Как вернуть себе фамилию Реддл

      Я прислонилась затылком к стене, чувствуя, как прохладная поверхность приятно остужает голову. Июньский ветер, проникающий через открытое окно, лениво играл с тюлем, принося с собой запах мокрого асфальта и цветущих яблонь. Слова Итана никак не желали складываться в логическую картину. Я наблюдала, как он стоит у подоконника, расслабленно опираясь на него бедром — сама безмятежность, будто мы с ним не обсуждали тот факт, что я являюсь женской версией Марволо.       — И давно ты догадывался о нашей необычной связи? — спросила я, чувствуя, как недавняя истерика отступает перед любопытством. Дым от его сигареты завивался причудливыми узорами, словно пытался сложиться в ответ.       Итан элегантным щелчком отправил окурок в пепельницу.       — Помнишь, я рассказывал о бабушке? О том, что она серьёзно занимается нумерологией?       Я рассеянно кивнула и заметила, что моя сигарета догорела до фильтра. Тот полетел на пол — сейчас было не до приличий.       — В последнюю нашу встречу, — Итан задумчиво провёл пальцем по подоконнику, — она выдала презабавное пророчество. Сказала, что все мои дела в Англии полетят к чертям, когда в моей жизни появится второй Реддл. — Он издал короткий смешок. — А бабуля, знаешь ли, никогда не ошибалась, просчитывая мою судьбу.       Я бы скорее поверила в случайность, чем в том, что бабушка Итана действительно могла предсказать его будущее. Да я вообще скептически относилась к прорицаниям. Нумерология, конечно, была совершенно иной сферой — более понятной и точной, но и она имела много допущений. Наши эксперименты с Итаном по созданию артефакта, предсказывающего результаты скачек, были тому подтверждением. Они давали настолько разрозненные результаты, что в какой-то момент мы просто махнули на это рукой. Тогда он, помнится, сказал что-то про «математику судьбы, которая не желает считаться». Но в скачках хотя бы была статистика, которая давала надежду на точность — цифры не умеют лгать. А вот жизнь человека… На что вообще бабушка Итана опиралась, желая узнать его будущее?       — Сначала я решил, что у Марволо объявится какой-нибудь потерянный родственник, — продолжил Итан, — или, чем чёрт не шутит...       — Только не говори, что заподозрил во мне его тайную дочь, — я не сдержала едкого смешка. Одна мысль об этом казалась абсурдной.       Уголки его губ дрогнули в схожей усмешке.       — Брось, лисёнок. Если ты хоть немного разбираешься в тёмной магии, то наверняка знаешь, что в таком случае наш дорогой Марволо не смог бы и половины того, что творит сейчас.       Конечно, я знала об этом — рождение ребёнка выжигает в твоей магической сущности огромную брешь, отдавая часть силы новой жизни. Но никогда особо не вникала в эти тонкости — материнство в мои планы не входило. Ни сейчас, ни когда-либо.       — Я не знаю, что именно творит Марволо, — попыталась я свести всё в шутку, но Итан даже не улыбнулся. Его лицо приняло то самое выражение, которое появлялось, когда он переходил от привычной маски весельчака к серьёзному разговору.       — Первое время я думал, что ты его родственница — уж больно похожи. Слишком похожи, я бы сказал, — словно и не слыша моей фразы, вернулся к теме он. — Но куда интереснее оказались твои оговорки. Ты то и дело упоминала места, которых уже лет пятнадцать как нет в Англии, даже рассуждала о некоторых событиях так, словно была их свидетельницей.       Я мысленно перебрала наши разговоры и невольно поджала губы. Действительно, рядом с Итаном я часто теряла бдительность, позволяя себе говорить о том, что должно было остаться в той, другой реальности. Я считала, что успевала себя одёрнуть, но, видимо, зря.       — А потом пыталась выкрутиться, — Итан хмыкнул, будто воспоминания о моих отговорках его искренне забавляли, — мол, родители рассказывали… Знаешь, было слишком много несостыковок, но я никак не мог сложить их в полноценную картину. Да и такой вариант, — он хмыкнул, — в голову бы не пришёл.       Я поднялась и подошла к окну, остановившись в паре шагов от Итана. Скрестила руки на груди — июньский ветер, несмотря на тёплый день, пробирал до костей. А может, это был вовсе не ветер. На противоположной стороне улицы собралась группка магов — судя по мантиям, работники какой-то конторы решили отметить начало выходных. Их беззаботный смех, доносившийся сквозь шелест листвы, казался сейчас таким неуместным.       — Как ты оказалась здесь? — спросил Итан. Его голос звучал мягче обычного, будто он боялся спугнуть момент откровенности.       Я поморщилась, когда перед глазами всплыла картина того злополучного ритуала. А мысли об утерянной палочке тем более не доставляли приятных эмоций.       — Долгая история… Скажем так, эксперимент пошёл не по плану. Я вообще не собиралась никуда перемещаться.       — А почему до сих пор не рассказала правду Марволо?       Я тяжело вздохнула, встречаясь взглядом с Итаном. Как объяснить ему всю глубину моих метаний? Моего страха? Что-то в моём лице, видимо, подсказало ему ответ — его губы тронула понимающая усмешка.       — Кажется, я догадываюсь.       Я вопросительно изогнула бровь, ожидая продолжения. Странное чувство — знать, что теперь кто-то разделяет мою тайну. С одной стороны, от этого становилось легче дышать, с другой — появлялось ощущение уязвимости. Впрочем, пусть лучше Итан сам выскажет свои догадки — так мне не придётся облекать в слова то, в чём я с трудом недавно призналась самой себе.       — Ты такая же, как он — свободолюбивая, не терпящая даже мысли о подчинении, — Итан говорил медленно, словно прощупывая почву. — Как и большинству, тебе хочется, чтобы всё было по-твоему. Но твоё «по-твоему» должно быть под жёстким контролем, а не плыть по течению или быть чьей-то ответственностью. Я прав?       Я промолчала. Зачем что-то говорить, если каждое его слово било точно в цель?       — И заметь, я сейчас перечислил черты Марволо, — Итан хмыкнул, отбивая пальцами какой-то рваный ритм по подоконнику. — В этом-то и проблема. Марволо жаждет того же самого и потребует от тебя подчинения. А ты слабее, — он поднял руку, останавливая мой готовый вырваться протест. — И дело не только в возрасте. Прости, но это правда — ты гораздо мягче его. И в этом нет ничего плохого.       Его слова, так точно отражавшие мои недавние страхи, вызвали волну глухого раздражения. Я недовольно скривила губы, снова устремив взгляд в окно, где вечерние тени уже начали удлиняться.       — Аврора, — резко произнёс Итан. — Скажи ему правду. Завтра. Чем быстрее, тем лучше для тебя.       Я нахмурилась, не понимая этой внезапной спешки. Сейчас мне ничего не угрожало — Марволо и так планировал держать меня рядом. Я представляла для него ценность, но не такую, как если бы он узнал правду. Эта информация перевернёт всё с ног на голову.       — Я понимаю… — начала я, просто чтобы успокоить Итана.       Он покачал головой и рассмеялся — но в этом смехе не было и тени веселья.       — Нет, не понимаешь. Мне кажется, ты наивно полагаешь, что знаешь себя. Да, себя, но ты всё же не Марволо. Он… другой. — Его взгляд стал жёстче. — Хватит играть с ним. Твои игры уже едва не стоили тебе жизни. Думаешь, он бы позволил тебе рисковать собой в истории с Минчумом, если бы знал правду?       Его слова о том, что я чудом избежала смерти, снова заставили меня задуматься о крестражах. Я была уверена, что их несколько — я никогда не ограничилась бы полумерами, а следовательно, Марволо тоже. И если мы с ним одна душа… значит ли это, что его крестражи защищают и меня? Получается, в этом мире у меня есть своего рода бессмертие? Впрочем, я тут же одёрнула себя: механика этой связи оставалась туманной, а проверять теорию на практике не было никакого желания.       — Скоро он получит то, чего хочет, — Итан вырвал меня из размышлений. — Пост Министра.       — И что с того? — я недоумённо фыркнула, не понимая, к чему он ведёт.       — Многое изменится, — Итан провёл рукой по волосам — жест, который я замечала за ним только в моменты, когда он нервничал. — Игра закончится. Вся эта маска бизнесмена и примерного гражданина треснет.       Я нахмурилась. Меня и саму смущала эта показная респектабельность. Особенно бизнес — если желание создать положительный образ в глазах общества было понятно, то вся эта коммерческая деятельность казалась лишней. Я бы, например, затеяла производство сигарет ради развлечения, чтобы создать нечто новое в магическом мире, да и утолить собственное желание курить что-то действительно качественное. Но если бы кто-то уже сделал это, я бы даже не задумалась о подобном. А тут теплицы, производство ингредиентов для зелий… К чему? Ради денег? Сомнительно. Меня финансы никогда особо не волновали — их всегда можно было добыть, пусть и не самым честным путём.       — Почему ты называешь это игрой? — спросила я, посмотрев в глаза Итану.       Он усмехнулся, но как-то невесело:       — Потому что Марволо не такой. Мы познакомились, когда он только открывал табачное дело. Уже тогда было видно — ему плевать на бизнес. Даже сейчас всем заправляют Блэки. А рынок ингредиентов для зелий, по сути, держит Абраксас. Марволо просто создал идеи, спихнул всё на своих людей и имеет прибыль. Для чего-то более масштабного.       Итан щёлкнул пальцами, подзывая портсигар, оставленный на тумбочке у кровати — видимо, разговоры о табачном бизнесе Марволо вызвали желание курить. Протянул сигарету мне, но я отрицательно качнула головой.       — Забавно наблюдать за тем, как он очаровывает публику, — продолжил он, закуривая. — Благотворительность, менторство для студентов — всё ради отвода глаз. Скажи, тебе самой хоть раз хотелось всерьёз заниматься подобной… филантропией?       — Дети — это будущее, — я пожала плечами. — Их нужно направлять, формировать. В этом есть смысл. — Сделала паузу, так как поняла, что он явно говорит не только о помощи молодому поколению. — Но ты прав. Марволо делает это ради общественного признания. Чтобы люди сами отдали ему власть.       Губы Итана изогнулись в улыбке, словно он был доволен, что я быстро уловила суть.       — А знаешь, что самое интересное? Он не всегда был таким… дипломатичным. Был момент, когда он чуть не развязал войну. Лорд Волдеморт, — он произнёс это имя с каким-то странным весельем, — предпочитал действовать силой. Но этот путь оказался слишком… затратным. Появилось сопротивление, и Тёмному Лорду пришлось уйти в тень. Так на сцену вышел Том Марволо Реддл.       Я хмыкнула, оценив иронию ситуации. Подобный резкий ход был вполне в моём духе — если что-то не получается одним способом, нужно найти другой путь к цели и быстро перестроиться.       — И теперь этот респектабельный господин, — в голосе Итана появились жёсткие нотки, — став Министром, демонстративно избавится от своего тёмного альтер-эго. Уже даже нашёл подходящую кандидатуру на роль козла отпущения. Кто-то скоро отправится в Азкабан под видом Волдеморта.       — И кто же этот счастливчик? — спросила я, хотя по тому, как потемнело лицо Итана, уже догадывалась об ответе.       Он затянулся сигаретой, и его губы искривились в злой усмешке. Дым, вырвавшийся изо рта, на мгновение окутал его лицо призрачной вуалью.       — Неужели… — я осеклась, не в силах закончить фразу.       — Именно, — он щёлкнул пальцами. — Марволо выбрал меня на роль главного злодея. Разумеется, без моего согласия. Но этому плану не суждено сбыться.       Я внимательно вглядывалась в его лицо. Итан говорил об этом с такой уверенностью, словно держал в руках неопровержимые доказательства. Зная его способность добывать информацию, можно не сомневаться — он каким-то образом раскопал детали этого плана. Что ж, это действительно было похоже на Марволо — элегантное решение проблемы.       — И что ты собираешься с этим делать? — склонив голову набок, спросила я.       — К утру меня уже не будет в Англии, — он пожал плечами с какой-то небрежностью, будто рассказывал о банальном желании провести выходные в баре.       Его откровенность настораживала. Зачем он делится своими планами со мной — той, кто является отражением его врага? В груди шевельнулось неприятное подозрение. Что, если он решил отомстить Марволо через меня? Идеальный план — заставить его потерять то, что он так отчаянно пытался удержать рядом. Марволо сильно рисковал, оставляя меня здесь, но у него просто не было иного выхода. Моё состояние только вчера стабилизировалось, а так я практически неделю была слишком уязвима — даже простое прикосновение могло навредить.       — Брось эти мысли, — Итан оборвал поток моих параноидальных размышлений. Я лишь надеялась, что мои метания читались по лицу, а ментальные щиты, пусть и слабые, надёжно скрывали сознание. — Я не собираюсь причинять тебе вред или как-то ещё мстить ему. — Он смотрел на меня с той особой мягкостью, которую я видела у него крайне редко. — В конце концов, я сам загнал себя в эту ловушку. Ничего страшного — не впервой начинать с чистого листа.       — И как часто тебе приходилось начинать с чистого листа?       Итан принялся загибать пальцы, и каждое имя он произносил с особой интонацией, словно примеряя давно забытую маску:       — Иван Эльмеров, Жан Эльмер, Джованни Эльмери, Итан Элмерс.       Я мысленно прочертила его путь по карте: СССР, Франция, Италия и теперь Англия. Четыре страны, четыре жизни, и каждую он оставил позади. Это впечатляло.       — Ты хочешь сказать… — я запнулась, пытаясь осмыслить масштаб его авантюр.       — Именно то, что сказал, — он усмехнулся. — Это даже в какой-то степени правильно, знаешь ли. Жизнь слишком коротка, чтобы проживать её на одном месте.       Я невольно улыбнулась. Вот уж кому точно претила любая стабильность. Меня восхищало то, как ловко Итан умудрялся выстраивать свою империю заново — будь то легальный бизнес или теневые схемы — и всегда оставаться на коне.       — Да ты, я смотрю, и швец, и жнец, и на дуде игрец, — произнесла я по-русски, не удержавшись от этого меткого выражения. — Столько амплуа сменил, — закончила уже на родном языке.       Итан удивлённо выгнул бровь, а потом фыркнул, явно сопоставив моё знание русского с лингвистическими способностями Марволо.       — Просто пойми, он вернётся к тому, с чего начал, — он снова заговорил на прежнюю тему. — Все эти реверансы в сторону общества закончатся. Волдеморт вернётся, пусть и в новом обличье. — Он посмотрел мне прямо в глаза. — Поверь мне, тебе лучше прекратить свои игры до того, как это случится.       — Ты действительно обо мне беспокоишься? — я не смогла сдержать усмешку, хотя где-то внутри разлилось странное тепло от этой мысли.       — Скорее, о Марволо, — Итан дёрнул плечом и снова затянулся сигаретой. — Но раз уж вы с ним одно целое…       — Тогда я не понимаю, — я сделала небольшой шаг вперёд. — Почему бы тебе не остаться? Ты же не горишь желанием мстить. Уверена, если ты согласишься принять его сторону, он оставит эту затею с Волдемортом и Азкабаном… — я запнулась, поняв, что сказала глупость. — Вернее, найдёт другую жертву. Зачем тогда было помогать ему с Минчумом? На что ты рассчитывал?       — На время, — коротко ответил Итан.       Я прикрыла глаза, пытаясь понять ход его мыслей. Переезд в другую страну — дело не быстрое, особенно когда нужно замести следы. Артефакторные лавки, ресторан — всё это требовало времени, чтобы грамотно избавиться от активов, вывести капитал…       — А что с твоим бизнесом?       — Ничего больше нет, — он улыбнулся и испепелил сигарету, словно демонстрируя, как быстро избавился от всего, что его связывало с Британией. — Как скоро не будет и меня. Поэтому я и пришёл к тебе сегодня. Хотел спросить… — он оборвал себя. — Впрочем, неважно. Я узнал больше, чем рассчитывал.       Его слова отозвались внутри глухой тоской. Я вдруг осознала, что всё это время воспринимала Итана как своеобразный щит от Марволо. Пусть иллюзорный, но дающий чувство защищённости. А теперь этого щита не станет.       — Почему ты убегаешь? — тихо спросила я. — Ты мог бы остаться, быть рядом с ним у власти. Неужели эта перспектива для тебя настолько… невыносима?       — И это лишний раз доказывает, как плохо ты его знаешь, — Итан покачал головой. — Марволо не просто так называют Тёмным Лордом. — Его голос тоже стал тише, но от этого слова звучали только весомее. — Ты увидишь это. Оно и сейчас здесь, просто… в более узком кругу.       Эта информация стала последним камнем в фундаменте моего страха перед Марволо. Мне нужно время. Мне нужно сбежать. Да, я снова малодушно пыталась оттянуть неизбежное, но мне требовалось ещё несколько дней. Если Итан исчезнет этой ночью, у меня появится шанс. Обойти домовиков, перехитрить его людей, найти Шоу и улететь на нём — это я смогу даже в текущем состоянии, сильная магия в таком деле не нужна.       — Я поняла, — ровно произнесла я, стараясь, не выдать внутреннюю дрожь от собственных мыслей.       — Ты расскажешь ему всё завтра, — в словах Итана прозвучала странная настойчивость.       — Я расскажу ему всё завтра, — эхом отозвалась я, тщательно контролируя свои мысли.       — Отлично, — он улыбнулся. — Тогда… мне пора, — последняя фраза больше напоминала вопрос.       Я кивнула и хотела было отступить, чтобы освободить ему путь, но вместо этого шагнула вперёд и обняла его. Моё лицо уткнулось в его плечо, пахнущее табаком и немного цитрусом.       — Спасибо тебе. За всё, — слова вышли приглушёнными.       — И тебе, — его рука осторожно скользнула по моей спине, а потом он мягко обхватил моё плечо, заставляя чуть отстраниться, чтобы заглянуть в глаза. — Я действительно рад нашей встрече. И обещаю унести вашу тайну в могилу. Только надеюсь, это случится не скоро, — он подмигнул, но его обычная шутливость казалась натянутой. Его рука всё ещё лежала на моём плече, словно он ждал от меня каких-то слов, но я не знала, что сказать.       Я смотрела на него, не в силах поверить, что больше не увижу этой вечной ухмылки, этих хитрых карих глаз. «Лис» — это прозвище куда больше подходило ему, чем мне. В памяти всплыла та сцена в его кабинете, когда он прижал меня к своему столу: наша переплетающаяся магия, его дыхание так близко, что почти касается губ. Тогда он не поцеловал меня. И сейчас хотелось это исправить.       Я не дала себе времени на размышления — оно бы только всё испортило. Поднялась на цыпочки, на мгновение поймала его удивлённый взгляд и закрыла глаза, потянувшись к его губам. Время застыло в этом мгновении — между «ещё можно остановиться» и «уже слишком поздно».       Когда наши губы соприкоснулись, Итан замер, словно статуя. Секунды тянулись, и где-то на краю сознания мелькнула мысль, что я ошиблась. Что все эти взгляды, прикосновения, недосказанности были лишь игрой моего воображения. Хотя если ему настолько неприятно — почему до сих пор стоит здесь?       Я хотела отстраниться, чувствуя, как к щекам предательски приливает кровь, но не успела… Итан как-то обречённо выдохнул, зарылся пальцами в мои волосы и дёрнул на себя, превращая невинное прикосновение в глубокий поцелуй.       Это было… правильно. Его губы оказались мягкими, тёплыми, с лёгким привкусом кофе. Сначала он целовал осторожно, почти нежно, словно давая мне время передумать, отстраниться. Но я не хотела останавливаться — в конце концов, это был мой первый поцелуй с человеком, который не является мной.       Итан скользнул ладонью по моей спине, прижимая ближе, пальцы его второй руки всё ещё путались в волосах, слегка оттягивая их назад. От этого движения что-то ёкнуло внутри, и я невольно выдохнула ему в губы. Мой едва слышный стон словно сорвал какой-то барьер — поцелуй стал глубже, требовательнее.       Его магия хлынула потоком, сплетаясь с моей, создавая странный резонанс, от которого кружилась голова. Итан мягко прикусил мою нижнюю губу, и я почувствовала, как по телу прокатилась волна дрожи. Его рука скользнула ниже, сжала бедро, притягивая ещё ближе. В его движениях больше не осталось и следа той осторожности — он не просил, а брал, подчинял, не терпел сопротивления.       И эта властность была до боли знакомой — ужасно напоминала суть Марволо. Вот только если от Марволо это казалось естественным, желанным, то сейчас хотелось воспротивиться. Словно услышав эту мысль, Итан отстранился.       Его пальцы невесомо скользнули по моей щеке, а губы изогнулись в той особой усмешке, значение которой я так и не смогла разгадать.       — Не совершай глупостей, — тихо произнёс он.       И, не дожидаясь ответа, вышел из комнаты. Я даже не стала провожать его взглядом. Просто смотрела в окно, где группа людей всё так же беззаботно смеялась, листья танцевали на ветру, а город медленно тонул в сумраке. Время словно застыло в янтаре этого момента. Шахматная доска развернулась, фигуры перестроились, освобождая клетку. Вот только я не хотела делать этот ход, не хотела быть пешкой в партии Марволо.       Я сделаю шаг. Сегодня же. Но этот шаг будет с доски.