Любовь с никотином.

Всю оставшуюся дорогу Антон писал и говорил своей маме о том, какой Питер красивый. И какой у него шикарный вожатый, что взял его с собой. Арсений молча улыбался и продолжал вести мальчика в своё любимое кафе. Ему понравилось. Попов не мог перестать об этом думать. Ведь одна лишь мысль о том, что он смог хоть чем-то отвлечь мальчика от той ситуации, которая произошла ночью, грела его душу. Выйдя из машины парень улыбнулся солнышку, которое всё еще ярко светило. Слегка прохладный ветер тут же взьерошил волосы подростка и пробрался под кофту, отчего Шастун немного вздрогнул. – Тебе холодно, Тош? – Арс подошёл со спины и слегка приобнял парня за плечи. –Нет, всё в порядке, идем в кафе? – Зеленоглазый убрал руки мужчины со своих плеч. Арсений посмотрел на мальчика, а потом молча кивнул и повёл его в кафе. Придя в заведение, мальчик вновь восхищался. Тихая музыка ирала откуда-то из глубины зала. Приятное освещение, от которого наконец-то не резало глаза. Мягкие диванчики, на которых можно было расслабиться. Окна с большими подоконниками, на которые можно сесть. Приятный запах. – Это моё любимое кафе в Питере, Тош, – Арсений отвел Антона за самый дальний стол, где он обычно обедал. – Сейчас нам принесут меню, заказывай всё, что угодно, я всё оплачу, – Арсений посмотрел на Шастуна и мягко улыбнулся, а тот покраснел. – я так не смогу, я лучше сам... – вожатый грозно посмотрел на парня не дав ему закончить мысль. – я не спрашиваю, малыш. – БЛЯТЬ СЕРЬЕЗНО!? ТУТ ТОЛЬКО ОВОЩИ?! – Тоша заскулил и кинул меню на стол. – А ты вывеску вообще читал? Там же черным по белому написано, какое это кафе. – Арсений рассмеялся. – Я надеялся на то, что вы привезёте меня в нормальную кафешку. – Парень снова отвернулся к окну. – Тош, тут еще есть мороженное, какое хочешь? – мужчина дал мальчишке меню обратно. – Вот это, – мальчик ткнул на ванильное с шоколадной посыпкой. Они наконец-то поели и сели в машину, чтобы поехать обратно, и тут же у Антона загудел телефон. На экране высветилось Поз. Это программа сдохни или умри. Шастун усмехнулся своим же мыслям, которые сейчас могли оказаться реальностью. – Привет, Димось, – Тоша включил громкую связь, потому что Арсению очень захотелось послушать то, как Позов будет сейчас кричать. Вот вроде взрослый человек, а ведет себя как подросток. – Хуёсь. Ты где шляешься, падла!? – Дима крикнул на друга, а на заднем плане было слышно стонущего, от головной боли, Матвиенко. – Да не стони ты так, будто тебя в жопу ебут! – Я... В Питере.. – Шастун сдерживал смех, а Попов уже во всю ржал. – Ты че там забыл? Слышишь, башня, если ты щас же не приедешь обратно, я снесу тебя! – Дима кинул на стол какие-то таблетки, а Серёжа уже начал ныть. – КАК ОНА МОГЛА? АЙ, СУКА... Голова, – Хвостатый снова застонал, а Дима лишь глубоко вздохнул. – Вот знаешь, я начинаю сомневается, что он вчера уснул, потому что мне кажется, что он ходил к кому-то. – Поз кинул в Сергея таблетки и бутылку с водой. Арсений еще сильнее начал смеяться и чуть ли не выпал из машины. И тут Антон уже не смог сдерживаться. Отключившись от звонка, он смеялся вместе с вожатым. Приехав в лагерь молодые люди зашли в комнату вожатых. Дима сидел на кровати, рядом с Серёжей, и нервно пил кофе, а сам Серёжа всё еще немного постанывал от головной боли. – Антон, быстро сбегай в комнату, и принеси те таблетки, которые я тебе оставил. Они будут сильнее тех, что дал ему Дима. – И Шастун быстро помчался в свою комнату. – Дим, что было вчера, после того, как я ушёл? –Он продолжал пить. Много пить. И попутно ругаться с девушкой. В конечном итоге, она его бросила, и он достал у вас из стола пачку сигарет, которую выкурил за раз, – Дима глубоко вздохнул. – я правда пытался его остановить, но он поклялся, что въебёт мне, если я буду мешать. – Ох, Серёжа, Серёжа... – Вожатый тоже вздохнул и посмотрел на друга. В этот момент в комнату забежал запыхавшийся Антон. – Вот, держите, – он протянул пачку. – Спасибо, Тош, – Мужчина потрепал парня во волосам и мягко улыбнулся, а Антон покраснел. –Ебать, че между вами происходит? Тох, скажи честно, ты педик? – Дима посмотрел сначала на вожатого, а потом на друга. – Дим, вот ты вроде самый трезвый, а дурной. Иди, сделай глоток свежего воздуха, а то тебе вон та алкашня, – Тоха показал на Матвиенко, который стонал от боли, – все мозги походу продышала перегаром. – Блять, вы издеваетесь? Я тебе щас сам мозги продышу! – Дима закипал. –Успокойся, Димас, мы просто друзья, – Арс посмотрел на мальчиков, и снова заразил их своей улыбкой. – Охуенная дружба. Пойду реально воздухом подышу, заебали. – подожди, я с тобой. Покурю заодно, – Антон подошел к другу и они вместе вышли из комнаты. Дойдя до реки они сели на то самое бревно. В этот раз, всем этим видом восхищался Дима. Солнце которое уже уходило в закат. Приятный ветерок. Мелкая рябь на теплой воде, в которой отражался тот самый, начинающийся, закат. Рядом сидит его лучший друг, который курит и теребит кольца. Сейчас он выглядит очень эстетично. – и все таки, Антон, что между вами? – Дима посмотрел в глаза другу, не давая ему отвести взгляд. – Дружба, Дим. – Тоша все таки отвернулся от Поза и продолжил курить. – Охуенная дружба. То он тебя на руках носит, то вы спите в одной кровати, то ездите вместе в Питер. Еще он курить тебе запрещает. Мне бы такого друга, – Дима замешкался, – ой, то есть, подругу. – Блять, Дим. Курить он мне запрещает, потому что его могут уволить. На руках он меня принёс, потому что я подвернул ногу. А про Питер... Так мы просто просрали и завтрак, и обед, и поехали в кафе. – Шастун расставил все по местам и затянулся. – а что ты скажешь на счет того, что вы спали в одной кровати? – подловил, так подловил. – Акоголь, Дим, алкоголь. – ага. А еще я знаю, что ты ему говорил. Он писал это Серёже. – Дима вздохнул, – А говорят, что пьяные люди говорят правду, – он улыбнулся видя как краснеет Тоша. – Он нравится тебе? – Кто? Арсений Сергеевич? – Нет, блять, Папа Римский. Конечно Арсений Сергеевич. – Я че, похож на педика? Нет, конечно, он мне совсем не нравится. Нет, в смысле нравится, но в другом смысле, ну типо и в этом он тоже ничего. Блять, Дима, я запутался, отвали! Я не педик. – Антон докурил и выкинул окурок в воду. – Ладно, ладно, пойдем. Не педик ты мой, – и парни дружно рассмеялись.