К черту

      Ладонь резко опустилась на стол. Родион тут же поднял взгляд на стоящую рядом девушку.       — То есть меня ты заставлял бросать курить, — эмоционально начала она, — а сам сейчас бегаешь с ним каждые полчаса в курилку! Всегда был против алкоголя, у отца забирал бутылки! А сам сейчас сидишь убитый! Это твой новый недодруг тебе так глаза затмевает? Ты мне ответить хоть что-нибудь! — Она ударила по столу еще раз.       А что бы он ответил? «Да, сестренка, ты абсолютно права»? Он и сам знал, что всё так. И со стороны вполне могло показаться, что его испортил один человек, но только они двое знали, что инициатором всегда был Родион. Да, примитивно, но делал какие-то попытки.       — Колоться скоро начнешь?! Давай-давай, порошки нюхай, все из дома вынеси! Ты когда трезвым-то был последний раз? — Продолжала она.       А может к 20-ти годам гены начали брать свое, может просто сейчас не перед кем быть правильным? Кто знает. Он ведь остался один, а как жить нормально, ему никто никогда не показывал.       — Ты о девушке подумал своей? — Продолжал ее нравоучительный голос.       — Да я не верю ей, никому больше не верю! — Разорался сидевший до этого спокойный Родион. И он врал. Врал себе, сестре, своей девушке. Врал сам, поэтому и не верил им. Если ему было так просто врать, то почему это должно было быть сложно другим? А отмазка вроде «нет смысла врать» не помогала, ведь ни в чем на самом-то деле смысла не было. Смысла не было, поэтому он продолжал день изо дня убивать себя. Каждый день новыми таблетками и новой бутылкой. Смысла не было, поэтому он кидал в игнор девушку и болтал с ним по телефону сутками. В нем тоже не было никакого смысла, но ему хотелось верить. Хотелось отдать ему свою пропитую душу. Но ему это все было не нужно, и от этого хотелось кричать. И Родион кричал.       — Возьми себя в руки!       — Иди к черту! — Парень с яростью кинул почти пустой стакан в свою сестру.       Тот прошел насквозь, долетел до стены и разбился. По щекам покатились слезы точно так, как и пару лет назад в день ее похорон.       — К черту…