Последняя капля

      — И ты тут, братец.       — Вивьен.       Воздух вокруг вмиг неуютно уплотнился. Две пары глаз сверлили друг друга, точно пытаясь оставить на месте другого лишь горстку пепла, которую невозмутимые уборщики тут же смели бы в золотой совочек.       — Вновь в таком экстравагантном платье? — мужчина, скрестив руки на груди, брезгливо приподнял верхнюю губу. — Не ты ли говорила, как беспокоишься о своей репутации?       Женщина смахнула рукой в перчатке видимые лишь ей пылинки с ярко-красных перьев, которыми был расшит ее воротник и короткие рукава.       — Именно поэтому я сегодня в нем, — она фыркнула и насмешливо взглянула на брата. — Мне, в отличие от тебя, важна моя репутация. Я показываю свою актерскую душу! А ты, как я вижу, одеваешься где-то в безвкусной захудалой лавочке за доллар? Что это за кошмар ювелира? — Она приподняла край чужого галстука двумя пальцами, разглядывая выбившуюся из шва серую ниточку. — На тебя, бедняжку, вылили ведро ртути?       — Мой стилист сказал, что такие костюмы перевернут моду, — сквозь сжатые зубы процедил мужчина, поправляя серебристый галстук. — Ты хоть знаешь, сколько я отдал за...       — О, Франклин, а твой стилист знает толк в том, как вытянуть из людей все деньги, — Вивьен, для разминки, звонко рассмеялась, кокетливо прикрыв ротик ладонью в красной перчатке. Это был номер два в ее списке лучшего смеха. От такого напряжения голосовых связок разболелось горло, и Вивьен, кашлянув в кулачок, завертела головой, выискивая напитки. Не обращая на нее внимания, Франклин продолжал бормотать, словно зазубренную мантру.       — Серебряный подчеркивает статус и богатство, а также указывает на мои лучшие черты характера – идеализм, перфекционизм, аккуратность и дисциплину...       Своего младшего брата Вивьен увидела в нескольких шагах от них у шведского стола. Стараясь в своем мятом дешевом костюме слиться с толпой богачей в дорогих одеждах, он увлеченно опустошал шведский стол.       — Дэн! — капризно позвала Вивьен, — Дэн, принеси мне воды.       Ее младший брат растерянно повернулся, что-то увлеченно жуя.       — А? Виви, ты пробовала пунш? Это лучший...       — Воды, Дэн, — томно вздохнула женщина. — Бестолковый братец.       — Чего сразу так, Виви? — огорчился Дэн, уже наполняя пустой бокал водой из графина. — Толковый я. Поступил недавно...       — После того, как тебя вышвырнули из Гарварда, — огрызнулась Вивьен. — За который тебе, между прочим, платил папенька, царство ему небесное, а мог вложиться в подающую надежды актрису.       Она большими глотками осушила бокал. Ее рука сама нашарила потайной карман в платье. Коснувшись кончиками пальцев жемчужин и убедившись, что ожерелье на месте, Вивьен выдохнула.       — ...а также серебряный скоро снова войдет в моду во всем мире, — закончил Франклин. — И я стану известен как Главный Серебряный Генеральный директор «DYRK-а» Фран...       — Ох, от твоей болтовни у меня болит голова, — Вивьен устало потерла виски. — Знай, моделью твоих носков просто по старой дружбе я быть не собираюсь.       Мужчина вскинул голову.       — Словно мне есть дело до какой-то неудавшейся актрисы, — процедил он. — Уже завтра у меня будет состояние, которое поднимет мою фирму на вершину...       — О нет, братец, — тыча ему в несчастный серебристый галстук бокалом, Вивьен покачала головой. — Это меня всего пара дней отделяет от славы, известности и...       — Обязательно попробуйте биточки, — встрял Дэн. Светясь от удовольствия, вытер капли жира с уголков губ. — Это просто невероятно!       Столкнувшись с двумя парами глаз, студент поднял руки.       — Ладно, ладно, молчу, вашим планам не мешаю, — пробормотал он. — Можете считать, что меня здесь вообще нет.       Вивьен прокашлялась и поправила перья в прическе. Она явно собиралась сказать что-то язвительное, когда наконец зазвучала музыка.       Именинница, в сопровождении своего мужа, появилась в зале, приковывая к себе все внимание. Короткие платиновые волосы, завитые по последней моде в изящные волны, безвкусное дорогое платье чуть выше колена, дорогие кольца, которых, на вкус Вивьен, было многовато, толстый слой макияжа на овальном лице, ослепительная улыбка, большие глаза, жемчужные серьги и...       Вот оно. Жемчужное ожерелье.       — И почему маменька выбрала Маргарет, — с тихой обидой на несправдливость мира прошептала Вивьен Франклину. Ее брат не ответил; он, казалось, погрузился глубоко в свои мысли. Его нахмуренные брови были сдвинуты вместе так близко, словно были разводными мостами в час пик, а губы что-то беззвучно шептали.       Вивьен простояла так несколько минут, пряча за пустым бокалом перекошенное гримасой лицо. Лишь когда поток поздравлений вокруг именинницы немного ослаб, а ее муж отошел в сторону, разговаривая с какими-то важными людьми, Вивьен решительно сунула пустой бокал в руки Франклину, а сама завертелась в поисках другого брата.       — И где только его черти носят, — пробормотал она, оглядывая столы, горку шампанского, чужие галстуки и фраки.       Дэн обнаружился чуть поодаль, у пальмы нездорового салатового цвета в большой кадке. Большими глазами он молча смотрел на тарталетку в его руке, с салатом и горсткой красной икры сверху. Бесцеремонно схватив брата за руку, Вивьен потащила его прочь.       — Виви! — воскликнул парень, глядя большими глазами сначала на сгинувшую в бескрайних просторах пола вафельную тарталетку, а по истечении заветных трех секунд на сестру. — Это немного невежливо с твоей стороны.       — Это с твоей стороны невежливо не быть там, где я ждала тебя увидеть, — огрызнулась актриса. — Давай-давай, топай. Ты сейчас прольешь на одежду вино...       — Вино? — переспросил Дэн, останавливаясь. — Я не могу, оно же с трудом отстирывается. А это мой лучший костюм.       — Слушай сюда, — Вивьен повернулась к нему. — Если ты во время моего разговора с этой чертовой Маргарет подойдешь к ней и случайно прольешь на нее вино, я, так уж и быть, пожертвую тебе пятнадцать долларов.       — Я не могу, — Дэн покачал головой. — Маргарет будет очень разочарована.       Вивьен пронзила его долгим взглядом.       — Двадцать, — сказала она.       — Не в деньгах дело... — начал было парень, но, наткнувшись на глаза сестры, стушевался. — Только если ей не будет слишком грустно, — подвел итог он. Лицо Вивьен мгновенно преобразилось, стоило ее ангельски-невинной улыбочке озарить все вокруг. Лишь плечо Дэна, все так же ноющее от ее стальной хватки, напоминало, что секунду назад здесь стоял дьявол во плоти.       — Умница, братик, — мурлыкнула Вивьен.       Оставив Дэна разбираться, она поспешила вперед, громко цокая каблуками по паркету.       — Маргарет, родная, сколько лет, сколько зим! — расталкивая локтями столпившихся вокруг гостей, Вивьен заключила троюродную сестру в объятия. — С юбилеем тебя!       — М-м... Вивьен... — красные перья лезли Маргарет в рот и щекотали нос. Вздохнула с облегчением она лишь когда Вивьен отстранилась.       — Какая же ты сегодня красавица! — льстиво запела актриса. — Чудесное платье, дорогуша, а эти серьги!.. Они так подчеркивают твои, э... уши!       — Спасибо, спасибо, — Маргарет разгладила складку на платье. — Как тебе праздник? Ты уже пробовала блюда? Мой муж пригласил самого Жозе-Лоретта! Так что большая часть шведского стола – блюда от лучшего шефа.       — Того самого повара? — продолжая разговор, Вивьен краем глаза увидела того, кто был ей нужен.       — Здравствуйте, Маргарет, — сказал подошедший Дэн. — Поздравляю вас с...       Он очень неправдоподобно споткнулся, оскорбив тем самым все актерские начала в Вивьен. Часть темно-вишневого вина из его бокала, прочертив в воздухе красивую дугу, выплеснулась прямо на напудренное лицо Маргарет. Ее негромкий шокированный вскрик заставил всех вокруг обернуться.       — Какой кошмар! — Вивьен в ужасе прижала ладони ко рту. — Дэниэл, это верх грубости! Маргарет, родная, не переживай, пойдем, я помогу тебе...       Маргарет, которая секунду назад, казалось, была готова устроить скандал, согласно кивнула.       В будуарной комнате Вивьен усадила сестру в кресло. Сунув ей в руки салфетки, она завертелась среди полок, заполненных баночками с кремами, флакончиками духов и украшениями.       — Ох, на жемчуг попало вино, — актриса в ужасе поднесла ладонь ко рту. — Позволь мне его протереть.       Пока Маргарет поправляла макияж и вытирала едва заметные пятнышки с платья, Вивьен осторожно расстегнула застежку ожерелья. Когда тяжелые бусины легли ей в ладонь, она едва ли вскрикнула от радости. Наконец-то. Ее билет в лучшую жизнь.       — Вино ведь не испортило жемчужины, Виви? — спросила Маргарет, нанося на щеки пудру. — Я не могу позволить, чтобы подарок тетушки повредился...       — О, поверь, с ними все сейчас будет хорошо, — проворковала Вивьен, повернувшись к ней спиной. Ее рука вытащила из потайного кармана поддельное ожерелье.       — Я им сейчас очень дорожу, — продолжала Маргарет. — Я была так изумлена, что тетушка, да сохранит Бог ее душу, меня вспомнила и завещала его мне.       «Поверь, а уж как я была изумлена...» — подумала актриса.       Отличить ее подделку от настоящего ожерелья было легко. Жемчужина с одного края реплики была несколько меньше остальных, а на третьей от центра жемчужине был легкий скол. Эти небольшие недостатки снизили стоимость ожерелья в несколько раз.       — Поэтому сегодня я решила надеть именно е...       Закончить именинница не успела. Из-за стены раздался такой невообразимый грохот, словно пушечное ядро разбило все окна, стены, задержалось в праздничном торте и наконец решило упасть на землю, сопровождаемое криками и звоном осколков.       Украшения выскользнули из гладких перчаток Вивьен. Маргарет, услышав грохот снаружи, побледнела, а потом посерела. Пока актриса, упав на колени, спешно разыскивала нанизанные на нить жемчужины где-то под столом, именинница спешно схватила затерявшееся в ворсе ковра ожерелье.       — Я побегу проверю, — взволнованно сказала она, спешно закрепляя застежку.       Вивьен, наконец нашарив украшение и несколько раз ударившись о столешницу, поднялась на ноги.       — О, пожалуйста, пожалуйста, — пробормотала она. Догадка уже зародилась в ее сознании, но сердце не хотело допускать, что...       Скол на одной из жемчужин. Крайняя жемчужина была меньше, чем остальные.       Чувствуя, как внутри нее закипает гнев, Вивьен швырнула жемчуг под ноги. Тонкая нить порвалась, и бусины посыпались вокруг с громким стуком.       — Идите вы все к черту!

***

      Франклин был в ярости.       Его драгоценный, тщательно составленный план «Д» провалился. Его подготовка требовала подкупить дворецкого, чтобы знать расположение зала, сразу нескольких уборщиков, чтобы незаметно подрезать ножки столика, на котором бы стояла пирамидка из бокалов, и плотника, чтобы тот был готов жизнью поклясться, что ножовка пропала сама по себе. И сейчас остатки его трудов лежали грудой осколков на полу. Шокированная дама в фиолетовом платье прикрывала рот ладонями, а Дэн стоял над всем этим с видом нашкодившего котенка, которого сейчас будут ругать.       — Меня просто попросили подать бокал... — пробормотал он, видя, как к нему приближается, сверкая серебряным костюмом, словно латами, Франклин.       — И ты оперся всем весом на стол? На стол! Мой четвертый по надежности план! — прошипел мужчина, оттаскивая горе-студента в сторону, подальше от изумленных взглядов.       — План? — переспросил Дэн, послушно переставляя ноги. Вдалеке уже показалась громадная фигура мужа именинницы. Дэн едва сумел скрыться от его готового рвать и метать взгляда после того, как помог Вивьен. — Ах да, вы же с сестрицей...       — Ни слова! — отрезал Франклин.       Под большими настенными часами их уже ждал дворецкий.       — Мистер Скотт не сможет быть на месте для исполнения плана «А», сэр, — манерно растягивая слова и проглатывая некоторые согласные сказал он с таким ярким британским акцентом, какой может быть лишь у того, что никогда не был в Англии. — Ему ногу ушибло-с.       — Проклятие! — Франклин топнул ногой, приближаясь к дворецкому. — Вы что, забыли, сколько я вам плачу?! Да вы хоть знаете, кто я такой...       — Я знаю, — поднял руку Дэн, и тут же пожалел, что встрял в разговор, когда весь гнев перешел на него.       — Он знает! Славно, тогда может ты мне подскажешь, что делать, когда твои надежнейшие планы были разрушены?!       — Э-э-э... — Дэн попятился. — перейти к менее надежным планам... Что ты там говорил, план «А», план «Д»...       — План «Б», — Франклин в задумчивости остановился.       — Мистер Смит вчера отбыл-с, — вставил свои пять копеек дворецкий.       Франклин бросил на него испепеляющий взгляд, но вновь повернулся к Дэну.       — Ты будешь мистером Смитом...       — Ты предлагаешь мне сменить фамилию?       — ...и мы провернем план «Б», — закончил Франклин, довольно улыбаясь.       Дэн почесал нос.       — На смену фамилии нужно несколько дней... ай! — получив подзатыльник, он едва не подпрыгнул от возмущения. — Ты же сам не объяснил, в чем план!       — Объясню, — кратко отрезал Франклин и повернулся к дворецкому. — А ты давай-давай, топай по своим делам...       Тот в ответ так резко вздернул подбородок, словно пытался отбить невидимый бейсбольный мяч головой.       Все на празднике вернулось на круги своя. Осколки убрали. Через пятнадцать минут, когда даже раздраженная Вивьен вернулась в зал, а гости, позабыв обо всем, вновь начали оживленно болтать, Маргарет, вновь улыбаясь и сверкая вернувшимся хорошим настроением, встала перед гостями с бокалом в руке.       — Минуту внимания! — выкрикнул дворецкий. Убедившись, что взгляды гостей теперь направлены на них, он отошел в сторону, позволяя Маргарет говорить.       — Еще раз добрый вечер всем! Сегодня...       Франклин, до того стоявший в стороне, подошел ближе. Затем отошел на несколько шагов в сторону. Потом беззвучно зашевелил губами, что-то считая.       — ...и я крайне признательна за все теплые поздра... Ах!       Маргарет не успела закончить: свет в огромном помещении сначала замерцал, а после и вовсе погас. Дэн, кажется, наконец нашел основной рубильник.       Секунду в зале стояла тишина, а после поднялся гул голосов. Гости в испуге перешептывались, переговаривались, наступали друг другу на пятки. Лишь двое не волновались - сердитая Вивьен, молча стоявшая в стороне, и Франклин.       У мужчины в серебристом костюме все было схвачено. Он знал: пять шагов вперед, два влево, два шага вперед - и ожерелье, манящее своими крупными бусинами, будет его.       Раз. Два. Три.       Его губы расплылись в самодовольной улыбке.       Пять.       Кто-то наступил ему на ногу, и Франклин охнул от неожиданности. Неясный человек сбивчато извинился, но мужчина не обращал внимания.       Раз. Два...       Его нос больно встретился с чьим-то плечом. А острый локоть неизвестного происхождения тут же заехал ему в живот.       Растеряв весь пафос, Франклин согнулся в три погибели. Как нелепо! Его, самого идеального в этой комнате...       С трудом заставив себя продолжить, Франклин сделал последние два шага вперед. В темноте показалась фигура Маргарет. Не церемонясь, Франклин схватил ее за шею, пытаясь найти ожерелье. Женщина в ужасе подскочила, нелепо взмахнув руками.       «Ну нет, дорогуша, — подумал он. — Назвался носком – приноси мне прибыль, или как там говорится…»       Наконец нашарив в темноте механизм застёжки, мужчина сорвал ожерелье с шеи женщины и поспешил скрыться в толпе. Прошло еще долгих десять секунд прежде чем свет загорелся вновь.       Спрятав ожерелье в карман, Франклин огляделся. Среди взволнованных гостей он быстро нашел глазами Вивьен.       Расправив плечи и сверкая серебром в свете вновь включившихся дорогих люстр, он подошел к сестре.       — Что же, сестрица, так уж и быть, право первой поздравить Величайшего в Мире Главного Серебряного Генерального директора «DYRK-а» Фран...       — С чем это? — Вивьен выглядела злобной старой промокшей кошкой. — С тем, что ты тоже остался ни с чем?       Франклину показалось, что еще секунда – и из его ушей пойдет пар. Он выхватил из кармана ожерелье и потряс им прямо перед лицом сестры:       — А это тогда что такое, а? У меня все схва-че-но, схвачено и великолепно!       Та брезгливо убрала украшение кончиками пальцев подальше от своего лица.       — Это не оно, дубина ты, Франк. Не оно.       — Да как не оно...       Франклин растерянно перевел взгляд на украшение в своей руке.       Это был даже не жемчуг.       Его лицо побагровело, а пальцы побелели. Ожерелье тут же улетело куда-то в остатки сырного салата. Мужчина оглядывал предметы вокруг с таким видом, словно прикидывал, что из этого можно хорошенько сломать, не запачкав костюм.       Сзади раздались сдавленные рыдания. Обернувшийся Франклин проводил взглядом Маргарет. Она выбежала из зала так быстро, как только позволяли ее каблуки.       — Давай просто заберем его, без всяких проблем и планов, — сказала актриса. Ее взгляд, казалось, мог прожечь стену насквозь. — Разделим, так уж и быть, пополам.       — Это была последняя мера, — прохрипел Франклин, поправляя галстук.

***

      Дэн, наконец найдя комнату с двумя заветными буквами «WC» на двери, закрыл за собой дверь. Этот вечер его совсем утомил. Литр выпитого пунша напомнил о себе, заставляя мчаться по незнакомым коридорам сломя голову. В том числе в темноте.       Отлепиться от двери ему не дали звуки рыданий, исходящие от зеркала.       — Проклятие! Никакого праздника! Меня сначала оскорбили, потом… — всхлипывала Маргарет. Увидев в зеркале Дэна, она еще сильнее зарыдала. Тушь оставляла под глазами большие черные круги.       Поняв, что его заметили, Дэн подошел ближе и неуверенно помял ладони.       — М-м... Маргарет, родная, вы не переживайте, — сказал он, подходя ближе. — Все не так плохо. У вас вышел великолепный праздник.       Именинница покачала головой.       — О нет! — она шмыгнула носом. Ее дорогое платье покрывалось уже вторым слоем темных пятен слез. — Все должно было быть идеально! Сначала вино... Потом бокалы... Потом свет... И у всех такие глазищи! Словно я здесь шут!       Дэн удивленно поднял брови.       — Но ведь у вас было все: хорошая музыка, вкусная еда... Отчего вы так переживаете, Маргарет? Конечно, Франк и Виви нашкодили, но это еще не конец света...       Женщина замерла.       — Кто-кто? — переспросила она, словно лев, позволивший кролику сказать свои предсмертные слова. — Зачем же это все им?       — Э-э... Это ничего... — Дэн уже понял, что сказал слишком много, и пошел на попятную. — Подумаешь, переволновались из-за наследства...       — С этого места поподробнее, — Маргарет сделала несколько шагов, отрезая студенту путь к отступлению. — Расскажи мне, будь добр.       — Да что тут говорить, — Дэн покачал головой. — Виви и Франк же совсем о матушке не заботились. Вот она перед смертью и рассказала, что у нее все это время в тайнике хранилось ожерелье. Из жемчуга, но в каждой жемчужине спрятан бриллиант высшей пробы. А им деньги нужны. Вот и разозлились, когда матушка не им завещала ожерелье, а тебе…       — Вот оно как, — процедила сквозь зубы Маргарет, снимая с шеи жемчуг. — И из-за этой... Из-за этой мелочи... Портить мне юбилей... Я это так не оставлю!       Она так грозно зашагал к выходу, что Дэну ничего не оставалось, кроме как поспешить за ней.       Маргарет влетела в зал точно грозовая туча. С размазавшейся тушью, в мятом платье, с перекошенным от гнева лицом. Она тут же нашла своих троюродных брата и сестру и помчалась в их сторону.       — И ради этого вы мне!.. — сотрясая в воздухе жемчужным ожерельем. — И ради этого вы мой... И ради этой безделушки... Да моя собака стоит дороже, чем все бриллианты в этой штуке, да мой конь...       Она зарыдала так отчаянно, что Дэн сочувственно протянул ей салфетку со стола. Та, сунув ему в руки жемчуга, громко высморкалась.       — Да я... Да вы... — всхлипнула она.       — Да если бы Дэн все не запорол, ничего бы не случилось! — взвизгнула Вивьен.       — Это Дэн виноват в том, что... — перебивая ее закричал Франклин. — Что мои планы...       — Что мой план...       — Провалились!       Когда Дэн услышал это, его лицо перекосило. Он возмущенно вскинул руки к потолку.       — Это я?! — воскликнул он. — Ну да, конечно! Я же всегда во всем виноват! Кто же еще? «Дэниэл помешал моей карьере, из-за Дэниэла в мою компанию не вложились», да?! А сейчас что?! Знаете?! Да идите вы все к черту!       Что было сил, он швырнул ожерелье на пол. С громким перестуком жемчужины покатились по паркету, теряясь среди лакированных туфель гостей, столов и стульев. Воцарилась тишина.       — Какой же ты болван, Дэн! — в ужасе воскликнула Вивьен, бросаясь собирать бусины. Франклин же схватил одну из жемчужин. По мановению его руки один из подкупленных им уборщиков притащил ему молоток.       Не обращая ни на что внимания, Франклин размахнулся и ударил по жемчужине. Она, треснув, покатилась по полу прямо под ноги Дэну.       Первее чем его брат, студент схватил жемчужину и поднял к глазам.       — Только вот в чем дело, — с грустным смешком сказал он, отбрасывая ее куда-то под ноги, — похоже, никаких бриллиантов внутри нет.