Никотин любви не помеха

На протяжении вот уже нескольких недель Мидорию «подкуривал» электронку у Бакуго, то и дело ловя на себе взгляды а-ля «Я не могу с тебя, когда ты стал таким испорченным?». Да-да, и так думает Кацуки, который делает это на протяжении нескольких месяцев. Но одно дело парень, смахивающий на хулигана, и совсем другое – милый юноша с мягкими кучерявыми волосами, россыпью веснушек на бледных щеках и миловидно-детским личиком. И как такое чудо может курить? Оказывается, может.

***

Мидория лежал в одеяльном коконе, уткнувшись в экран телефона, и спокойно парил, пока его парень не вернулся. Бакуго эгоистично свалил на гулянку с Киришимой, пользуясь тем, что зеленоволосый заснул. Это тебе за то, что меня не взял с собой, – соглашаясь со своими мыслями, Изуку наблюдает за плавными движениями пара, вьющегося в воздухе и ускользающего в створку приоткрытого окна. Парень хотел сделать ещё одну тяжку, но пар, почему-то, не поступил. Деку забеспокоился и повертел в руках под, ища причину непоступления пара. Но потом он просто вспомнил слова Каччана, что устройство необходимо периодически заряжать. Грешну душу посетило облегчение, с мыслями «Потом заряжу», Мидория высвободился из своего кокона, положил парилку на стол и направился на кухню, ибо кушац охота. Голодный Изуку перебирал продукты в холодильнике, каждого одаривая разными фразами: «Это я не хочу», «Это я уже ел», «Это... Фу, бе, это протухло», «Это я не ем (я не козёл)». В конце концов удалось откопать сырные палочки, которые Изуку с Кацуки ели на полдник. Веснушчатый тихо похрустывал, сидя на табурете и смотря в окно: дождь, сырость, мокрый асфальт... Бр-р. От вида за окном Мидорию передёрнуло, и он обхватил себя одной рукой, пытаясь согреться. Но на роль обогревателя лучше всего подходил Кацуки. Из прихожей послышались звуки открывания двери, и Мидория быстренько прибежал на них. Домой вернулся промокший Бакуго, с кончиков волос которого меделнно стекали капли. Волосы лежали по-другому, нежели когда торчат во все стороны. Деку находил это привлекательным. – Ну как погулял? – невзначай поинтересовался уплетающий сырную палочку парень. Бакуго одарил его взглядом а-ля «У тебя всё хорошо?» – Обычно погулял, как ещё можно гулять? – блондин снял с себя мокрую кожаную куртку, мокрые кроссовки и начал находить на Мидорию, который, почуяв неладное, попятился назад. – Каччан, что дела... А, нет, не надо! – Изуку завизжал и стал отпихиваться, когда оказался сдавленным в мокрых медвежьих объятиях, – Каччан, ты весь мокрый! – смеялся Изуку. – Так и задумано, – Кацуки запустил холодные влажные руки под футболку Мидории. Тот сразу забрыкался и истерично вскрикнул от проберающего холода любимых рук. – Холодно же, Каччан! Бакуго самодовольно улыбнулся и с облегчением выдохнул, убедившись, что на него не обижаются. «Конечно не обижаются, весь подик скурили и не обижаются». Блондин снял все промокшие вещи и развесил на верёвку в ванной. Пока выходил из неё, услышал возню на кухне. – Каччан, чай будешь? – прокричал Мидория, всё ещё думая, что Бакуго в ванной. – Задрот, не ори, голова раскалывается. – Ой, ты уже тут, прости. – Я пока в комнату. – Угу. Кацуки добрался до своей комнаты и полез в шкаф, чтобы надеть новую футболку. Но через пару минут раздумий, решил остаться так. Он в своем доме, в конце концов. Внимание подрывника привлёк его под, покоящийся на столе, который моментально оказался у малиновых губ. Чё за херня? Кацуки пару раз попытался затянуться, но не вышло. Он перевернул устройство и увидел мигающий красный индикатор. – Та-ак, отлично, а что с жижей? – Бакуго вынул картридж, навёл его на свет – жижи нет, – И её нет. Прекра-асно~ С этими словами раздражённый блондин с ненормально улыбкой кому-тосейчаспизда на лице поспешил удалиться из комнаты. Прийдя на кухню, блондин застал своего парня за просмотром какого-то тупого сериала. – Чай уже готов. – А кто-то сейчас получит пиздюле-ей~ – Кацуки поиграл бровями, натягивая на губы грозную улыбку, от которой Изуку стало не по себе. – За что, Каччан? – За что? А кто скурил всю жижу и разрядил мой под? Ха-а?! К Мидории моментально пришло осознание того, что он так и не поставил на зарядку устройство. – П-прости, я хотел его зарядить, честно! Я просто забыл. А про жижу я не знал. – Значит хрен тебе, а не под, – Бакуго обхватил одной рукой шею Мидории, а кулаком другой начал тереть макушку, слушая писклявые просьбы о том, чтобы прекратить протирание дыры в его голове. Всё же Кацуки остановился, решив, что лысина Изуку не пойдёт. – Эй, задрот. – М? – Может ты свой купишь? – Чего? (ꏿꏿ;) – Агрх, какой же ты тугодум! Говорю, свой под себе купить не хочешь? А то заебал мой скуривать и не заряжать. – Каччан, я же уже извинился! А вообще... Не похоже на тебя, что ты сам предлагаешь мне такое. В чём подвох? (─.─ ） – Да ни в чём, придурок! Ну не хочешь – как хочешь. Но свой я тебе больше не дам. И не проси, – с этими словами Каччан ушёл с кухни, оставляя Деку в ступоре наедине со своими мыслями.

***

– Ува-а-а, – Мидория стоял посреди вейпшопа, держа в руках продолговатое чёрное устройство с кислотно-зелеными молниями по бокам, и давил счастливую лыбу. Бакуго умилялся с того, как радуется парилке такой, казалось бы, порядочный паренёк. – Нравится? – в ответ Изуку энергично закивал, а в глазах появлялось больше радостного детского блеска. – Ты такой чудик, Деку. Всего доброго! – бросив напоследок продавцу, блондин захватил одной рукой итак измученную шею Мидории и вывел в таком полусогнутом положении его из магазина. – Эй, Каччан, отпусти блин! – Не вижу никаких блинов, задрот. Слегка чокнутая парочка покинула магазин. Возвращаться домой пришлось в дождь, промокая до ниточки. Но оно того стоит, ведь дома Деку наконец-таки попарит собственный агрегат. Мидория, Мидория...