Маленькие истории большого мира

— Да, я мразь. Но я хотя бы не отрицаю это, — Арсений усмехается, наблюдая за реакцией парня, ведь каких трудов ему стоила вся эта авантюра. Он думает, что ради этого потерянного сломленного взгляда стоило из кожи вон лезть. Да, у него ещё никогда не было настолько сложной цели. Всё по зазубренному алгоритму: на первом месте внешний вид, затем взгляды, разговоры, вызывающие заинтересованность — обязательно нужно блеснуть умом, которым он точно не обделён, а врождённые харизма и обояние сделают оставшуюся работу. — Ты... — Антон не верит. Он и слов подобрать не может, ведь... Так слепо поверил, а в итоге держит собственное разбитое сердце при том, что у него было всё: девушка, друзья, любимое занятие. Арс забрал всё. Теперь же надменно усмехается, наслаждаясь разбитым парнем. — Ну же. Антон сглатывает. Он ещё никогда не чувствовал такое сильное отторжение к человеку, которого любит всем сердцем. Его начинает тошнить, но он держится. Арсений не получит то, чего хочет. Только не от него. — Мне жаль тебя, Арсений, — твёрдо произносит парень, заглядывая в голубые глаза, как будто хочет выудить оставшуюся в них человечность. — Сердца людей — не игрушка. Ты поймёшь это тогда, когда будет уже поздно. В погоне за тем, что, ты думал, сможет заполнить пустоту в сердце, ты потерял главное. Ты потерял себя. Арсений закатывает глаза. Он надеялся, что будет интереснее, а этот придурок его ещё и жалеет. — Дурак ты, Шастун. Влюблённый. В тебе говорит обида, ведь... — Нет. Это ты держишь её в себе. Думаешь, что весь мир несправедлив и идёшь против системы, сам не замечая, как она ломает тебя. Антон отворачивается. У него нет сил смотреть на человека, который всего за год стал всем для него. Но то, что осталось Шасту — постараться сохранить в себе это светлое чувство. Он действительно любил. И любит. — Надеюсь, твоя собственная тоска не сожрёт тебя изнутри. Ведь в конечном итоге ты останешься наедине с самим собой, — только и произносит Антон, прежде чем уйти. — Мне плевать, — Арс смотрит вслед, почти что насильно заставляя думать себя о том, насколько он потрясающий актёр. Вот только... — Ты всего лишь один из, Шастун. Всего лишь один из. Он поймёт. Почти сразу. Но исправить уже не сможет.