Выходной лейтенанта Мина.

      Юнги — почётный офицер полиции и ни разу не любитель просыпаться в свой выходной от звонка шефа, которому Мин срочно понадобился в офисе для какого-то супер важного дела, требующего срочного вмешательства. Признаться, единственное, о чём думал Юнги, смотря на часы, едва показывающие семь утра, это то, как классно бы смотрелся его начальник с опрокинутым на голову стаканом крепкого американо, который так любит офицер.       Мин шефа, конечно, уважал и беспрекословно следовал любому приказу, как того требует устав, но в такие моменты начинал ненавидеть этого мужчину от нескольких серебряных серёг в левом ухе до лакированных чёрных туфель.       И всё бы ничего. Он даже был согласен смотаться в душный офис на пару часов, высидеть утреннюю планёрку с коллегами из соседних отделов, что в один голос пожелали бы ему самого доброго утра, как только парень вошёл бы в кабинет, но тащиться через весь город в другое отделение из-за какого-то инцидента с бандитизмом — увольте.       Только начальник и слышать не хочет. «Чтобы через два часа был здесь», — звонок обрывается именно на этой ноте, что заставляет Юнги глухо застонать и вылезти из тёплой постели, как бы Мин не желал остаться в позе эмбриона и с мягкой подушкой под щекой.       И Юнги действительно плетётся через весь город, даже не отрывая взгляда от телефона, на котором фотографии с места преступления, которое он не успел осмотреть на прошлой неделе по личным обстоятельствам.       Мин входит в кабинет под оглушающее его «Доброе утро, лейтенант Мин» и, коротко кивая коллегам в ответ, садится около открытого окна, подставляя лицо утренним лучам солнца и прохладному ветерку. По личному приказу начальника ему приносят американо, за что Юнги мысленно переходит черту «любовь/ненависть к шефу» в обратную сторону и даже позволяет себе улыбнуться, прежде чем включается в обсуждение рабочего плана на ближайшие несколько недель.       Мин решает, что раз выходной всё равно испорчен, то почему бы не закончить и с другими делами, чтобы по-максимуму разгрузить себе следующую неделю и, возможно, урвать пару свободных деньков. Юнги тратит на это больше времени, чем хотел бы, поэтому к концу дня буквально выползает из участка, молясь только о том, чтобы пробок не было, и он сумел добраться до дома в ближайший час.       — Эй, господин офицер, — окликивает его кто-то, чем заставляет Мина остановиться и оторвать взгляд от телефона.       Этот голос он не перепутает ни с чьим, а при одной мысли об этом, у него сердце в груди кульбит делает и быстрее стучать начинает.       — Господин офицер, я, конечно, не уголовное дело, но могу и завестись, — продолжает парень и смеётся, довольный чуть покрасневшим лицом своего ненаглядного.       — Чонгук, какого чёрта, — широко улыбается Мин и, спускаясь по лестнице, перепрыгивает через две ступеньки, чтобы тут же оказаться в объятиях любимого. — Ты же сказал, что только завтра вернёшься.       — А ты сказал, что не будешь себя нагружать, котёнок, — парирует Чон и, поправляя несколько прядок в причёске своего парня, мягко целует чужие губы, подцепляя партнёра за подбородок и собственнически укладывая руки ему на талию.       — Увидят же, — пытается оттолкнуть его Юнги, но брюнет ему этого не позволяет, лишь сильнее к себе прижимает.       — Пусть все знают, что если им и нечего делать дома в выходной, то тебя там очень ждут, — кивает Чонгук самому себе, чувствуя, как всё его недовольство улетучивается от одного только осознания, что Мин снова рядом.       — Я так скучал, — не перестаёт улыбаться офицер и зарывается пальцами в причёску возлюблённого, самостоятельно сминая чужие губы требовательным поцелуем.       Чонгук по его спине ладонями водит, всё норовит к ягодицам спуститься, но Юнги ему не позволяет, по рукам шлёпает, шипя что-то о некультурности и нарушении общественного порядка.       — Поехали домой, котёнок, потому что ты не заточённая в башне принцесса, а я ни разу не рыцарь, но от начальника-зверя спасти могу, — подмигивает Чон и протягивает ему второй шлем, пока сам перекидывает ногу через сидение и заводит мотоцикл.       Юнги на это фыркает, но послушно надевает шлем и крепко прижимается к парню, обхватывая его талию руками и укладывая голову на широкую спину.       Его выходной однозначно спасён.