я считаю правильным любить тебя

      у минхо популярность, деньги и модельная внешность, а у джисона ни того, ни другого, зато тридцать три проблемы в голове.       у минхо богатый отец, который любит своё дитя; у минхо тысячи фанаток в социальных сетях; у минхо все шансы стать призёром в командных видах спорта, получить кубок на соревнованиях и в целом выбиться в люди. если постараться, ещё пару лет, и его имя будет в списке выдающихся спортсменов.       а джисону, если и повезёт, максимум, что светит, — кассиром в маке устроиться после выпуска, потому что оценки так себе, его музыка никому не нужна, а других талантов у него нет. да и этот ставится под сомнение. компании отказывают, слушателя нет, и только минхо просит скидывать ему даже демки. наверное, из жалости.       джисону вообще кажется, что минхо с ним из жалости.       в тот день, когда минхо сам сделал шаг навстречу, чтобы сблизиться, джисон этого не понял. пенял на добродушие. он и правда хороший.       когда минхо сам поцеловал, просто так, без повода, джисон подумал, что минхо просто хочет затащить его в койку. не то чтобы у минхо была репутация такая или что-то в этом роде, но нечто коварное в его улыбке было.       доселе есть.       джисон не понимает, что именно, но в действительности есть.       минхо в тот вечер, кстати, не позвал к себе и не стал напрашиваться на чай. после фильма и поцелуя в кинотеатре провёл, как джентльмен, до общаги, чмокнул в щёку и уехал, пообещав написать, как доберётся, или даже позвонить.       и написал. и позвонил. и вообще милый. услужливый. учтивый. нереальный какой-то. неземной.       джисон до сих пор не верит, что случилось все больше года назад.       будто вчера случилось.       возможно, причина кроется в том, что для него каждый следующий день, как предыдущий. это не что-то о рутине, просто с минхо рядом сердце каждый раз стучит быстрее.       а минхо рядом.       вчера был. в кино водил, к себе звал, чаем угощал и тепло целовал в губы.       этим утром кофе притащил в постель. джисон разлил его случайно. прямо на простыни и немного на подушку. долго извинялся. почти расплакался. даже пытался вымолить прощение минетом. минхо же только улыбался ему нежно и руки перехватывал, целуя в ладони и прикладывая те к своим щекам.       — всё хорошо, не волнуйся, — обещал он мягким успокаивающим голосом.       джисон неуверенно кивал, часто моргая, и тянул уголки губ кверху.       минхо всегда такой — заботливый. непонятно почему, но в самом деле такой. иногда джисону кажется, что он притворяется, вернее он пытается убедить себя в этом, а потом видит, как минхо обращается к своим сокомандникам, и уже не верит себе.       минхо не ругается, не кричит, не обижается. он может быть серьёзным или не очень, но никогда не повышает голос. только если хохмы ради.       идеальный.       джисону тяжело с этим, потому что он — нет. не идеален и очень далёк от этого. с кучей заморочек, неловкий, неповоротливый и бесталанный, в отличие от...       джисон смотрит на минхо влюблёнными глазами и хочет соответствовать. хочет быть таким же спокойным, сильным, понимающим. а ещё... красивым. без уродских щек, без показывающихся при улыбке дёсен, с подкачанным телом, а ещё с длинными ресницами, как у минхо, которыми он машет, моргая несколько раз подряд.       и джисон не соответствует. только минхо всё равно почему-то с ним. обнимает поперёк талии, целует в нос и шепчет на ухо нежности.       всё-таки из жалости?       иногда, когда джисон не ночует у минхо и остаётся в общаге, он закрывает дверь на щеколду, чтобы никто не ворвался, выключает свет, усаживается на кровать, прижимаясь лопатками к стене, и много думает, смотря в пустоту.       почему минхо с ним? почему не уходит? это затянувшаяся шутка? быть может, спор?       не может же минхо честно смеяться над дебильными шутками джисона, искренне сочувствовать неудачам и обнимать, потому что хочется, а не потому что надо... для чего-то.       возможно, минхо остаётся с ним только, чтобы не скучать одному дома, хотя одного его джисон никогда не видел.       порой джисон плачет, но чаще рыдает взахлёб, доводя себя гнетущими мыслями. но как иначе? вокруг него какой-то иллюзорный мир, которого он не заслуживает. и очень больно оттого, что в какой-то момент это кончится.       конечно, джисон не дурак. он честно наслаждается каждым моментом, отгоняя от себя досаждающие мысли, оставляя те на потом, однако стоит минхо перестать быть рядом, как это «потом» оказывается в кармане. и джисон достаёт этот свёрток, чтобы упиться жалостью к себе.       джисон всхлипывает и садится за письменный стол, чтобы достать черновик и записать пару строк.       так проще.       когда мысли на листе — так проще.       их тяжело записывать, сложно формулировать, но в этом отдушина джисона. в том, чтобы свои чувства переносить на бумагу.       так легче.       джисон отсиживает одну скучную пару за другой, чтобы вечером пойти к минхо, а с утра — на выставку. он давно пригласил. ещё недели две назад сказал, что забронирует билеты на эту дату. а джисон любит искусство. хочет очень поскорее прийти и поглазеть на прекрасное.       минхо ловит его, засмотревшегося на ворон, в коридоре, берёт за руку и уводит с собой, не роняя слов. джисон тащится за ним, как авоська, чтобы в итоге оказаться прижатым спиной к шершавой стене раздевалки.       минхо с трепетом целует в губы, с силой сжимает узкую талию в руках и жмёт к себе теснее, потираясь собственным нарастающим возбуждением о ширинку джисона.       — ты... минхо, ты чего? — шепчет ему в губы джисон, но оттолкнуть не пытается.       — просто соскучился, — с придыханием отвечает старший.       — мы же... но... только утром... — путая слова, бессвязно бормочет джисон, сжимая плечи ли ладонями.       — ты такой красивый, сложно удержаться, — усмехается минхо и просовывает пальцы за ремень на джинсах хана.       у джисона в груди что-то сжимается.       он же сказал это ради того, чтобы просто сказать, верно? просто фраза. чтобы было. чтобы джисон не задавал лишних вопросов. не от сердца же, правда?       джисон не противится, когда его джинсы приспускают. он решает поактивничать; расстёгивает молнию на брюках минхо, пуговку и опускается на колени.       ли запрокидывает голову назад, вплетая пальцы в волосы хана, и протяжно выдыхает, когда теплые губы касаются члена. джисон погружает головку в горячий рот и смотрит снизу вверх на лицо минхо, чьи веки мягко прикрыты, а губы разомкнуты.       джисон смотрел бы на такого минхо вечно.       джисон втягивает щёки, с удовольствием посасывая член, и даже опускается на всю длину, пропуская головку в горло. приноровился. распирающее ощущение в глотке не то чтобы сильно приятное и сосать больше нравится, активно используя язык, но и так тоже неплохо.       минхо сам его отстраняет и помогает подняться, придерживая за локоть. толкает к дальней стене, прижимая к ней хана грудью, упирая ладонь между лопатками. джисон сам выгибается, чтобы было удобнее, и зажимает рот рукой, когда несколько влажных от смазки пальцев проникают в него.       на самом деле, джисон растянут. над этим минхо старался всю ночь, а после — ещё и с утра. колечко мышц легко поддаётся, как и пластичные внутренние стенки.       минхо всё равно раздвигает пальцы внутри, желая удостовериться, а затем заменяет их членом, которым мягко скользит внутрь. он замирает только на мгновение, и джисон крепко жмурится, привыкая к знакомым ощущениям, словно в первый раз.       растяжение дырочки гораздо лучше ощущается распирающей глотки из-за члена, посему спустя с десяток секунд хан сам двигает тазом, чтобы получить приятное трение.       минхо целует его в шею, кусает в загривок и оставляет засосы на плечах, отодвигая край футболки. он чуть грубо толкается внутрь, втрахивая хана в стену, но ему нравится. джисон только выпячивает задницу для более глубокого проникновения.       джисон стонет, лаская свой член ладонью, и даже сладко скулит, когда минхо заменяет его руку своей. везёт ему или нет, но кончает он первым, пока минхо продолжает в нём двигаться, продлевая момент оргазма.       минхо замирает. секунда. две. пять. и оба вздрагивают, слыша громкие шаги по лестнице.       джисон дёргается, но минхо прислоняет палец к его губам, прося быть тихим. он избавляется от использованной резинки, натягивает на себя брюки и задерживает дыхание, чтобы чуть усмирить ритм сердца. сам идёт к двери и открывает её раньше, нежели желающий войти.       — ты напугал меня! — обвиняет чанбин — основной игрок команды минхо.       и джисон вздрагивает снова. пытается бесшумно натянуть на себя джинсы. но его пульс такой быстрый и громкий, что явно слышно за окном.       — чё хотел? — хмыкает ли.       — всё получилось? — восторженно спрашивает со.       и за секундную заминку джисон успевает себя накрутить.       что получилось? это связано с ним? почему чанбин такой радостный? он же улыбался джисону при каждой встрече...       минхо на самом деле хотел бы его как-то подставить? унизить? после всего, что было?              — да, — усмехается ли.       у джисона сердце в щепки разбивается и холодок по спине пробегается, больно вгрызаясь в кожу.       сейчас минхо откроет дверь шире и пустит чанбина, верно? а за ним ещё толпа смеющихся старшекурсников и...       — тренер дал добро, — продолжает минхо.       джисону в секунду стыдно становится.       — серьёзно? не шутишь? как ты его уговорил?! — ликует чанбин, почти в ладоши хлопая.       — если я скажу, то следующим будешь ты, — угрожает минхо.       — в... в смысле?       — вали отсюда, говорю. видишь, человек спокойствия хочет?       — а чего ты такой загнанный? — подозрительно уточняет со.       — дрочил. проблемы? — фыркает минхо. — ты прервал меня. хочешь теперь помочь, мой маленький? — наигранно щебечет он.       — фу, боже.       — вот и катись.       — вот и катюсь.       чанбин делает шаг в сторону лестницы, но останавливается, с грустью смотря на минхо.       — девчонку бы тебе, хён, — сочувственно произносит чанбин.       — думаешь, если бы не она, стал бы я прибегать к онанизму тут? — ухмыляется минхо.       — фоточку прислала?       — ага.       — покажешь?       — пшёл вон! — минхо захлопывает дверь перед лицом друга.       джисон выглядит растерянным, когда минхо поворачивается в его сторону. в коротких ресницах застыли слёзы, а в глазах — вина.       — сони, ты чего? — нежно улыбается минхо. — испугался?       он подходит ближе, чтобы коснуться руки ютящегося в углу джисона и притянуть к себе для объятий. джисон не знает, сколько он стоит ласково прижатым к минхо с полуспущенными штанами, которые так и не удалось тихо натянуть на свою худощавую задницу, но минхо сам их поднимает и застёгивает пуговку.              — ты такой милый, сони, — шепчет минхо и ловит щёки джисона ладонями, чтобы притянуть к себе и поцеловать в нос.       — я... я так много плохого думал о тебе, мне так жаль, — само вырывается изо рта. и снова заставляет пожалеть.       о мыслях жалеть легче, чем о сказанном.       — что думал? — серьёзно спрашивает минхо, убирая руки от чужого лица, чтобы коснуться талии.       — если ты будешь злиться, это справедливо, — вздыхает джисон, но взгляд так и не поднимает.       — я не буду злиться, — обещает минхо.       и джисон говорит.       как есть, говорит. показывая всю свою неуверенность в себе. это неловко. но будто так надо.       минхо молча слушает. его лицо искажается и становится более печальным с каждой секундой, но джисона не заткнуть. он говорит обо всем.              обо. всём.       о том, что не верит в искренность минхо; ведь нельзя же искренне быть таким хорошим и добрым, тем более к тому, кто этого не стоит.       о том, что его нельзя любить. ведь за что его любить? за неуклюжесть? за рассеянность? за нескладность? может, за бесталанность?       о том, что сомневается в намерениях минхо. джисону хочется сказать, что ли как-то использует его скорее всего, непонятно как, правда, поэтому умалчивает. ведь используют тех, кто что-то имеет за плечами, а у джисона ни гроша, ни связей, ни чистой души, ни невинности.       хочет сказать, что думает о споре. только что он несёт в себе? что на кону? за ничего бороться скучно. хотя есть рандомный выбор и...       и из джисона льётся поток бессвязных слов. с каждым последующим ему всё хуже и хуже. он чувствует, как зарывает себя всё глубже. и ничего не может с собой поделать. оно само. само как-то произносится.       будто не он говорит, а кто-то за него.       джисон горько плачет. впервые при минхо. ему в плечо. и ждёт, когда чужие руки его оттолкнут, оставят наедине со своими отвратительными мыслями, но минхо так не делает. он гладит джисона по голове, приглаживая волоски, и молча слушает. желваки на его лице играют, а веки подрагивают, но хан не видит, потому что прижат носом к шее. и даже если бы нет, то не рассмотрел бы за пеленой слёз.       когда джисон замолкает, минхо тоже молчит какое-то время. обдумывает. а потом спрашивает:       — тебя обидел кто-то раньше?       — что?       — кто-то посмеялся над тобой?       — н... нет? — джисон даже отстраняется, чтобы постараться взглянуть на минхо.       — почему ты думаешь, что тебя не за что любить? почему ты вообще думаешь, что нужно любить обязательно за что-то?       джисон промаргивается и пытается сфокусироваться.       — я... просто... эм...       — я думаю о том, что ты говоришь, и стараюсь понять, но не понимаю, — хмыкает минхо, крепко сжимая челюсти. — я же просто люблю тебя. не за что-то. а потому что ты — это ты.       — но разве... разве... почему? ты же такой... такой...       — какой?       — уникальный? я не знаю... в тебе столько качеств. ты просто самый лучший. и красивый, и умный, и талантливый, и...       — и ты тоже, — уверяет минхо. — и талантливый, и красивый, и умный. почему ты сомневаешься?       и в самом деле... почему?       джисон не знает ответа. молчит. снова плачет в рубашку минхо. а его только крепче обнимают, успокаивая нежными базовыми фразами, но те так глубоко внутри откликаются, что цепляет за живое.       минхо уводит джисона домой. к себе. несмотря на пары и тренировку после. заставляет пойти в душ, чтобы хотя бы умыться, и готовит вкусный обед, прежде чем уложить джисона в кровать.       джисон противится. что-то спрашивает, что-то говорит. снова. не на руку себе. но ли только целует его в щёки, нос, лоб, губы — куда угодно и обещает, что всё позже, а пока вкусная еда и дневной сон, как у малышей.       джисон хочет возмутиться, но после стольких слёз в сон и впрямь клонит. он засыпает почти сразу. и минхо рядом, чтобы обнимать его. сам не спит. копается в телефоне: пишет что-то команде, что-то ищет в интернете, листает ленту новостей, но не уходит. даже когда рука отнимается, лежит и молчит.       а потом...       потом занеживает джисона поцелуями в лицо, заставляя смеяться. заставляя забыться.       и джисон правда забывается.       а к ночи откровенничать начинает уже минхо, и джисон слушает с замиранием сердца.       минхо говорит, что ему вообще не сдался спорт. не в том виде. и учёба тоже. не интересно, не влечёт, но надо.       проблема в том, что отцу минхо плевать на хотелки сына. так кажется ли. он много говорил о настоящих желаниях, но... нет.       минхо нужно быть лучшим в общепринятом. сначала титул в университетской сборной, позже в городских соревнованиях звание, дальше, может, по стране место занять. и важно учиться. важно закончить, пойти по стопам отца, а ещё важно жениться, конечно.       минхо признаётся, что родители устраивают ему свидания с четырнадцати лет. и если отец немного угомонился из-за учебы, то мать не остановить. вечно подсылает девчонок богатых родителей. кто-то понимает минхо, кто-то тоже хочет свободы и поменьше вмешательств в личную жизнь, а кто-то замуж хочет. и с последними не договориться.       есть одно интересное но: пока минхо с кем-то, его не трогают. и он признаётся, что видел влюблённые глаза джисона. сначала хотел воспользоваться. миловидный парень, точно не друг, но время провести вместе можно. это любопытно.       и как-то не туда всё свернуло в первую же неделю.       минхо хотел проводить время в одиночестве: ходить в кино, кафе, театры и не быть обязанным. с джисоном так и было. он молчал. не доставал. словно вместе, а словно и порознь. личное пространство так и сквозит чрез самые тесные контакты. и это влекло. и влечёт теперь.       и минхо признаётся, что впервые влюбился.       влюбился по-настоящему.       влюбился в джисона.       не потому что джисон кто-то, а потому что с ним хорошо. беззаботно. и при этом заботливо.       хочется быть заботливым.       с ним.       философия минхо проста — не нужно быть кем-то или обладать чем-то, чтобы с тобой было комфортно. чтобы с тобой хотелось быть.       а с джисоном хочется быть. хочется обнимать его и целовать просто потому что. а ещё его слушать хочется, потому что вещи интересные говорит. за собой не замечает, но делает. и шутки у него смешные. и характер у него есть. и красивый он очень.       — но почему... — начинает было джисон.       — у меня нет ответов, — признается минхо, перебивая, и поправляет волосы хана, заправляя их за уши. — что бы ты ни спросил, я не знаю.       — я хотел спросить, почему ты считаешь меня талантливым? — всё-таки произносит джисон.       — потому что ты талантливый, — вздыхает минхо. — такой ответ тебя устроит?       — нет, — шепчет хан.       — я просто люблю то, что ты делаешь. это красиво. мне нравится. а ещё люблю тебя. и всё. я не могу объяснить, почему мне нравится или почему я люблю. это просто так. и я считаю это правильным.       джисон склоняет голову, пряча взгляд, и губы кусает.       — я считаю правильным любить тебя, — совсем тихо произносит минхо.       у джисона в голове на репите заедает эта фраза.       на самом ли деле правильно это?       и нет ответа на вопрос, поскольку всё в мире субъективно, но если минхо считает правильными свои чувства, значит джисона любить правильно. для него лично или для всего мира в целом, но...       это правильно.       правильно — любить.