но получается плохо. Со всеми, кроме Лань Чжаня. Но его дразнить не интересно — нотации лишь раздражают до скрипа зубов, до яростного желания заставить понять. Силой. Вэй Ин контролирует себя и свою силу, но тьма всё равно пытается взять верх. Он становится раздражительнее, злее, безумнее. А Хуа Чен предупреждал. Он всё объяснил ещё в самом начале, улыбаясь и подбрасывая на ладони кости. Вэй Ин помнит это отчётливо — лучше, чем что-либо за последние три месяца. Если бы не демон, то Погребальные холмы никогда бы его не отпустили. Даже после смерти — быстрой и болезненной. Вэй Ин не забывает об этом. Бабочка на подвеске раскачивается в такт шагам.