Dead Flowers

Леоне Аббаккио увядал. Как жалкое, ничтожное растение под лучами горячего солнца. Как роза, что в неумелых руках превращалась в пыль. Как гниющий кактус. Он увядал от собственной любви, что плотной лозой обвила его сердце, лёгкие, жизнь. Этому обучали в школе. Об этом говорили люди. Даже мать сотни раз твердила сыну: полюби ту, кто взаимностью ответит. Жалкая дура. Глупа была, старая женщина. Ибо Леоне полюбил. Мужчину. Безответно. В мафии нет месту чувствам. А уж таким — подавно. Сразу же изгнание. В лучшем из исходов. Чаще — смерть. И быстрая. Но Аббаккио был не с тех людей, кто жаждал быстрой кончины. В какой-то степени ему нравилось страдать. Он уже забыл, когда именно из него стали лезть эти чёртовы цветы. Мягкие, бархатные лепестки Смерти, измазанные его кровью, помадой, слизью. Это только цветочки — твердит себе. Да. Лишь цветочки. Превратившиеся в лозы, больно впивающиеся в глотку. Обвивающие дыхательные пути. Душащие. За что ему такое наказание? Но, видимо заслужил. А кончина все близилась. Давила, как бетонная плита. Больно, до хруста костей, что крепче бетона. Но в ненужный момент хрупкие словно стекло. Да ему и терять-то нечего. Все, что мог — уже. Ведь его любовь давно мертва. Физически, да. А любить мертвеца — такая себе участь. В конечном итоге, на том свете ещё встретятся. Будет о чём потолковать. А пока Леоне Аббаккио увядает. Как хрупкий, гордый нарцисс. В лучах вечно пылающего солнца.