Прочтите, наконец, инструкцию

Несмотря на странные взгляды Поттера, и то, что в снах окончательно перепуталось, кого именно Северус видит — свою идеальную половинку, или несносного Избранного, своё поведение по отношению к парню он менять не собирался. То, что каждую минуту, пока шилозадый мальчишка шастал по лесам, он сходил с ума от беспокойства, Северус объяснял себе заботой о сыне Лили, и выполнением клятвы, данной покойному директору. Узнав, что Уизли сбежал, оставив Поттера вдвоём с Грейнджер, Северус испытал огромное желание придушить рыжего. Причём, он совсем не думал, что без шестого Уизли Поттер останется беззащитным, совсем нет. Северуса до зубовного скрежета раздражало то, что Поттер остался со своей подружкой вдвоём, наедине. Северус… ревновал? Возвращение Уизли обрадовало его почти до слёз, так как тот считал Грейнджер своей собственностью, и мысли о ревности были отброшены как неприемлемые. Лёжа на полу Визжащей хижины после нападения Нагайны, Северус лишь на мгновение пожалел своего так и оставшегося неизвестным почти мужа. Там, в будущем, когда он вернётся в своё время, он не сможет даже найти себе кого-то ещё, связанный брачным обетом с уже погибшим человеком. Увы, Северус так и не сумел вспомнить его лица, не знал имени и почти забыл его запах и ощущения от прикосновений. Прошло слишком много времени. Зато он в полную силу жалел, что игнорировал взгляды Гарри. Хотя бы сейчас хотелось называть парня по имени, так как продолжать считать свои чувства ненавистью больше не получалось. И так сильно хотелось хотя бы взглянуть на него в последний раз, что в первые секунды появления Золотого Трио Северус думал, что у него галлюцинации. Гарри бросился к нему, зажимая рану на шее. Северус попытался что-то сказать, но его хриплый шёпот перекрыл раздавшийся, казалось, со всех сторон усиленный магией голос Волдеморта. — Гарри Поттер! Если ты выйдешь ко мне добровольно, твои друзья останутся в живых. Если же ты продолжишь прятаться, я уничтожу Хогвартс и всех, кто в нём находится! Гарри бросил быстрый взгляд в сторону выхода, но всё же вернулся к Северусу. — Только не умирайте, профессор! — отчаянно попросил он. — Кричер! Мгновенно появившийся домовик, к удивлению Северуса, почтительно склонился перед парнем. — Кричер, доставь профессора Снейпа в Мунго и проследи, чтобы ему была оказана вся возможная помощь. Счета пусть отправляют мне. И будь рядом, следи, чтобы никто профессору не навредил! Домовой эльф кивнул и ухватился своей морщинистой ладошкой за руку Снейпа. Последнее, что Северус услышал, был усиленный Сонорусом голос Гарри: — Волдеморт! Я иду! *** Все колдомедики хором утверждали, что дожить до госпиталя Северус не должен был. Даже полного магического резерва ему бы не хватило, чтобы продержаться столько времени, а он и до нападения Нагайны серьёзно потратился. Северус гладил опять превратившийся в простое безжизненное украшение браслет, и никак не комментировал выводы целителей. Очень хотелось верить, что браслет просто не выдержал прошедшего сквозь него огромного количества энергии, потому что думать, что его создатель, вернувшийся в этот момент из прошлого, погиб, было страшно. Почему-то Северус и не подумал, что тогда должен был бы всё вспомнить, он просто боялся худшего варианта развития событий. Газеты ему не приносили, про то, кто оказался победителем, тоже молчали. Спрашивать о чём-то персонал мешало отсутствие голоса, хотя присутствие в палате хмурого домовика заставляло надеяться, что его неимоверно удачливый хозяин вывернулся и в этот раз. Хотя склонность к пессимизму подкидывала вероятность, что Кричер просто выполняет предсмертную волю Гарри. Сначала среагировал домовик — подскочил со стула, на котором всё это время тихонько сидел, и рванул к двери. Потом раздались шаги и в палату даже не вошёл, ввалился Поттер. Раздражённый, как-то резко повзрослевший и дико уставший. У Северуса сразу возникло желание затащить Гарри к себе под одеяло и дать выспаться, но он понимал, что даже привстать пока не в состоянии. Да и как бы отреагировал Гарри на такое поведение, было неясно. Второе желание — рассказать, как сходил с ума от беспокойства, тоже осталось нереализованным, говорить Северус пока не мог. Целители вообще предполагали, что два-три месяца — это самый оптимистичный прогноз, а при худшем раскладе грозили немотой на всю жизнь. — Тебе опасно тут оставаться, — сразу начал с главного Гарри, не замечая, что перешёл на «ты». — Я сделал всё что мог, но Шеклболт отказывается предоставить охрану, а наши доблестные граждане, оказывается, верят газетам только тогда, когда хотят верить. Несмотря на информацию о твоей помощи Дамблдору и мне, слишком многие продолжают считать тебя сторонником Волдеморта, зато не пойманные ещё пожиратели наоборот, горят желанием отомстить предателю. Но даже пару авроров для охраны мне выбить не удалось. Гарри упал в кресло, стоящее рядом с кроватью Северуса, и тому удалось поймать ладонь парня и слегка сжать её, поддерживая. Поттер несколько удивлённо на него посмотрел и продолжил: — Местные целители требуют забрать тебя, так как, по их словам, «нападения на пациентов могут плохо сказаться на репутации госпиталя»! Могли бы и сами потребовать от Министерства помощи в поддержании порядка, особенно учитывая, какие деньги они дерут за лечение. — Гарри виновато посмотрел на Северуса, как будто считал, что то, что он сейчас скажет, тому не понравится. — Я хочу забрать тебя в Блэк-хаус. Ухаживать за тобой могут и домовики, а целители также прекрасно приходят на дом, зато там безопасно. Ты позволишь мне? Северус удивлённо посмотрел на Гарри, думая, что ослышался. Парень боится, что ему откажут в возможности оказать помощь? Что за чушь? Потом, на секунду задумавшись, он осознал, что ненавидящий до глубины души своего ученика профессор и правда должен был бы разозлиться, что ненавистный студент делает одолжение своему учителю. Вот только он давно не ненавидел Гарри, а тот явно предлагал от души, а не планируя эту помощь потом обернуть против Северуса. Он подхватил восковую табличку, которую использовал для общения с целителями и нацарапал «я буду вам очень благодарен за помощь, Поттер». Спохватился, что стоило поддержать обращение на «ты», он только когда Гарри, прочитав, сделал такое сложное выражение лица, как будто мысленно обругал себя за излишнюю фамильярность. Но менять что-либо было уже поздно. _____