Тема и чувства

«В таком случае я хочу, чтобы ты взяла четыре прищепки и тонкую верёвку. Надень прищепки на половые губы, по две на каждую, протянув через них верёвку, а затем завяжи верёвку на ногах — так, чтобы она чуть оттягивала прищепки. Поняла?

Д-да.

Тогда жду фото. Не самих губ, конечно, пока мне будет достаточно только натянутой верёвки. Сверху наденешь юбку и так постоишь на балконе, сколько сможешь вытерпеть прищепки, ну а после, как снимешь, напишешь мне о своих ощущениях.

Слушаюсь…

Слушаюсь, кто?

Слушаюсь, Хозяин.»

Гермиона выполнила то, что было ей приказано, чуть трясущимися руками. Вновь нервно облизала губы. Она никогда не перестанет нервничать и возбуждаться от приказов Верхних, да и не привыкнет к этому никогда — но это вовсе не означает, что это ей не нравится. Лёгкая боль от прищепок пока доставляла скорее удовольствие. На какой-то миг она даже пожалела, что пока не особо могла сфотографировать всю картину целиком и показать ему. Доверие доверием, но безопасность, особенно в её случае — превыше всего. Отправив фотографию, Гермиона опустила юбку как можно ниже и несмело вышла на балкон. Конечно, верёвки не было особо видно, а прищепок — уж тем более, но всё же она безумно опасалась, что кто-то увидит её. Минут через пять Гермиона робко написала, что уже едва может терпеть. Лёгкая и даже приятная боль постепенно становилась невыносимой. Да, её тело быстро отвыкло от зажимов — даже слишком быстро. Наверное, даже в этом стоит тренироваться; впрочем, теперь за неё отвечает её Верхний и только он может решать что ей нужно, а что нет. Хотя иногда и очень сложно передать кому-то контроль над собой, особенно если ты Гермиона Грейнджер. «Хорошо, уходи и снимай, раз ты уже не можешь терпеть, значит, на сегодня хватит. Иногда я жалею, что не занимаюсь ботаникой, сейчас было бы очень интересно заставить тебя ходить с крапивой между ног и в лифчике, если, конечно, у тебя нет на неё аллергии.

Хм, я могу подумать, где её можно раздобыть, а аллергии точно нет — маленькая как-то зашла в кусты с крапивой и ничего не было, ну кроме как естественного жжения.»

Миона сняла прищепки и развязала верёвку, вновь спрятав их в старом рюкзаке. «Отлично! Приятно, что у меня такая исполнительная и послушная рабыня. Ты ещё писала, что можешь кончать раз за разом. Я бы хотел, чтобы ты сейчас кончила раз пять, если сможешь.

С-смогу… Мне нужно как-то отчитаться?..

Нет, пока мне будет достаточно только твоих слов.» Гермиона чуть покраснела. С прошлыми Верхними она довольно редко кончала по приказу, да и вообще... Скорее, оргазм был наградой, хотя, с другой стороны, тогда она даже не подозревала, что её способность кончать несколько раз подряд — это что-то необычное, что так не у всех девушек, а потому и Верхние об этом не знали. Миона легла на диван, положив телефон рядом и чувствуя куда большее смущение. Коснулась рукой половых губ. Скользнула пальцами чуть ниже, а после вновь вернулась к клитору. Губы чуть отзывались тонкой и совсем едва заметной болью после прищепок. Сначала она медленно водила рукой вокруг клитора, постепенно ускоряясь. Не будь это приказ, она бы ещё с удовольствием подразнила ноющую от желания дырочку или коснулась бы и чуть покрутила бы соски, но сейчас её целью всё же было кончить несколько раз подряд. Её пальцы набирали темп, дыхание сбивалось, а сама она чуть запрокинула голову, невольно сосредотачивая мысли на том, что она делает это по приказу своего Верхнего. Эта мысль лишь подгоняет оргазм, вызывая лёгкое смущение. Она вспомнила, что оставила балкон открытым. Мысли и об этом заставляли её двигаться быстрее, а лёгкий страх и желание пытают её. Ещё совсем немного, она чувствует, что волна оргазма совсем близко, а за первым будут ещё и ещё. Уведомление на телефоне, но она сдержалась, не посмотрев на экран, и продолжила дразнить клитор пальцами. Она уже едва может дышать. Ещё совсем немного. Она всегда быстро кончает, всегда быстро и несколько раз подряд. Гермиона кончает, блаженно закрыв глаза, и чуть обмякая, отстранив пальцы от клитора, который теперь был перевозбуждён и каждое касание отзывалось новым и новым взрывом. Но теперь обязательно нужно продолжать. Прикосновение отозвалось сладкой мукой. Ещё одно, лёгкое движение, уже не так ярко. Миона продолжила, и второй оргазм не заставил себя ждать, затем ещё и ещё… Остался один, но силы были уже близки к исходу. И последний, пятый. Теперь сил едва ли оставалось даже на то, чтобы написать об этом своему Верхнему.

«Я выполнила приказ, мой Хозяин.

Умница. И какие ощущения? Пять раз?

Спасибо… Да, пять, как Вы и приказали. Ну… Я немного устала, но в остальном это, конечно, приятно, особенно после первого. До первого иногда долго не получается довести, зато последующие почти мгновенно.

В таком случае отдохни, моя рабыня. Как жаль, что почтой нельзя отправить крапиву, я вспомнил, что она может расти у одного моего знакомого, но вряд ли она спокойно доберётся до тебя. А ведь уже скоро осень... Ну ничего тогда, быть может, следующим летом ты сможешь познать все прелести крапивы в нижнем белье. Говорят, после неё довольно интересные и необычные оргазмы у девушек.

Я поспрашиваю у друзей, может, кто-то из них выращивает, или она случайно могла вырасти у них в саду в качестве сорняка.»

Гермиона вспомнила о Невиле. Возможно, у него в теплицах в Хогвартсе растёт немного крапивы; жаль только, что сова будет идти долго. А, значит, стоило написать ему прямо сейчас, чем Гермиона и занялась. ***

«Добрый вечер, Хозяин. Мне знакомый смог доставить крапиву, так что мы могли бы продолжить, если Вы хотите…»

Гермиона улыбалась. Невил почти сразу же прислал ей крапиву, к огромной благодарности девушки. Бедная сова с трудом донесла крапиву в корзинке с небольшим количеством влажной земли, так что после Гермиона как следует позаботилась о ней. Сейчас же она сидела в кресле, собираясь почитать и ожидая уведомления от него. К сожалению, общение со вторым Верхним она решила прекратить, вернее, свести к минимуму, несмотря на то, что он предлагал ей поддерживать общение. Девушка едва успела прочитать около десяти страниц, как ей пришло уведомление. «Великолепно. Ты очень исполнительная. Ты сейчас сильно занята?

Нет, совсем нет. Я только читала.

Отлично. В таком случае я хочу, чтобы ты положила пучок крапивы между половыми губами. Надеюсь, у тебя действительно нет аллергии. Если переживаешь, то можем отложить на завтра, чтобы за это время ты смогла точно в этом убедиться. Но если нет, то также, если есть, положила бы по небольшому пучку в каждую чашечку лифчика. И, может, в таком виде тебе стоит немного прогуляться, тем более, что сегодня такой хороший, немного прохладный вечер. Надо будет обязательно подарить тебе небольшой вибратор на дистанционном управлении... Так было бы вообще идеально.

Как долго мне следует гулять?»

Возбуждение вновь вернулось. Она робко, едва ли не дрожащими руками взяла сначала один небольшой пучок крапивы, несмело сняла с себя домашнее платье, положив крапиву туда, куда было указано. Сначала в трусики, после в бюстгалтер. Достала из шкафа вязаное платье с рукавами. Оно было довольно тёплым, но при этом лёгким и по-своему красивым. «Сколько сможешь. Разумеется, не допоздна, я думаю, что вечером мы могли бы ещё и с воском поиграть, ну а если у тебя нет свечей, то я бы попросил тебя зайти за ними, конечно, если магазин не сильно далеко от тебя. Могу перевести тебе деньги на карту.

Ох, не стоит. Во-первых, я и сама бы могла купить, а во-вторых, к тому же, у меня довольно много свечей дома, мне и самой нравится играть со свечами… Я готова, наверное, сейчас же пойду, если от меня не нужно что-то ещё, Хозяин.

Хорошей тебе прогулки, рабыня.» Уже выйдя из комнаты, а после и из дома, Миона поняла, чего именно добивался Верхний. Это была не совсем привычная боль, к тому же она чуть смешивалась с зудом, так что идти нормально в привычном смысле было, мягко говоря, немного сложновато. Гермиона направилась к набережной Темзы, думая как долго сможет пройти. Через некоторое время пришло уведомление. Наверняка от него… «Как прогулка? Если ещё можешь терпеть, то можешь пойти домой, я бы тогда хотел кое-что немного продолжить с крапивой.

Слушаюсь.»

Ещё чуть прогулявшись и чувствуя лёгкое жжение, девушка невольно старалась не думать о том, что прохожие даже не догадываются о том, что у неё в нижнем белье. Разве что если среди них нет какого-нибудь легиллимента. Впрочем, вряд ли даже какому-нибудь волшебнику это придёт в голову, не говоря уже о том, что она и сама неплохо владела окллюменцией. И всё же эта мысль смущала и возбуждала. Путь назад был ещё сложнее. Соски тоже начинали ныть, измученные жжением. Ох, как же хотелось, чтобы теперь их кто-нибудь сжал и покрутил в пальцах или грубо оттянул, укусил или пососал. Она шла с трудом, и от возбуждения ноги даже становились ватными. Желание смешивалось с лёгкой болью и зудом, а навязчивые мысли и желания всё лезли и лезли. Вскоре от желания начинало сводить живот. И это она ещё не видела своего Верхнего. Интересно, красивый он или нет? Впрочем, обычно для неё были красивыми даже те, кто по общим меркам был обычным или даже не очень, если человек, а особенно Верхний, был интересным. Вскоре она вошла в квартиру и написала об этом Хозяину. Сняла с себя платье, а после, по приказу Хозяина, сняла и нижнее бельё. Затем надела на половые губы прищепки, зажав ими и крапиву. Боль усилилась. Аналогично она поступила и с сосками, нацепив на них прищепки. Ей вновь захотелось сфотографировать получившуюся картину, но понимала, что так нельзя. По крайней мере пока. «Что ты чувствуешь?

Боль от прищепок и крапивы и лёгкий зуд. На самом деле довольно необычные ощущения.

А что ты чувствовала, когда гуляла? Какие были ощущения?

Было неловко, но необычно и приятно. Иногда создавалось ощущение, будто прохожие что-то подозревают, но в целом мне понравилось. Как долго мне держать прищепки?

Думаю, ещё минуты две, если вытерпишь. Больше не надо, на сегодня тебе хватит, разве что, как я уже писал, поиграл бы с тобой с воском, если ты ещё не сильно устала.

Не устала, Хозяин.»

Спустя две немного мучительные минуты, Гермиона сняла прищепки, сдерживая полустон, полумычание и убрала уже вряд ли куда-либо годную крапиву. Истерзанные губки и соски начали отходить сначала от прищепок, а уже после от крапивы. Выдохнула. Убрала прищепки и достала воск. Сфотографировала то, что у неё имелось, и отправила Хозяину. Интересно, что он задумал. «Замечательно. Думаю, сегодня нам стоит только покапать воском. Надеюсь, ты проверяла, нет ли у тебя аллергии на свечи, что у тебя есть, потому что некоторые из них цветные, а на красители у тебя может аллергия.

Всё хорошо, я проверяла, а те, которые не начатые, я уже когда-то брала.

Замечательно. Жаль, что я не смогу увидеть эту картину.» Гермиона взяла длинную и средней толщины свечу. Подожгла её волшебной палочкой. Немного подождала, а после капнула сначала на руку, проверяя температуру. Нормально, тем более, что потом будет ещё жарче.

«Как долго мне капать, сколько и куда?

Хочу чтобы ты залепила воском соски и немного покапала на губы, если сможешь терпеть.» Гермиона так и сделала. Сначала капнула на правый сосок, но воск был скорее был тёплым. На левый уже теплее. Ещё несколько капель. Ещё, ещё. Капли становились горячими. Несколько капель на клитор, немного больно, но после приятно печёт и затвердевает. Она даже пожалела, что не умеет рисовать. Как было бы интересно и приятно нарисовать воском что-нибудь на лобке… Например, взмывающего вверх орла. Вновь капли на грудь. Уже совсем горячие. Девушка блаженно прикрыла глаза. Ещё капли, совсем горячие, но благодаря слою воска уже не обжигающие. На одну грудь, на другую, несколько на клитор. Что ж, наверное, хватит. Она написала Хозяину, после чего пошла в душ, смывая воск. Затем нагой вышла из душа, как и приказал ей Верхний, после чего убрала свечи.

«Спокойной ночи, Хозяин.

Спокойной ночи, рабыня.»